Чтение онлайн

В это время я лихорадочно соображала, как спасти друзей от верной гибели. Они, конечно, храбрились, но Гарон был прав – ничего сделать ребята ему не могли. Я чувствовала дикую слабость и тошноту. Наверное, это сотрясение мозга. Ладно, нужно во всем искать свои плюсы: раз у меня сотрясение мозга, следовательно, он есть. Надо же! Я еще могла шутить, значит, не все потеряно. Прорвемся.

Я подобрала сумочку, взяла в руку маникюрные ножницы и стала карабкаться наверх. В принципе, сложно, но можно. Перед глазами все плыло, пару раз я чуть не потеряла сознание, но мысль о том, что я просто не имею права сейчас отключаться, что я обязана спасти друзей, пульсировала в разгоряченной голове и помогала идти вперед. Так получилось, что из-за тряски, устроенной нашим трехголовым дружком в одной из стен ущелья образовалось что-то вроде ступеней, поэтому я медленно, но верно поднималась на поверхность. Хорошо еще, что? они там наверху так увлеклись перебранкой, что не услышали меня. Еще немного! Ну наконец-то вылезла!

Я стояла на пошатывающихся ногах на краю пропасти, каждую секунду рискуя свалиться обратно. Гарон располагался ко мне спиной, а вот Андрей, Леша и Ирина наоборот... Увидев меня, они резко замолчали и раскрыли рты, словно это была не я, а какое-то привидение. Хотя, наверное, я так и выглядела. Вся грязная, в пыли, в разорванной одежде, с кровоточащей губой, спутанными волосами и безумным взглядом. Такая кого хочешь испугает. Они стояли и безмолвно глядели на меня, не зная, как реагировать на эдакое чудо. Гарон медленно повернулся, чтобы посмотреть, куда они так пялились, и вот тут... Тут я совершила, наверное, самый ужасный поступок за все время нахождения в Древнем Египте. По крайней мере я так считаю. Ирина, Андрей и Леха потом в один голос успокаивали меня, говорили, что не видят в этом ничего преступного. Но все же им так и не удалось меня переубедить. Я сделала это! Именно я, а не кто-то другой.

Посмотрев на меня, Гарон изумленно воскликнул: – Ты?! Не может быть...

Больше монстр не сказал ничего. Как только он произнес эти слова, я из последних сил метнулась ему под ноги и, не дав неповоротливому чудовищу увернуться, всадила в него острые ножницы. Гарон дернулся назад и, немного побалансировав на краю пропасти, не удержался и с ревом пал вниз. Через несколько секунд мы услышали глухой шлепок, чем-то напоминающий взрыв.

Я убила живое существо! Вот что не давало мне покоя. Каким бы оно ни было, но я отняла у него жизнь. Конечно, это была самозащита. Но все же... Не знаю, сделала бы я это, если бы опасность угрожала только мне одной, но тогда мои друзья, дорогие и близкие мне люди, были на волосок от смерти. А этого я не прощаю.

Чудовище упало. Опасности больше нет. Все закончилось. Я почувствовала, что силы покидают меня. – Ну все, малыш, все... – Это последние слова, я услышала, рухнув на руки Андрея.

Маленькая комнатушка. На стенах пляшут огоньки лампады на небольшом столике; низкий потолок, узкое окошко, через которое дует легкий теплый вечерок. Наверное, ночь или вечер, не разберу. В Египте, как в древнем, так и в современном, темнеет очень быстро, и не успеешь оглянуться, как луна уже сменила солнце. Здесь нет вечеров. Если, конечно, посмотреть на часы, можно понять, что ночь еще не наступила, а так... Голова кружится. Где это я? Определенно в каком-то доме, но уж точно не в отеле. Лежу на низенькой кровати, почти на полу. Почему здесь все такое невысокое? Это что, домик семи гномов, что ли? Да вроде не похоже... Кровать, по крайней мере, длинная, я легко умещаюсь. Черт! Как же тяжело думать, кажется, что мозги плавятся.

– Леночка, ты проснулась! – Вошедшая Ирина радостно кинулась ко мне. – Ну наконец-то! Мы так переживали, ты не представляешь.

– Иришка, дружочек! – Я чуть приподнялась и обняла подругу. – Ну зачем ты плачешь? Перестань, а то я тоже заплачу.

– Это от радости. Сейчас мальчишек позову. Леша, Андрей, идите сюда, у меня для вас сюрприз.

– Что ты кричишь, разбудишь же! – Леха влетел в открытую дверь, но увидев, что я не сплю, улыбнулся. – Неужели наша спящая красавица все-таки проснулась? Ну, привет!

