Чтение онлайн

Харгейса – убогая дыра похлеще, чем Могадишо: населения меньше на порядок, а трущоб и развалин чуть ли не больше. И уровень жизни похуже, хотя, казалось бы, куда может быть еще хуже? Может! Всюду пыль, грязь, вонь, толпы детей-попрошаек, многочисленные нищие, испуганные женщины в парандже. Растительность – унылые пыльные пальмы. Тоска и скука.

Сразу же, нигде не задерживаясь, направились в министерство обороны – этот контакт мы предусмотрительно взяли в Москве. Решили с отелем не торопиться, а вдруг там и на постой примут? Попытались сэкономить на жилье – деньги в этой нищей Африке, увы, текли как сквозь пальцы вода.

Военное министерство размещалось в двухэтажном здании – в старинной вилле, удачно сохранившейся после ухода в середине прошлого века итальянских оккупационных войск. Назвали себя на ломаном английском и французском. Вооруженный до зубов охранник с цветом кожи «чернее ночи» поморгал круглыми телячьими глазами, с многозначительным видом поправил на плече АК, позвонил по телефону, долго и громко втолковывал какому-то соплеменнику, кто именно прибыл и цель нашего визита. Велено было ждать. Через полчаса получили положительный ответ, что было крайне удачно, ведь поехали мы сюда почти экспромтом – не предупреждая заранее.

Все тот же солдат проводил на аудиенцию. Кабинет министра занимал половину второго этажа: скромная обшарпанная мебель, на столе громоздился старый компьютер с огромным запыленным и засиженным мухами монитором, сбоку – дюжина кнопочных и дисковых телефонов, в углу на тумбах – принтер и ксерокс. Многочисленная оргтехника придавала помещению видимость причастности к современной цивилизации. Иссиня черный, словно перезрелый баклажан, двухметровый негр выбрался из объемного кресла и, широко распахнув объятия, ринулся навстречу гостям, словно он только нас и ждал все эти годы, находясь в должности министра. Мы по очереди буквально утонули в объятиях гориллообразного военного, да так, что наши кости затрещали.

«Как дела в Москве? Что нового в России?» – спросил на ломаном русском хозяин кабинета Сеид, который, судя по трем огромным звездам на вышитых погонах, был не ниже чем бригадным генералом.

«По-разному, – ответил я уклончиво и достал из сумки подарочный набор в коробке: фляжку с монограммой Кремля и стаканчики с видами Москвы, преподнес хозяину и продолжил разговор по-английски: – Как и везде. Кто-то живет хорошо, кто-то хуже. Вот мой друг Сергей – живет неплохо…» – «Рад за Сержа! – подмигнул министр. – Я тебя помню мальчишкой. С твоим отцом Васылыем мы учились в военной академии, а потом он в нашей стране несколько лет работал советником…»

Накануне выезда Серж мне поведал, что его папа служил чекистом и был специалистом по Африке, а этот, ныне генерал, Сеид прежде, во время учебы – наш тайный агент или, по крайней мере, делал вид, что сотрудничал. Мы выставили бутылку хорошего виски и вопросительно посмотрели на генерала: «Употребляете?»

Хозяин кабинета тяжко вздохнул: «Аллах не одобряет, но разве откажешь такому дорогому гостю?»

Генерал хлопнул в ладоши, вбежал боец, принес закуску – жареное мясо с овощами, рис, бананы, колу. Боец низко поклонился и, пятясь, вышел прочь. Афроафрикан-ский генерал опасливо оглянулся на висящий на стене коврик с вышитой сурой из Корана, вынул из стола пиалы.

Вера – дело благое и праведное, однако под задушевный разговор примерно пол-литра виски исчезло в бездонном желудке министра, как и не бывало. Со стола так же быстро исчезла в наших изголодавшихся желудках вся закусь.

«Не могу взять в толк, что вас привело в нашу страну», – заплетающимся языком бормотал министр.

Мы вновь пояснили, потом повторили еще и еще раз.

