Чтение онлайн

Егор Чечеринда: Мы теперь можем переизбирать Президента. Это, возможно, единственная положительная черта, но она положительная. И Порошенка мы переизберем. Я удивлен, что до сих пор не переизбрали.

Олесь Бузина: Егор, проблема в том, что мы не смогли переизбрать Януковича. Мы допустили то, что его согнали. Вот если бы мы сместили Януковича через выборы – это был бы другой разговор.

Репортер: Вы думаете, Янукович дал бы себя сместить?

Олесь Бузина: А куда бы он делся? Он в 2004 году выиграл президентские выборы и дал провести третий тур. Он был абсолютно легитимным премьер-министром в 2007 году, но вопреки всем существующим законам дал тогда себе уйти в отставку. Зачем ему свалилось это счастье в 2010 году, я даже не знаю… Он всегда трусил в ответственный момент. Неужели вы не видели, что имеете дело с банальным трусом? Все так обернулось, потому что он постоянно пытался переложить ответственность на кого-то другого. В том избиении студентов до сих пор не можем найти виноватых… После Майдана у нас новый Президент, который стоит перед теми же вызовами, что и Янукович, но и он, точно так же, не берет на себя ответственности. В частности, по проведению переговоров на Донбассе, потому что Украина не способна военными силами привести к повиновению этого региона.

Егор Чечеринда: Да, согласен, Донбасс – это Украина, и там украинские люди, и я это принимаю, но только если они сами себя признают украинцами.

Олесь Бузина: Есть территориальная целостность наших границ, за которую вроде как мы все стоим. По какому праву украинское правительство отказывается платить пенсию жителям Донбасса? Они эту пенсию заслужили еще тогда, когда Яценюк с Порошенко ели кашу в детском саду. Если Германия до сих пор платит евреям, пострадавшим от нацистского режима, как же мы можем своим гражданам не платить пенсию? Мы же делаем их врагами.

Егор Чечеринда: Возьмем, к примеру, опыт Второй мировой войны: было бы странно, если бы СССР выплачивал в оккупированном Киеве людям пенсии, когда в нем стояли немцы. Мне кажется, что сейчас ситуация точь-в-точь как тогда. Если эти люди считают себя украинцами, любят Украину и хотят жить в ней, давайте создадим условия, чтобы они переехали на свободные территории, построим им там жилье, обеспечим их работой. А отказ от социальных выплат – это был очень сильный геополитический ход. (Вот что такое политиканство чистой воды и любой ценой: люди умирают с голода и от болезней – плевать! – «сильный геополитический ход»! – А.Б.)

Олесь Бузина: Давайте не будем фантазировать, что украинское правительство кому-то построит дома. Вот разрушить дома и инфраструктуры с помощью снарядов оно смогло очень много. И ситуация не похожа точь-в-точь на Великую отечественную войну. Через границу свободно передвигаются люди, до сих пор работала банковская система, и сейчас работает много предприятий, заводов. Зачем мы усугубляем конфликт? Моя позиция – это позиция нормального, рационально мыслящего патриота Украины: если граждане Донбасса отличаются от всех остальных украинцев, а они отличаются, то мы должны учитывать их отличия, а не обстреливать из пушек. Львовяне тоже отличаются от всех остальных жителей Украины, но по Львову не стреляли.

Егор Чечеринда: Потому, что во Львове никто никогда не провозглашал самостоятельных республик и не говорил, что это – не территория Украины.

Репортер: Егор, вопрос к вам. Благодаря Майдану сейчас у нас есть свобода и выбор переизбирать президента. Но этого мало. Это нельзя «потрогать», понимаете? Они такое «улучшение» не могут прочувствовать. То, что они по-настоящему чувствуют сейчас – это глубочайший экономический кризис. Не думаете ли Вы, что в таких условиях возможен третий Майдан?

Егор Чечеринда: Безусловно. Я думаю, что он и будет. Главная задача сегодняшней власти – побороть коррупцию: если эта власть начнет реально сажать тех людей, которые разворовывают бюджет, берут взятки, тогда люди за них проголосуют на следующих выборах, если нет – тогда будет третий Майдан. Причем радикальный, как Колиивщина, с резней и кровью.

Олесь Бузина: Я только добавлю, что если это произойдет, то, я думаю, помимо этих двух областей от Украины отвалится еще шесть.

Егор Чечеринда: Я этого не хочу. Но объективно, сегодняшнюю власть не слишком волнует коррупция – она больше занята коалициадой и распределением портфелей. А ведь именно коррупция и была, по сути, одной из базовых причин Майдана…

Олесь Бузина: Я не думаю, что причина была в этом. Средняя зарплата раньше составляла около 450 долларов в месяц – очень высокая даже по европейским меркам. Сербы кстати получают значительно меньше, при том, что Сербия сейчас является кандидатом на вступление в Евросоюз. А сейчас, после этого скачка курсов, мы в среднем получаем чуть выше 200 долларов. Люди в принципе-то жили очень неплохо…

Егор Чечеринда: Но бизнес отжимали.

Олесь Бузина: Бизнес отжимали, я не спорю. Это-то как раз и послужило причиной Майдана. Велась олигархическая игра. А народ просто использовали. Он не знал, что с ним происходит. Нашим людям просто не объясняли, как они хорошо жили. Вот сейчас Запад дает нам около 7 миллиардов в кредит. Россия предлагала 15 миллиардов Януковичу. Там 15, тут около 7, но под повышение коммуналки. Вот сейчас люди и заскрипели по-настоящему…

Репортер: Как вы думаете, что сейчас чувствуют матери, родственники тех, кто погиб тогда на Майдане, веря, что, что мы будем жить в лучшей стране?

Егор Чечеринда: Я не знаю, что они сейчас чувствуют. Думаю, внутреннюю пустоту. И заполнять эту пустоту необходимо реальными делами со стороны новой власти, в том числе, борьбой с коррупцией… Смерть комментировать всегда тяжело. Никто не вернет этих людей, этого не компенсировать материально. Четыре с половиной тысячи – это огромная цифра. У меня нет рецепта, как к этому относиться. Это надо воспринимать, как огромнейшую национальную трагедию.

Олесь Бузина: Я бы сказал так: на Януковиче лежит Небесная сотня. А на Петре Порошенко, Яценюке и всех остальных, кто только пришел к власти, – на них лежат Небесные тысячи. Я не знаю, как они с этим будут жить. Они развязали войну на востоке вместо того, чтобы просто договариваться с людьми.

Егор Чечеринда: Если бы на Донбассе не было тяжелой танков, которые приехали из России, никакой бы войны там не было. Была бы самая настоящая антитерорристическая операция.