Чтение онлайн

На фоне всех жертв, которые Зейд принес ради меня, это не так уж и много. Но для меня имеет огромное значение.

То, что мы делаем, гораздо важнее, чем написание книг, но я все равно буду опустошена, если потеряю свою карьеру, которую так люблю. Это было бы равносильно потере еще одной моей частички, а у меня и так мало что осталось.

– О… – тихо произносит Сибби, поскольку ее осеняет. – Я поняла. Ты хочешь его трахнуть.

Мои щеки вспыхивают, но я не пытаюсь спорить. Потому что она права. Я крепко сжимаю бедра, и в глубине моего живота возникает знакомое пьянящее чувство.

Не стану лгать и говорить, что его вид не возбудил меня. Моя кровь горит, и я почти вибрирую от желания. Его поступок был… он был чертовски сексуальным. Что еще тут сказать?

Сибби стонет и надувает губы.

– Почему вам, ребята, можно заниматься громким сексом, а мне нельзя?

Я поворачиваюсь к ней, широко распахнув глаза, с выразительным взглядом, который так и говорит: «Ты совсем охренела?»

– Потому что ты пытаешься делать это на глазах у всех, Сибби.

Она опускается на диван и скорбно запихивает в рот горсть попкорна.

– Не моя вина, что вы, ребята, такие скучные.

Я закатываю глаза. Про нас с Зейдом много что можно сказать, но «скучные» – это точно не про нас.

Когда Зейд переступает порог моей спальни, я уже нахожусь в состоянии нервного возбуждения. Из-за шагов, раздающихся в коридоре, и предвкушения встречи с Зейдом я так и не смогла уснуть.

Уже далеко за полночь, и я лежу в постели в одной лишь черной сорочке, тщательно подготовившись к его приходу.

Перевернувшись, я наблюдаю, как он осторожно прикрывает за собой дверь и шаркает в сторону ванной; в воздухе витает запах серы, крови и дыма. Через настежь распахнутые двери моего балкона в комнату проникают прохладный ветерок и лунный свет.

Я сажусь и включаю бра над кроватью, ощущая себя одной из тех женщин, которые ждут в темноте, когда их муж-изменник прокрадется в спальню, чтобы наконец зажечь лампу.

Мысль о том, что Зейд изменяет мне, вызывает смех. Наверное, это единственное, о чем мне никогда не придется беспокоиться.

Он останавливается и поднимает подбородок.

– Это момент, когда мы ведем себя словно супружеская пара и я спрашиваю, где ты пропадал и почему вернулся домой так поздно? – слегка дразню его я.

Мягкий желтый свет лампы создает мрачноватый эффект; он поднимает руку и стягивает толстовку вместе с белой футболкой через свою голову.

Я закусываю губу, впиваясь глазами в его мускулистую, покрытую татуировками спину и массивные руки.

– Конечно, детка, – тихо отвечает он. – Но мы оба знаем, что мой член принадлежит только тебе.

– Хорошо, тогда ты знаешь, что я могу отделить его от твоего тела, если захочу. Раз уж он мой и все такое.

Он поворачивается ко мне с ухмылкой, ничуть не обеспокоенный моей угрозой.

Скрещиваю руки на груди. Это просто оскорбительно. Теперь я вполне способна на нечто подобное.

– Я задержался, потому что парень, за которым я охотился, находился прямо посреди аэропорта, пытаясь сесть на самолет.

– И как же ты его вытащил, чтобы никто не заметил?

– Устроил засаду в туалете. Потом мне пришлось вытряхнуть содержимое из его чемодана, и запихнуть в него его самого.

Я пораженно моргаю. Звучит… интересно.

Раньше я бы назвала Зейда помешанным. Больным. Психопатом. То есть он все еще такой. Но это уже не отталкивает меня так, как раньше. А может, и никогда не отталкивало и я обманывала сама себя.

Я часто так делаю.

– Кто это был? – интересуюсь я.

– Один парень, которого меня попросила убить Джиллиан. Он был ее отчимом и издевался над ней в детстве, – поясняет он, снимая ботинки и аккуратно ставя их в углу.

Я не удивилась, узнав, что в быту Зейд весьма педантичен. Он не похож на человека, который оставляет грязное белье валяться посреди комнаты на целую неделю, а посуду – стоять немытой в раковине.

– Хорошо, – бормочу я, радуясь, что он смог помочь ей. – Он единственный, кого ты убил сегодня?

– Да, – коротко отвечает он, изогнув бровь.

Я киваю и облизываю пересохшие губы, нервничая из-за того, что вообще говорю на эту тему.

– Значит, Рио все еще скрывается?

Зейд бросает на меня взгляд.

– Я знаю, где он, Адди, – отвечает он и подходит ко мне в одних черных джинсах.

У меня замирает сердце, но я пытаюсь сохранить невозмутимое выражение лица.

– Ты же не хочешь, чтобы он умирал, – открыто заявляет он, присаживаясь на краешек стула рядом с кроватью.

И я абсолютно уверена, что потом нам придется его выбросить – Зейд покрыт кровью с головы до ног.

– С чего ты…

– Не лги мне, – сурово отрезает он, глядя прямо перед собой. Его белесый глаз устремляется на меня, а затем снова возвращается на черную стену. – Я вижу выражение твоего лица каждый раз, когда речь заходит о его предстоящей смерти, но ты упорно молчишь. Я давно знаю, где он, но решил не убивать его, пока ты не откроешь свой красивый ротик и не скажешь, чего ты на самом деле хочешь.

Я жутко нервничаю. Словно он поймал меня на измене и теперь я должна признаться ему в содеянном. Ничего подобного, конечно, не было, но я все равно чувствую, что поступила плохо.

– Я не знаю, что чувствую, – признаюсь я, вжимаясь спиной в прохладный камень. – Он делал мне больно. И часто. Но не так, как ты думаешь.

– Он не насиловал тебя, – уточняет Зейд.

– Нет… не насиловал. Но он смотрел, как это делали другие, и не останавливал их. Но тогда… тогда он не мог мне помочь.