«Да ладно! Вы слишком много говорите. А раз так – значит, врете. Но чем смогу – тем помогу, – заверял нас хитрюга генерал. – Какие планы в Харгейсе? Зачем вам потом в Берберу?» – «Думаем открыть у вас небольшой туристический бизнес, – попробовал уклониться от ответа Серж. – Но для начала надо бы осмотреться…» – «И все же… – не успокоился министр и продолжил настойчиво гнуть свою линию, – мы в Харгейсе любим конкретику!» – «Хотим открыть для любителей экстрима отель и бар, а помимо всего прочего – полеты на дельтапланах и планерах и проведение экскурсий в пиратские деревни для европейских туристов…»

Министр звучно хлопнул в ладоши и заржал, словно племенной жеребец: «Ну, вы, парни, даете! Ну, рассмешили! Да вас прихлопнут через час, как только вы поинтересуетесь пиратами. Забудьте! Самое большее, что вам удастся тут сделать из запланированного, – это потерять все свои денежки. Дам бесплатный совет: валите отсюда на хрен, да поживее». – «Но у нас и билета на обратный рейс нет. Говорят, из вашего аэропорта всего три или четыре рейса в сутки?» – «Именно так. И лучше всего лететь в Дубай! Думаю, Аддис-Абеба вас больше не интересует?» – «Конечно, хватит, уже нагостились у эфиопов, – хмыкнул Серж. – Раз такие дела, то мы сегодня-завтра осмотримся, погуляем, пофотографируемся, а потом купим билеты – и в дорогу». – «Вот и хорошо. Значит, решено – пусть хоть и послезавтра, но обязательно улетайте. Не тяните! Не хотелось бы мне организовывать безуспешные поиски пропавших русских бизнесменов. Тачка для передвижения нужна? Или вы хотите ходить пешком? Это довольно рискованно». – «Нужна». – «Берите мой „мерседес“, с водителем! – предложил добрейший Сеид. – Он же и присмотрит за вами, чтоб чего не приключилось…»

Боец-водитель с типичной рожей бандита и прохиндея повозил «туристов» по всем злачным местам, доступным для белого человека в здешних краях: вечерний ресторанчик в консульском районе, в приличный бордель, в ночной клуб. Утром заскочили на таможню, в полицейское управление, в администрацию порта, в офис местного отделения агента GAK [2] . Быстро уяснили, что базу ни в Харгейсе, ни в Бербере создать не удастся – оружия тут много и недорогое, но практически ни один корабль за бойцами в местные воды не зайдет, нормальный капитан эти территории обойдет дальней стороной. Получалось, что охрану нужно сажать на борт гораздо раньше – в Красном море, желательно в Египте или в Йемене.

Через пару дней вернулись на виллу министра, горячо поблагодарили за гостеприимство, выкатили на прощание литр виски Jameson, а министр в ответ выставил счет – шесть тысяч долларов за эксплуатацию «мерседеса».

«Почему так дорого? – возмутился Серж. – Такси обошлось бы нам гораздо дешевле!» – «Дешевле. Но ведь вы ездили на машине министра! – обиделся министр Сеид. – Поездки на „мерседесе“ стоят дороже! И вас никто не тронул! Верно говорю? Вас пока не тронули?»

Последний вопрос прозвучал как намек и угроза. Делать было нечего, пришлось заплатить. Но мы сделали окончательный вывод: в любом из территориальных осколков бывшего Сомали делать нечего.

Теперь наш путь лежал в Йемен…

До Адена добирались три дня и по большому кругу: через Найроби в Дубай и уже далее в Йемен. Напрямую было близко, всего-то через залив перелететь, но в кассах пояснили – в Йемен самолеты не летают, а прямой ближайший рейс на Дубай будет лишь через семь дней. Итак, вариантов два: либо неделю ожидать рейс в убогом отеле в этой не вполне безопасной для европейца Харгейсе с клопами, тараканами и с витающим в воздухе заразным коктейлем, состоящим из желтой лихорадки, гепатита, малярии, дизентерии, дифтерии, – либо побыстрее улететь живыми и здоровыми.

Конечно, второй вариант выглядел предпочтительнее, и мы поскорее покинули беспокойный Сомалиленд на многое повидавшем и находящемся в многолетнем чартере стареньком АН-12. Пилотировали самолет бывшие соотечественники – армяне. Мы угостили экипаж водкой, те в ответ выставили припасенную на особый случай бутылку коньяка. Летели весело, с песнями, потом с трудом сели на грунтовый аэродром – со второго захода. После посадки долго материли пилотов, те весело и беззлобно отшучивались. Армяне заслали молодого техника в город в местный ларек за добавкой – на прощание хорошенько посидели. Расстались под вечер, вполне дружелюбно – обменялись адресами и телефонами.