Тут зашел Андрей и тоже обрадовался моему пробуждению:

– Здравствуй, принцесса. Как себя чувствуешь?

– Сойдет. А я что, долго спала?

– Больше двух суток.

– Да ты что? – обалдело посмотрела я на Анд рея. – Быть того не может!

– Может, может. Причем пациент ты не самый спокойный, уж поверь мне. – Ирина сменила упавшую с моего лба тряпку на новую мокрую повязку. – Ты тут такое вытворяла!

– Да бросьте вы! Я ничего не помню.

– Разумеется, не помнишь, ты же практически все время в отключке была, – ухмыльнулся Лешка. – Но уж когда приходила в себя, близко лучше не подходить. Чревато.

– Да? – недоверчиво сощурилась я, – И что я такого делала?

– Кидалась подушками, душила одеяло, кричала благим матом на всех, кто пытался к тебе подойти, – начал загибать пальцы Андрей.

– Пользуетесь моим беспомощным состоянием и нагло врете! Знаете ведь, что я вам ничего не могу сейчас сделать.

– Все! Она нас раскусила. Значит, идет на поправку, – поставил диагноз Леха. – Пойду чай заварю, сейчас тебе нужно усиленно питаться, а то вон какая бледная. Но ничего, мы тебя быстро на ноги поставим и сделаем из тебя, так сказать, достойного члена общества.

– Не надо из меня ничего делать! – в шутку ужаснулась я. Когда смех стих, Ирина заботливо поправила мою подушку и призналась:

– А если серьезно, то мы за тебя очень переживали. Кстати, почему ты не интересуешься, где мы?

– Как раз хотела спросить. Просто сразу столько информации, а я еще не очень хорошо себя чувствую. Так что, если что забуду – сами рассказывайте. Я чувствую, новостей много. Так где мы?

– Давай все по порядку. – Андрей присел на краешек моей кровати. – После того как ты потеряла сознание, мы какое-то время пытались привести тебя в чувство, но потом поняли, что все гораздо серьезнее и тебя нужно срочно госпитализировать. Разумеется, больницы, даже самой захудалой, поблизости не было, поэтому мы разорвали наше белое полотно и перевязали тебе голову. Так что палатки у нас больше нет.

– Ее остатки пошли на компрессы и бинты, – уточнила Ирина.

– Мы с Андрюхой решили нести тебя по очереди, а Ирина тащила остатки еды и воды. Хорошо еще к вечеру стало прохладнее и пить уже не так хотелось. Тем более, что мы постоянно делали тебе новые примочки, которые очень быстро высыхали, и вода неумолимо заканчивалась.

– Скоро мы просто выдохлись и решили переночевать, как обычно, на земле. А другого выхода просто не было. Но все мы прекрасно понимали, что тебе нужна нормальная постель, еда, вода и крыша над головой, поэтому я отправился на поиски хоть какого-нибудь убежища, оставив Ирину с Лехой ухаживать за тобой. И я нашел его! И не просто домик, я нашел ту самую деревню, о которой говорил Терос.

– Мы уже собирались было идти на его поиски, как вдруг из-за холма появился ликующий Андрей и доложил обстановку, – продолжила Ирина. – Оказалось, что до деревни идти где-то полчаса, и мы немедля отправились туда.

– Здесь оказались очень гостеприимные жители, и когда они увидели нас, уставших, оборванных, да еще и с раненой на руках, сразу проводили в свободным домик и принесли столько еды, что нам на год хватит. – Андрей жестом указал на довольно широкий стол в углу, доверху уставленный продуктами и какими-то глиняными бутылочками. – Сказали, что раньше в этом доме жил один купец, но он переехал к дочерям в другую деревню, а дом оставил. Здесь, конечно, не пятизвездочный отель, но мы немножко прибрались и придали этой лачуге более или менее жилой вид.

– А у них у всех тут такие низкие кровати? – спросила я.

– Скажи спасибо, что она вообще есть. Мы еще настелили тебе кучу тряпья, а сверху положили самую чистую скатерть, которая теперь служит простыней. – Ирина показала на выцветшую желтую тряпку. – Какой-никакой комфорт все-таки.

– Точнее сказать – никакой, конечно, но выбирать не приходится. – Лешка принес мне вкусно пахнущий чай и кусочек булочки. – Надо поесть. И не вздумай сопротивляться!

– Хорошо, что в твоей сумочке мы нашли аспирин. У тебя был сильный жар и мы, растворив таблетку в воде, буквально вливали в тебя лекарство. – Лицо Андрея стало серьезным. – Ты металась по кровати, бредила, и мы не оставляли тебя ни на секунду, дежуря по очереди у твоей постели.