Чтение онлайн

Нет, однозначно, у меня отличный вкус. Но девочке все равно пора сваливать.

– Подотри слюну, – кидаю Митчу, а сам подхожу к блондиночке. – Детка, давай-ка ты быстренько умоешься, натянешь свои немногочисленные тряпки, и я вызову тебе такси. Мне надо поработать, а ты своими хорошенькими штуковинами нас сильно отвлекаешь.

Вот вроде комплиментов наговорил – а она явно не довольна. Но слава богам секса, принимает правила и не спорит. Даже оставляет записку с номером своего телефона. Может и забью в свои контакты. Если соображу, какое ей дать имя… Детка блонди? Минимум две там уже имеются…

– Что ты знаешь о "Черном каймане" (в природе – один из самых крупных аллигаторов, прим. автора)? – Митч возвращает меня к делам.

Я напрягаю память, но ничего путного сказать не могу, кроме обрывочных сведений:

– Видел это имя в списках пары торгов…

– Поговаривают, что за ним скрывается коллекционер, собирающий лучшие камни и изделия. И он вчера негласно выставил заказ…

Я убираю в сторону чашку и подаюсь вперед:

– Не томи.

– Не засвеченный ни разу на рынке и лучший изумруд, что сможет добыть охотник… камень не менее пятнадцати карат. И он готов заплатить до миллиона баксов.

Ого.

– Большая игра, – пальцы аж сжались от предвкушения, а похмелье смыло волной адреналина. – Кто еще знает?

– Думаю, все лучшие… Ты же знаешь, у каждого свой информатор – и сейчас за любой ценной новинкой начнется настоящая охота. И выиграет тот, кто сумеет раздобыть и привезти камень первым.

Я прикидываю вес нужного не граненного кристалла, из которого можно было получить нужный вариант. Не менее пятидесяти карат, исключительной прозрачности и цвета, без изъянов… Изумруд с такими характеристиками никогда не попадает на открытые рынки и передается из рук в руки по узким каналам, пока не достигает своего покупателя или заказчика. Но беда даже не в этом… а в том, что таких камней почти не бывает. Их находят крайне редко – на самых известных месторождениях, либо, напротив, случайно, в новых шахтах. И от того, насколько у тебя сложились отношения с владельцами, от твоей способности предугадать, выведать, успеть вовремя – даже в самые неприступные места – зависело, как скоро ты этот камень сумеешь выкупить.

– Собери всю имеющуюся наличность, – тяну задумчиво. – Информацию и…

– Уже начал, – Митч удовлетворенно кивает. – Я знал, что ты заинтересуешься.

Он едва ли не подпрыгивает от возбуждения.

Мелковатый, с острыми чертами лица и широкой улыбкой, мой собрат по самым экстремальным вылазкам оказался одним из самых пронырливых и опасных охотников. Мне повезло, что он не любитель крутиться в блеске ювелирного бизнеса, а предпочитает азиатские шумные города и рынки – иначе, с его чутьем и связями во всех кругах, он давно стал бы моим серьезным конкурентом и соперником… если не обставил бы меня во многих сделках.

А так мы теперь отличная команда. Да и я сам чаще всего выезжаю на места, а не протираю свой зад в кресле – реально крутых камней в офисе не встретишь. Какие бы замечательные отношения с владельцами и управляющими месторождений или крупными дилерами у тебя ни были, сидя за стеклом ты рискуешь профукать по-настоящему уникальные экземпляры. Так что пусть ухоженные стервы вроде Хендерсон берегут свои ноготки, я привык действовать по-другому.

Точно понимая, во что играют настоящие охотники.

При воспоминании о рыжей я невольно морщусь. Так и не простил ей той выходки на приеме два месяца назад – и мне будет приятно, когда я сам покажу ей третий палец, раздобыв кристалл первым.

В том, что она знает об этом заказе, я не сомневаюсь.

– И у них его тоже нет..

Джемма с досадой откладывает смартфон и ерошит и без того растрепанные волосы. Она обзвонила всех лояльных нам поставщиков и посредников, у кого в стоке мог оказаться нужный изумруд – а благодаря собственной репутации мы знали не мало людей, что были готовы не только предоставить информацию по звонку, но и продать камень, не пытаясь вызнать, ради кого стараемся – вот только это оказалось бесполезно.

Да, у меня есть свои люди во всех нужных точках мира… Но камня не нашлось ни у кого.

Я пожимаю плечами:

– Особо и не надеялась… Это было бы слишком легко.

– Ну почему изумруд, а не сапфир, который ты купила несколько месяцев назад и разве что не молишься на него? – снова стонет брюнетка. Она обожает нашу работу… но предпочитает, чтобы все проходило легко, по щелчку пальцев, так, как она живет. Мне же не привыкать к трудностям. – Может ему не дает покоя то кольцо от Гарри Уинстона (американский ювелирный бренд, прим. автора)? Какой там был рекорд? Пять миллионов баксов?

– Пять с половиной. И то кольцо великолепно.

Не просто великолепно – само совершенство. Соблазняющее, восхитительное, возбуждающее. Хранитель памяти и власти.

Помощница снова садится за компьютер, чтобы изучить недавние открытые сделки и новые партии, в надежде отыскать то, что нужно – или хотя бы отследить возможную цепочку. Я не препятствую ей, но собственное чутье говорит, что на этот раз мне придется покинуть гостеприимный Чикаго. Самые ценные камни находятся в самых опасных местах планеты.... и пусть мне больше импонировала идея паучьей сети, которую следовало плести долгие годы, чтобы сейчас на нее налипали и правильные заказы, и правильные камни, я знала, что многие охотники связали свою работу с постоянными путешествиями и переездами, живя на две-три страны.

Я действительно иногда выкупаю некоторые экземпляры не под клиента, а под будущую сделку ничуть не беспокоясь о том, что могу таким образом заморозить огромные средства. Уверена в своем чутье – Джемма утверждает, что она настолько же удачно выбирает идеальных самцов, насколько я – выгодные для вложения камни – и в том, что, при необходимости, смогу вызвать интерес у аукционных домов или конечных покупателей, если не получу от кого-то конкретный запрос. Вот только подходящего изумруда нет и у меня.

Когда клиент готов платить такие деньги, он хочет не просто камень. Исключительность. Эмоцию. И защиту от обесценивания денег. А это значит не только большой размер, который крайне редко встречается для данного вида самоцвета, но и, обязательно, в сочетании с остальными первоклассными характеристиками. Цветом, чистотой старых месторождений, что метко сравнивают с девственностью благородных девиц в старину. Точной огранкой – когда не стремятся любым способом «тянуть на массу», фактически, увеличивая вес за счет несоблюдения правильных пропорций.

Сколько я видела таких увесистых булыжников, что могут привлечь лишь любителей…

Да и конечная цена имеет значение… даже для очень богатых людей. Завышенная изначально, она предполагает, что в дальнейшем камень нельзя будет продать дороже – просто потому, что вложение средств было не адекватным. Так что грамотные коллекционеры предпочитают устроить гонку между охотниками, вместо того чтобы покупать выросший в цене после целой цепочки дилеров и частных брокеров камень.

И джем-хантеры (от англ. «gem hunter», охотник за драгоценными камнями, прим. автора) вроде меня, которых все-таки достигает такого рода информация, этому лишь счастливы. Те же, кто не пробился на вершину, бесятся или… даже не подозревают, какой мир все еще скрыт от них.