Чтение онлайн

– Само твое присутствие в этом доме меня не меньше оскорбляет, - отпарировал Водолей.

– Тогда спешу принести тебе свои извинения, Марк Уотер.
– Сказав это, колдун в красном слегка наклонился вперед, но Водолей прекрасно понимал, что в этом его поступке не было и капли сожаления - а только насмешка, ведь Пожиратель (впрочем - как и он сам) давно забыл, что значит честь и совесть.
– Хорошее имя ты себе выбрал для человеческого обличия. А для меня сможешь подобрать подобное имя? Признаться, надоело быть Пожирателем.

Водолей не стал дослушивать слов своего "брата" по силе и перенесся из дома Сэта на его задний двор. Самого Сэта он нашел лежащего на земле около двери, что вела в погреб. Быстро оказавшись около него, он перевернул старика с живота на спину. Мертвые глаза Сэта уставились сквозь него, сквозь синеву неба, сквозь пространство всех Ближних Миров.

– Я просто избавил его от всех суетных проблем жизни, - как всегда невозмутимо ответил голос за его спиной.
– Я не понимаю твоих причин привязанности к нему, Водолей. Кем он тебе приходился? Позволь я сам предположу - он был твоим родственником?

Водолей не слышал колдуна в красном. Он провел по лицу старика своей ладонью, закрывая ему веки. К боли, которую он чувствовал всегда и которая у всех Четырех Темных ассоциировалась с проклятием, прибавилась другая боль. Боль утраты и вины. И пусть эта боль и уступала по силе той, что буквально сжигала его изнутри все эти двести лет и к которой они так или иначе смогли привыкнуть, Водолей все же чувствовал в эти минуту только новую боль и концентрировался только на ней.

– У меня тоже были родственники, помнишь?
– продолжал свой монолог Пожиратель.
– Но я их убил без каких-либо сожалений. Да, тогда мы уже не были людьми и не испытывали человеческих слабостей. Но, хочу тебе признаться, что даже до проклятия у меня наверняка бы поднялась на них рука. Мы никогда не питали друг к другу теплых чувств. Я никому не говорил об этом, но тебе я расскажу свою тайну. Океан Надежд сохранил мне кое-какое чувство помимо ярости и злобы. Чувство азарта. Убивая своих родственников, я вошел в азарт и уже не мог остановиться. Именно ты меня остановил, когда я переключился на простых людей, которые и знать меня не знали.

Водолей взял старика на руки и, не произнеся ни слова в ответ, занес Сэта обратно в дом. Там он положил его тело на постель и укрыл пледом до самой макушки. Красный вновь уже был рядом с ним.

– Я пришел сюда, дабы избавить тебя от тех привязанностей, что делали тебя слабым. Не скрою, ты мене никогда не нравился, так же, как и я тебе. Но, для борьбы с Океаном Надежд наша сила должна быть объединена. Втроем, нам не одолеть Его. По крайней мере, так считает Жнец. И именно Жнец хочет твоего возвращения.

– Не борьба с Океаном Надежд нам поможет, - устало произнес Водолей, который постепенно начал возвращать себе человеческий облик.
– А замаливание перед ним наших грехов.

– Я не привык просить прощения. И сейчас не буду этого делать. Особенно если не чувствую за собой вины. А вот вина Океана Надежд передо мной в том, что я как раз ничего и не чувствую! И это меня невероятно сильно злит!

– Я не стану вам помогать. У нас разные пути, - сухо ответил Марк Уотер.

– Ты считаешь, что дружба с пришельцем поможет тебе дойти до Океана Надежд и попросить у Него прощение? Если мы втроем захотим, то ты никогда больше не попадешь в Мир Вечности.

– Это не вам решать.

– Нет! Это нам решать!
– В доме стала повышаться температура, и воздух постепенно начал расплываться, становясь зримым невооруженным зрением. Плед, которым Водолей укрыл тело Сэта, принялся обугливаться по краям, а сама постель, сделанная из дерева, начала темнеть.
– Ты не сможешь противостоять нам!

