Чтение онлайн

– Тебя. Всё это.
– Обводит комнату взглядом. – Не касается.

– Но я уже здесь! Значит касается. Помоги мне понять. Я запуталась… так сильно, что схожу с ума от непонимания. Пожалуйста.

– Эти знания лишь обременят тебя, Эмори.

– Переживу. Расскажи! Всё расскажи! Считай… считай этим ты отдашь мне долг, м? Больше ничего не будешь мне должен! Заманчиво? Ты ведь хочешь избавиться от этого бремени, правда?

Складывает руки на груди и еще долго буравит меня взглядом, прежде чем наконец принимает решение в мою пользу, и со смирением произносит:

– Что ты хочешь знать?

– Кто такой старик?
– воодушевлённо.

– Морт, который многому меня научил, – безо всяких эмоций в голосе.
– Его уже нет в живых. н был мне как… как… – опускает голову и шумно выдыхает, одновременно сжимая пальцы в кулаки.
– Люди твоего отца убили его.

И точно ледяная глыба в грудь врезается.

– Мне… мне очень жаль, – шепчу искренне.
– Правда. Очень жаль.

Боец отворачивается к окну, упирается ладонями в стекло и, будто бы не слышав моих последних слов, продолжает:

– Старик умел управлять Инфинитом. Он говорил, что это место – огромное, невероятное и настолько мощное скопление энергии, что и представить себе невозможно. Это место… не знаю, как оно появилось и с подачи ли Mortifero, но оно имеет большую силу… Если ты, конечно, знаешь, как её использовать.

– Ты знаешь? – шепчу осторожно.

Боец, спустя паузу, качает головой:

– Я мало чего знаю об Инфинит. Нечего здесь делать. аньше мне было интересно, а потом интерес перегорел. Со временем. А старик был слишком упрямым, когда разговор заходил об этом месте; мало чего рассказывал. Наверное, боялся, что люди могут прознать о его возможностях. Наверное, оно и к лучшему.

– Но что в этом месте особенного? Я не понимаю.

Д-88 переводит на меня пронзительный взгляд:

– Понимать и не нужно. Просто прими то, что когда твоё тело спит, разум способен существовать сам по себе в месте, подобно этому, вот и всё. Не знаю, каким образом человеку открылась сюда дорога. Старик говорил, что для этого нужно обладать внутренним взором. И преде чем ты завалишь меня новыми вопросами, я добавлю, что не знаю, что именно он имел в виду, но у тебя этого взора тoчно быть не может. Так что, если хоть кому-нибудь…

– Я никому не скажу! – горячо заявляю. – Никому, честно. Зачем мне это? Мы теперь на одной стороне.

Боец поджимает губы и смотрит на меня без капли доверия во взгляде. Но что еще ему остаётся, кроме как поверить на слово?..

– Старик, он… он тоже бывал здесь? – интересуюсь осторожно, чтобы не дай Бог не психанул и не закончил разговор, так и не дaв мне ни одного развёрнутого ответа.

– Да, – кивает. – Много раз. Но он лишь рассказывал мне о том, что видит, и никогда не позволял увидеть это своими глазами.

– Увидеть, «что»?

Взгляд бойца тяжелеет, челюсти с силой сжимаются, но взгляд словно внутрь себя направлен, куда-то в самые тёмные уголки памяти.

– Будущее, - наконец произносит, и у меня невольно открывается рот.
– Старик видел будущее. Здесь. В Инфинит. С годами он научился заглядывать сюда, будучи в сознании. Думaю, этому поспособствовала его слепота. И когда он приходил в Инфинит за советом, он мог просматривать будущее, словно кадры на проплывающей мимо фотоплёнке. Останавливать её, перематывать, увеличивать картинку… А иногда, пространство оживало, приобретая очертания нашего мира.

– Это всё происходило здесь?

– Да. Старик любил сравнивать это место с белым холстом, который с каждым взмахом кисти художника превращался в полноценную, живую картину.

– Значит, – хмурюсь, соображая, - и ты так можешь? Ты… ты видишь будущее?!

– Нет, - отвечает категорично.
– Я вижу прошлое. И от этого нет никакого толку.

– Почему?

– Серьёзно? – с горечью усмехается и смотрит на меня так, cловно поверить не может в то, что я могла задать до такой степени глупый вопрос.
– Какой смысл смотреть на то, как нашему дому приходил конец?.. Как земля погибала, содрогалась, стонала и плакала, разваливаясь на части, покрываясь трещинами… Как миллионы людей умирали, как многие из них становились тварями… Голод, болезни, разруха. Смерть. Хочешь посмотреть, Эмори?.. Показать тебе первое пришествие Mortifero? может, второе?..

– Н-нет, – сдавленно, отвожу взгляд и пытаюсь сглотнуть комок в горле. – Не хочу.

Звучит долгий, неутешительный выдох бойца и голос звучит хрипло и надломлено:

– Это было страшно. Я видел.

Лишь спустя долгую паузу напряжённой тишины, мне удаётся вернуться мыслями в реальность и задать вопрос касательно нашего общего настоящего.

– Значит, Инфинит принял облик этого холла четыре года назад?

Боец молча кивает, не сводя глаз с бесконечности за окном.

– Почему это случилось, ты не знаешь?

Теперь молча качает головой.

– А мой отец? Он был здесь…

– Это невозмоно, - бросает твёpдый взгляд на меня. – Твой отец был лишь вытянутой из твоего подсознания картинкой. Скорее всего, Инфинит таким образом среагировал на твою боль; эмоции были слишкoм сильными. Поэтому ты и увидела его здесь, точнее – воссоздала.

– Но… но я не могу видеть прошлое.

– Понятное дело! Ты – человек! К счастью, или к радoсти, Mortifero не наградила твою расу сверх способностями. Всё, что ты видела - это образ мертвеца, который вытащила из собственного подсознания.

– Пусть так, но отец говорил со мной!

– Говорил твоими словами! Твоими мыслями! Твоими желаниями!

– И ты был здесь. – Не спрашиваю, а констатирую факт, и на это боец ничего не отвечает, лишь вновь поджимает губы. – «Страх не в опасности, он в нас самих». Это ты мне сказал, а не отец, я права?.. А пятно крови на его груди? Исчезнувшее окно? Город в огне? Это всё тоже ты?

– Я хотел напугать тебя, - сухо, без капли cожаления и твёрдо глядя мне в глаза.

– Что ж, - мрачно усмехаюсь, – у тебя это получилось. Значит, умеешь менять это место?

– Это лишь образы, неживая энергия, не имеющая никакого отношения ни к прошлому, ни к будущему. Как и те картинки, которые показывала мне ты.

Ну вот вновь мурашки по телу побежали, только в этот раз приятного в них мало, скорее – жутко стало. чень.

Подходит ближе, нависнув надо мной огромной тенью, и внимательно смотрит в глаза:

– Не бойся. Та местность, где я преследовал тебя во снах; города, люди, деревья, птицы… Всё это – иногда плод твоей фантазии, а иногда просто память. Картинки были неживыми.