Чтение онлайн

Такое начало слегка беспокоило. Чутье демона подсказывало, что интриги д’Арве, стремящегося вместе со своим более старшим родственником к власти, вскоре могут показаться мне детскими шалостями. И рассчитывать на то, что в данном случае оно меня подводит, не стоило.

– Тот разговор остался в моей памяти лишь потому, – продолжил, не замечая моего волнения, Ренард, – что меня очень заинтересовала картинка в древнем фолианте, оказавшемся в нашей библиотеке. На нем на вершине горы рядом с черным драконом с серебряным рисунком по контуру крыла стояла изящная девушка с растрепанными ветром рыжими волосами. А чуть ниже, опираясь на меч, вглядывался в даль мужчина, очень похожий на отца. На мой вопрос: «Кто это?» – он с явной грустью ответил: «Правитель, страж и ее хранитель» – и, резко захлопнув книгу, убрал ее на полку. А когда я буквально на следующий день пытался ее разыскать, чтобы еще раз полюбоваться на иллюстрацию, книги на месте не оказалось. Я еще какое-то время продолжал поиски, но затем любопытство увяло, и я забыл о том разговоре.

Черный дракон с серебряным рисунком по контуру крыла… Я исподволь, чтобы не отвлечь задумчиво глядящего на огненный танец Ренарда, взглянул на Неру. И ничуть не удивился, заметив в его глазах ту же озабоченность, что была и у меня. Нетрудно догадаться, кого из двух анималов можно было без всяких сомнений назвать правителем. Да и с личностью стража определиться оказалось столь же несложно. Оставался хранитель…

– В нашем мире есть два человеческих рода, мужчины которого могут стать хранителями стража, – словно отвечая на незаданный вопрос, проговорил граф.

– И один из них – твой, – не спрашивая, а утверждая, перебил я его.

А какой же второй?

– Да. – Взгляд друга был спокоен, но печален. – Об этом я узнал из письма отца, которое хранилось в тайнике. Сам он не успел мне об этом поведать. Там же было и упоминание о пророчестве, которое должно соединить правителя, стража и хранителя. «И если на своем пути они найдут то, что избавит от боли потерявшего всякую надежду, если дракон обретет силу духа, кошка разорвет круг одиночества, а за спиной человека поднимется тень снежного зверя, то анималы обретут шанс начать все сначала». Там же было написано, что это не полный текст предсказания – отцу не удалось его отыскать. Но известно, что на том пути этих четверых подстерегает множество опасностей. И смерть не будет самой страшной из них.

Теперь меня интересовало уже два вопроса, тянуть с которыми я не собирался.

– В чьем роду еще кровь хранителей?

Что-то такое украдкой зашевелилось на грани сознания, как только затих последний звук моего голоса, подсказывая, что, услышав ответ, я не очень-то и удивлюсь. В голове даже мелькало имя, которое я не решался произнести. Потому что если Ренард подтвердит мои подозрения…

– Арадар принадлежит к нему. Но, насколько я смог понять, он ничего не знает ни о своей сути, ни о словах провидицы, которые могут его касаться.

– Но ее хранителем ведь являешься ты?! – Я даже забыл про второй вопрос, который горел желанием ему задать.

– Об этом рано судить. – И вот теперь в глубине его глаз мелькнуло отчаяние. Лучше иных слов говоря мне, чего же больше всего в этой ситуации опасается мой друг. – Пока она не встретится с ним, утверждать ничего нельзя. Она лишь ощутила мою суть, но не приняла меня охраняющим.

– Это значит… – начал я, боясь неосторожным словом спугнуть откровенность друга. И не желая причинить ему еще большую боль.

– Нет, – он перебил меня, догадавшись, о чем именно я собираюсь у него спросить, – в истории были случаи, когда именно этот человек становился отцом для дочери-кошки. Но часто было и иначе. Достоверно неизвестно, чем, собственно, являлась связь стража и хранителя. Как неизвестно, что она делала с самим охраняющим. А те легенды, которые я слышал от отца, часто рассказывали о невероятном. Даже мне, магу, трудно представить, откуда могли взяться все те способности, которые проявлялись у человека.

– Но получается, что их должно быть четверо. – Похоже, наши мысли с Неру шли в одинаковом направлении.

И если я настолько увлекся рассказом графа, что едва не забыл про свой второй вопрос, то мой воин счел этот момент слишком важным, чтобы его упустить.

– А вот кто будет четвертым, в пророчестве не упоминается. Как и о том, что они должны разыскать. И в отношении этого у меня нет ни единой догадки, хоть я и пытался в этом разобраться. Похоже, об этом станет известно, пока все, что должно будет произойти, не произойдет.

– А почему д’Арве настаивал на том, чтобы Тиана была убита до встречи с Арадаром? – Моя мысль, пробежав как по кругу, скакнула совершенно в ином направлении. – Получается, ему известно о прошлом де Марка.

– Тогда почему он не имел ничего против, когда я вызвался отправиться за ней и Алексом? Если смерть отца связана именно с этим…

– Или не связана, – перебил я Ренарда, сам прокручивая в голове все множество «если», которые то пытались связаться в цепочку, то вдруг начинали противоречить друг другу, внося сумбур в мои размышления. – И тогда он знает о де Марке, но не знает о тебе. И тогда причина гибели твоего отца остается нам неизвестной.

– А если еще вспомнить про бумаги, которые Тиана выкрала из тайника д’Арве… – внес свою лепту в сумятицу предположений и домыслов Неру.

И с видом честно исполненного долга отвернулся к огню, заставив нас с графом сначала с удивлением взглянуть друг на друга, а затем, не сговариваясь, весело заржать, ничуть не смущаясь тем, что ночное эхо разнесло наш смех далеко по лесу.

Мы так увлеклись одной проблемой, что совершенно забыли про множество других, которые о нас забывать совсем не собирались. А если еще предаваться грусти…

– Ты приглядишь за ней? – уже без звучавшего еще недавно надрыва в голосе спросил у меня Ренард, когда мы отдышались.

– Если ты пообещаешь мне не ввязываться в опасные для жизни авантюры и не пытаться самому разгадать все тайны Дамира, – парировал я его вопрос с легкостью в душе.

Это не значило, что я перестал переживать за друга и что меня больше не заботили интриги д’Арве. Но все это стало просто одной из множества задачек, которые требовали решения. И сколько их еще будет за мою долгую жизнь демона…

– У меня и раньше было ради чего жить. А теперь и подавно.

Его ответ мне понравился. Потому что напомнил мне того Ренарда, которого я едва не потерял после смерти его отца. Словно восстановилась нарушенная внутренней трещиной цельность, словно после затяжной зимы наконец-то набухли весенними соками почки, словно мир наступил там, где еще недавно проливалась кровь. И пусть до его окончательного исцеления было еще ой как далеко, свой путь к этому он уже начал.

И я не мог этому не радоваться.