Чтение онлайн

– Видел шрамы? – спросил Кедр у Степного орла. Его брат, как и все мужчины в селении, тоже был охотником. – На волков не похоже, рассуждал он, – скорее всего, собаки. И было это не так давно.

– Меньше луны, – согласился с ним Степной орел, – только как он выжил? Раны серьезные.

– Странные ребята, – покачал головой Кедр. – Шаман сказал, что оны нужны Роду, но не объяснил почему.

– Ему так сказали Духи. Им лучше знать, – брат тоже пребывал в сомнениях. – Они не охотники, это точно. Слишком шумные и неловкие. Хотя оружие у них есть.

– А ты обратил внимание на одежду? – Кедр кивнул на лежащие в стороне джинсы мальчика. – Я такого зверя не знаю. Может это рыбья кожа?

– Да не похоже. – Степной орел покачал головой.

– А шкуры, в которых их выловили, видел? Накидки точно из северного оленя. Но они далеко от нас водятся. Сам знаешь. А вот штаны из чего? Не пойму. На косулю похоже, но это не косуля. Обувка странная, я такого зверя не припомню. И шкуры летние, свежие, а одеты, как по зиме. Непонятно.

– А может Духи и перебросили их из зимы? – Степной орел широко раскрыл глаза, испугавшись собственных мыслей.

Мужчины помолчали.

– Поживут у нас, узнаем, – подвел итог разговору Кедр.

Солнце начало клониться к закату, когда взрослые вернулись в очередной раз и принесли много кольев и ивовых веток. Сложили все в котлован, вырытый мальчиками.

– Не плохо так поработали, сантиметров тридцать глубиной, – улыбнулся Вовка и подмигнул парнишке.

Аборигены направились к реке и, зайдя в воду только по колено, начали смывать с себя пот. А Вовка скинул шкурку зайца и с разбегу бросился в воду. Когда он вынырнул метрах в пятнадцати от берега и повернулся к людям, то увидел их ошарашенные лица. Местные смотрели на него с суеверным ужасом.

«И что опять не так?» – подумал мальчик, выходя на берег и отряхиваясь от воды. Одевшись, направились домой. Почти сразу Вовка начал прихрамывать. Разболелась раненая нога. Он плелся в самом конце, все больше отставая. Заблудиться не мог, так как шли они по тропинке. Наконец, не выдержав, лег прямо на землю и вытянул горевшую огнем ногу. Вовка боялся, как бы швы не разошлись. Ведь после той битвы прошло совсем немного времени. И они с Тёмкой не давали себе большой нагрузки. А швы тянули. Мальчик лежал с закрытыми глазами, ощущая, как боль в ноге потихоньку притупляется. Он хотел уже встать, как услышал шорохи. По тропинке кто-то шел. Вовка открыл глаза, огляделся как смог в наступающих сумерках, быстро перекатился под ближайший куст и замер. Встать он уже не успевал.

* * *

Брат с сестрой до самого обеда плели стенки для шалаша, принесли от реки глину, уложили горкой. Без Вовки они не знали, что с ней делать.

– Где же Вовка? – мальчик начал беспокоиться, так как друг говорил, что скоро вернется. Ни Вовка, ни охотники днем не вернулись.

– Давай рыбу, что ли, съедим, – Артем достал из тени шалаша окуней, – а то испортятся.

Молча поели. Ближе к вечеру Артем проверил верши и обнаружил еще два десятка таких же окуней. Тяжело вздохнув, принялся чистить. Снова насторожив ловушку, сложил рыбу на круглый поднос, сплетенный сестрой из тонких веточек. Девочка за это время насобирала приправ.

– Пойду, спрошу, где взять гриб от комаров, – безжизненным голосом проговорила Аришка и подошла к входу жилища, возле которого они строили шалаш. Поколебавшись, она крикнула:

– Гибкая Ива! – ответа не было. – Гибкая Ива! – позвала она снова.

Женщина вышла с другой стороны хижины. Она занималась выделкой шкуры. Выслушав девочку, открыла дверь в пристрой, где сразу у входа стояла корзина с трутовиками. Аришка взяла один и, поблагодарив, пошла к шалашу. Гибкая Ива с грустью посмотрела ей вслед. Шаман велел относиться к чужакам доброжелательно. Пусть пока поживут, а потом будет видно. Все жители не понимали такого отношения старика к пришельцам. Но он был шаманом, ему видней.