– Зря ты убил Сэта, - полушепотом произнес Марк, поворачиваясь лицом к Пожирателю, тело которого было полностью объято пламенем.

– Да, я его убил!
– ревел колдун.
– И это принесло мне большое удовольствие. Я бы убил и тебя, если бы имел такую возможность!

– Зато у меня есть такая возможность.

– О чем ты, слизняк?!

– Мне известно твое истинное имя.

И прежде чем Пожиратель успел опомниться, Марк произнес в слух имя, после которого пламя, накрывшее колдуна в красном, мгновенно потухло. Сам он остался стоять на месте как истукан, постепенно возвращаясь к человеческому обличию. После, его кожа начала быстро покрываться ожогами и пузырями. Его челюсть начала опадать вниз, но слов он больше не произносил, чему Марк был несказанно рад. Его красные глаза почернели, нос осыпался, губы сморщились и склеились с зубами, волосы превратились в мелкий прах. Затем очередь настала его мышечных волокон, которые мгновенно обуглились и вскоре превратились в пепел, и теперь перед Марком стоял уже только скелет Пожирателя, но и он быстро обратился в прах и развеялся ветром по полу.

Когда от Пожирателя больше ничего не осталось, на Марка накатила новая волна боли. Только эта боль была настолько сильна, что с ней не могла даже сравниться та боль, что вечно преследовала их на протяжении последних двух столетий. Он не был готов к такому, от чего взрывная волна боли, буквально сбила его с ног и повалила на пол. Он закричал во все горло, прижав руки к животу. Боль пронзала все его тело, каждый квадратный сантиметр его кожи словно срывали с него по лоскутку; желудок скрутила чья-то невидимая рука и попыталась вырвать его из привычного места; сердце, о существование которого он позабыл, забилась как паровой молот; мозг гудел и казалось увеличился в размерах в десятки раз; глаза кололи сотни иголок; кости словно перемалывала мясорубка в мелкую крошку. Казалось, боли не будет конца, но она также быстро пропала, как и появилась. А в месте с ней исчезла и часть его силы, он не просто это знал - а был в этом уверен.

Виною всему этому была смерть Пожирателя, в этом не было никаких сомнений. И наверняка остальные двое темных чувствовали сейчас то же самое, что и он. Связь между ними была слишком сильна, о чем Марк даже не предполагал. Но, если бы он знал заранее, что с убийством Пожирателя его будет ждать дикая боль и частичная потеря силы, он бы поступил точно так же.

Все еще тяжело дыша, Марк Уотер поднялся на ноги. Вихрь и Жнец должны были появиться здесь с минуты на минуту, как бы далеко они ни были. А потому надо было торопиться.

– Прощай, Сэт, - произнес он, глядя на силуэт под пледом. Он рассчитывал задержаться здесь, но теперь ему предстояло покинуть эти места сразу после прибытия. Уже скоро он будет в Байесе, в то время как Кевин окажется там же только через трое суток. Что же, ему ничего не останется делать, кроме как дожидаться его там.2.

В маленькой, но уютной комнате было чисто и светло. Свет проникал сквозь открытое окно, которое в пасмурную погоду прикрывалась ставнями, выкрашенными в синий цвет. Снаружи ставни были светло-голубого окраса, в чем можно было по праву винить миллионы солнечных лучей и миллионы дождевых капель. А вот внутренняя сторона ставень до сих пор пахла краской и свежей древесиной.

Лучи солнца падали прямо на стол, за которым сидел старец и писал пером на лоскуте грубой желтой бумаги, выводя медленно и аккуратно каллиграфическим подчерком ровные и округлые буквы.

Старику нравился его труд, а потому он не переставал улыбаться через свои пушистые и белоснежные усы и бороду. Изредка он поднимал руку с пером от листа и опускал его кончик в чернильницу, которая была изготовлена из глины и имела форму большой катушки, на которую, кстати, была намотана позолоченная нить.