Чтение онлайн

Зейд берет меня за руку и ведет туда, где две молодые девушки копаются в земле, высаживая саженцы.

– Катерина Санчес, – тихо окликает он, и у меня замирает сердце, когда голова одной из девушек поворачивается в нашу сторону и на меня смотрит знакомое лицо, правда, более женственное и юное. Один ее глаз не открывается.

– О боже, – шепчу я, ошеломленная.

Брови девушки сходятся, она не понимает, кто мы такие.

– Да? – осторожно отвечает она.

Зейд улыбается.

– Меня зовут Зейд. У меня еще не было возможности представиться, но я… – Он резко обрывает свою речь, когда девушка срывает с себя перчатки, а затем практически бросается к нему в объятия.

Удивившись, он быстро приходит в себя и тоже обвивает ее своими длинными руками, нежно поглаживая по спине.

– Это ты меня вытащил, – приглушенно произносит она, уткнувшись ему в грудь. – Спасибо. Спасибо тебе огромное.

Он усмехается.

– Думаю, ты должна поблагодарить женщину, которая стоит за тобой. Это она попросила меня помочь тебе.

Девушка тотчас разворачивается ко мне и обнимает уже меня, прижимая к себе крепче, чем я того ожидала. Я пытаюсь сдержать слезы, но не могу. Они вырываются наружу, и я всхлипываю, крепко прижимая ее к себе.

– Это был Рио, да? – тихо спрашивает она, ее голос звучит очень жалобно из-за слез.

– Да, – хрипло подтверждаю я.

Она отстраняется, чтобы как следует рассмотреть мое лицо, и ее темно-карий глаз внимательно рассматривает мои черты.

– Откуда ты его знаешь?

Я бросаю взгляд на Зейда, но его, похоже, не беспокоит этот разговор, хоть он и мечтает убить ее брата.

– Он… Он был в доме, где меня держали, когда похитили. – Я прочищаю горло. – Он заботился обо мне и помог мне сбежать.

У нее дрожат губы.

– Он не очень хороший человек, – произносит она, и я так удивляюсь услышанному, что даже смеюсь. – Но он не очень хороший человек оттого, что такой замечательный брат. Он многим пожертвовал ради меня.

Я киваю, вытирая щеки, хоть это и бесполезно, и еще несколько слезинок вырываются на свободу.

– Я не думаю, что люди делятся на плохих и хороших, Катерина, но знаю, что он очень любит тебя.

Она улыбается и кивает, легко соглашаясь с этим.

– Они лишили меня глаза, потому что он пытался сбежать от Франчески. Мне было тогда десять лет, наши родители умерли за год до этого, а он оказался в плену у этой злой женщины. Он так и не простил себя, и хотя с тех пор я его не видела, я знаю, что он сделал все, что от него требовалось, чтобы я больше не пострадала.

– А это так? – спрашиваю я. – Они делали тебе больно после этого?

Она качает головой, но в ее глазах клубится тьма.

– Лилиан была не слишком милой, но она больше не причиняла мне вреда.

Что-то подсказывает мне, что даже если она не обижала Катерину, то другие девушки наверняка обижали.

Она была заперта в том доме по меньшей мере пять лет, и я могу только представить, какие ужасы она пережила.

– Катерина, могу я спросить, почему им так нужен был Рио? Раз они использовали в качестве залога тебя.

Я задавалась этим вопросом с тех самых пор, как Рио рассказал мне о ней. Почему они зашли так далеко, что держали занесенный топор над головой его сестры только для того, чтобы он работал на них? Они без труда могли бы найти множество других парней, готовых выполнять их поручения за соответствующую сумму.

Она сглатывает.

– Думаю… думаю, он был любимчиком Франчески.

Я недоуменно хмурюсь, не совсем понимая, к чему она клонит.

– Любимчиком – в смысле охранником или…

Она качает головой, ее губы поджимаются.

– Я слышала, как Лилиан говорила о них много неприятных вещей. О том, как Франческе нравится, как Рио… ухаживает за ней.

Открываю рот, и меня внезапно осеняет.

– О!

Затем мои глаза распахиваются, и на меня обрушивается еще одно осознание.

– О!

Франческа трахалась с Рио. Но почему-то у меня есть чувство, что это было не взаимно. Получается, она насиловала его, независимо от того, подчинялся ли он, и похоже, была очень привязана к нему.

Мой взгляд перемещается на Зейда, на его лице напряженное выражение. В меня проникает непреодолимая грусть, еще больше запутывая мои чувства к Рио. В каком-то смысле он стал моим другом, пока я была заперта в том доме. Более двух месяцев меня заставляли делать что-то против моей воли, а я и не подозревала, что Франческа приказывает ему делать то же самое.

Какая-то часть меня все еще цепляется за ненависть к нему, но она слабеет.

Он похитил меня. Безжалостно скормил волкам и стоял в стороне, пока безликие люди неоднократно ломали меня. И все же потом он собрал мои осколки. Собрал их своими руками и отнес в мою комнату, где скрупулезно собрал их воедино – как бы это ни было странно.

Я хочу ненавидеть его. Но не знаю, ненавижу ли.

– Спасибо, что рассказала мне об этом, – мягко благодарю я.

Ее нижняя губа дрожит.

– Знаю, я потеряла глаз, но думаю, Рио потерял гораздо больше, чем я. Надеюсь, что с ним все в порядке и он в безопасности, где бы он сейчас ни был.

Смахиваю свежие слезы и киваю ей.

– Да, я тоже.

Мы отпускаем Катерину в сад, и я обещаю навестить ее еще разок. Чувствуя мое внутреннее смятение, Зейд молчит, пока ведет меня в очередную часть этого святилища. Здесь две девушки ухаживают за курами, доставая из-под них яйца.

Я замираю, когда мне удается разглядеть черты одной из них.

– Джиллиан, – выдыхаю я.

Она оборачивается на зов, и ее глаза расширяются.

– О боже! – восклицает она, и ее акцент становится сильнее от потрясения.

Она торопливо ставит корзину с яйцами и бросается ко мне.

Мы встречаемся посередине и неистово обнимаемся.

Из-за игр разума Франчески мы едва могли смотреть друг на друга перед аукционом, на котором продали ее и Глорию. Но теперь, когда мы обе свободны, это чувство сразу же улетучивается.

Мое зрение затуманивается, и когда мы отстраняемся, я вижу, что в ее глазах тоже стоят слезы.

– Как ты?

Я задыхаюсь и хихикаю, когда она морщит нос.

– Хорошо, насколько это возможно, а это не так уж и много, – отвечает она.