– Пора ужин готовить, – брат нанизывал окуней на ветку, – хорошо, что ты поднос сплела, надо еще пару корзинок сплести. Будешь корешки и стебли собирать. Можно уже на зиму что-то готовить. – Артем, говорил и не замечал, как Аришка, сжав кулаки, со злостью смотрит на него.

– Это ты во всем виноват! Ты! – слезы брызнули из глаз, и Арина заколотила брата по спине, чуть не столкнув в костер.

– Ты, что? Успокойся! – Артем перехватил руки девочки и с трудом прижал к себе вырывающуюся сестренку. Девочка билась, кричала и вдруг обмякла, потеряв сознание. Мальчик растерялся на мгновение, потом увидел Гибкую Иву, прибежавшую на крики. Та опустилась на колени перед девочкой и велела Артему принести воды. Слово «вода» мальчик уже знал. В бурдюке оставалось немного, и женщина сбрызнула лицо А-ки водой. Аришка заморгала и снова разрыдалась. Женщина подхватила ее на руки и унесла к себе в полуземлянку. Артем, как дурак, остался стоять у костра, уставившись на входную дверь.

Очнулся он от того, что его дергал за руку парнишка из соседней хижины, снявший с огня чуть не сгоревших окуней.

Мальчик кивнул аборигену, медленно опустился на землю и закрыл глаза. Два месяца. Всего два месяца. ЦЕЛЫХ ДВА МЕСЯЦА. Ладно, они с Вовкой почти взрослые, а она-то, совсем ребенок. Артему было жалко себя. Все это время он жалел СЕБЯ, а надо было пожалеть сестренку. Болван! Артем ругал себя, не зная, что делать. А что он мог сделать? В общинно-родовом строе они оказались без Рода. Вот откуда появилось слово «безродные»! От такого открытия мальчику было нисколько не легче. Права Аришка, прав он. Надо просто учиться ВЫЖИВАТЬ. А для этого надо УЧИТЬСЯ выживать. Артем открыл глаза. Со стороны леса приближались охотники, с которыми утром ушел его друг и брат. Но его с ними не было. Артем вскочил на ноги и быстро пошел навстречу отцу с сыном: – Во-ка! Где Во-ка!?

Охотники оглянулись. Во-ки не было. С минуту постояв и обменявшись несколькими фразами, они развернулись и быстро зашагали обратно. Артем припустил за ними. В сумерках тропинка уже еле угадывалась. Прошли они совсем немного, как со стороны кустов послышался голос Вовки:

– Тёмка, я здесь.

Поднимаясь, Вовка оперся на больную ногу и, вскрикнув, завалился на бок. Мужчина быстро подскочил к мальчику. Втроем осторожно подняли Во-ку, закинули на спину Кедру и пошли в сторону дома. Артем шел рядом, держа друга за руку, слезы лились из глаз, не переставая.

Вовку занесли в ту же полуземлянку, что и Аришку. Вскоре туда же быстрым шагом прошел шаман, неся в руке корзинку. Артема не позвали, и он остался у костра. Уже стемнело, а из хижины никто не выходил. Запалив дымовуху, мальчик улегся в шалаше, и вскоре сон сморил его.

* * *

Вовку занесли внутрь. По крытому коридору Кедр спустился вниз, в основное помещение. «Чем они, интересно, котлован рыли, – мимоходом удивился мальчик, – примерно метр глубиной», – заключил он, осматриваясь, пока его укладывали на один из топчанов, пристроенных к стене. Он не представлял, чем можно такую яму выкопать, неужели костяными лопатками зверей? Тогда это тяжелый труд. Сегодня он это понял по себе.

Аришка с опухшим от слез лицом сидела на полу возле Вовки и гладила того по голове. У Вовки был жар. Гибкая Ива осторожно ощупывала ногу мальчика, следя за его реакцией. Подошедшему шаману она указала на места, где Вовка скривился при надавливании. Тот еще раз пробежал пальцами вдоль шрама, согнул и разогнул ногу. Затем достал из корзинки три мешочка. Высыпал в деревянную чашку по щепотке порошка из каждого, налил немного воды и тщательно перемешал деревянной же лопаточкой. Затем намазал покрасневшую и опухшую ногу по обеим сторонам от шрама и велел лежать. Мазь приятно холодила, и Вовка уснул.