Чтение онлайн

Ушел из спорта? На пенсию? Оксана посмотрела на Альберта. Он был серьезен, поэтому вряд ли это можно было назвать шуткой. Она не интересовалась хоккеем и не посмотрела ни одного матча с его участием и затруднялась представить даже примерный возраст хоккеистов.

– Тебе всего тридцать два. Я вышла на пенсию в шестьдесят три!

– Большой спорт - дело молодых и здоровых.
– Альберт улыбнулся матери.
– Мам, все в порядке.

– А что такого?
– Зоя сосредоточенно выковыривала прослойку из птичьего молока в кусочке торта.
– Балерины тоже выходят на пенсию до тридцати пяти.

– Но Альберт не балерина!

Зоя рассмеялась, вероятно, представив Альберта в балетной пачке, но ее смех никто не поддержал.

– Тогда мы обязательно тебя женим.
– сказала Тамара Леонидовна.

Так значит он остается. Оксана взглянула на Альберта, он вполголоса что-то говорил матери. Она заметила, что профессорша скорее обрадовалась, чем огорчилась.

В замешательстве, Оксана поднялась из-за стола и вышла из зала. Она чувствовала, как внутри нее борются за первенство надежда, растерянность и безысходность. Месяц отпуска, который она планировала погостить у родителей, теперь не поможет.

Придется облачить свое сердце в доспехи, чтобы потом не пришлось собирать его по кускам. Меньше всего на свете ей нужны сейчас безнадежные отношения.

Гости разошлись. Девушки оставили Абдулловну наедине с сыном, а сами направились в Зоину студию посмотреть ее последнюю работу.

Небольшое крыло состояло из двух комнат: жилой комнаты, где спала Зоя, и непосредственно самой студии. В святая святых пахло краской, деревом, пылью и еще чем-то химическим. Привыкшая к этим запахам Зоя, словно не замечая их, свободно передвигалась по комнате, тогда как Оксане и Розе потребовалось немного времени, чтобы перестать морщиться.

Повсюду валялись зарисовки, рисунки на бумажках, ватманах и даже на стене. Скомканные листы, засохшие и перепачканные краской тряпки дополняли общую картину. Оксана с Розой не решались пройти в центр комнаты, опасаясь наступить на какой-нибудь «шедевр».

– Как ты работаешь в таких условиях?
– Оксана окинула взглядом беспорядок.

– Это называется творческий беспорядок.

– Это называется свинарник. И ты здесь единственная свинья!

Оксана двумя пальцами подцепила коробку от пиццы, валявшуюся на полу. Предчувствуя назревающий конфликт, Роза решила вмешаться.

– Так что ты хотела нам показать?
– Роза медленно шла по кругу, разглядывая картины. Холсты, разных размеров, были расставлены, раскиданы или повернуты к стене.

Зоя, почуявшая интерес к ее творчеству, мгновенно перестала обижаться на Оксану, и как маэстро, плавным взмахом руки, указала на мольберт. Ее глаза возбужденно блестели. Она нетерпеливо лохматила свои короткие волосы, переминаясь с ноги на ногу, пока подруги разглядывали картину.

Это был портрет молодого парня, в полный рост. Он был изображен в виде дьявола, с длинными кудрявыми волосами, острыми рогами и характерными перепончатыми крыльями. Красивое, не приукрашенное страшилками лицо, с легкой улыбкой. Обнаженное тело. Легкая повязка, окутывала его нижнюю, часть, сквозь которую угадывались очертания мужского начала.

Оксана подошла поближе, чтобы внимательней рассмотреть лицо, и, чем больше она вглядывалась, тем страшнее ей становилось. Глаза, буравили ее насквозь, словно читая ее самые страшные желания и тайны. Небрежная ухмылка обещала воплотить все это в жизнь. Он был сексуальным как сам... как сам дьявол! Она почувствовала как зашевелились волосы на затылке. Оксана покосилась на Розу. Похоже, подруга испытывала то же самое.

– Кто это?
– спросила Оксана.

– Ты его помнишь?

– Я его знаю?!

– Ну да. Он приходил позировать весной.

– Ах, этот! Как же его... Игорь? Вы вроде расстались.
– Оксана с усилием заставила себя отвернуться от картины и села на единственный свободный стул.
– Постой. Он же был ангелом?

Зоя щелкнула пальцами.

– Совершенно верно. Поначалу он казался мне ангелом. Ты помнишь, как я была влюблена.
– Зоя заходила по комнате. Роза все еще рассматривала картину.

– А когда мы расстались, он стал - она остановилась посреди комнаты, задумавшись - ... сатаной. И тогда я написала это. Ну и как тебе?

– Я под впечатлением. Сомневаюсь, что запомнила все детали, но лицо теперь будет сниться мне в самых страшных сексуальных кошмарах!

– Так и было задумано!
– удовлетворившись ответом, Зоя посмотрела на Розу.

– Не знаю, как тебе это удалось. Ведь я видела его вживую, а здесь он как будто другой. Он и не он.
– Роза подошла к Зое - Только не обижайся, пожалуйста, но я считаю, что это твоя лучшая работа. Похоже, ты, наконец, нашла себя.

– О, девочки.
– Зоя захлопала ресницами и прослезилась.
– Какие могут быть обиды. Мне так важно было услышать это от вас. Знаю, что до этого не написала ничего стоящего!

– Почему...

Зоя покачала головой, не дав Оксане досказать утешительные слова.

– Это так тяжело. Всю жизнь доказывать самой себе, что я чего-то стою. Что я могу не хуже, чем мама с папой. Я хотела им показать, но они как всегда не могут приехать. А везти картину к ним в Питер я не хочу.

– Не расстраивайся. Они обязательно ее увидят.

Оксана подошла и обняла ее. Роза тоже подошла к ним. Так они постояли и поутешали Зою еще несколько минут.

– У меня есть шампанское.
– Зоя вытерла слезы.
– Давайте откроем.

Она увела подруг в свою комнату. Роза с Оксаной уселись на кровать, посреди разбросанной одежды. Оксана поерзала, нащупала под собой лямку и вытянула из-под себя лифчик. Зоя достала бутылку из маленького холодильника.

– Есть еще коньяк, но после такого ужина, я вряд ли смогу впихнуть в себя что-то покрепче.
– Она разлила шампанское по бокалам и раздала подругам.

– За нас!

Девушки чокнулись. Обменялись улыбками.

Из распахнутой форточки доносилась вечерняя трель сверчков и отдаленные звуки проезжающих машин. На окне, жужжащее насекомое с легким стуком билось о стекло и, не найдя выхода, затихло. Легкий ветерок, всколыхнул прозрачную занавеску.

Оксана подумала, что надо бы включить свет, но было так здорово развалиться в кровати в конце насыщенного дня, не думая ни о чем.

– Представляешь, когда-нибудь на этом старом доме повесят табличку: «Здесь жила и творила величайшая русская художница Зоя Васильева». А мы с Розой, напишем книгу о тебе и всех твоих натурщиках, и станем богаты.

– Валяйте.
– великодушно разрешила Зоя.

Роза наслаждалась шампанским, осторожно отпивая маленькими глоточками.

– Ты не хочешь показать картину нашей хозяйке?