Олимпиец. Том VI
Шрифт:
— Сейчас, на Базе, — пояснил Рик, не отрывая глаз от мирно спящего города. — Когда Элай подчинялся моим, а не твоим приказам.
Я поморщился.
— Серьезно? Сейчас? Нашел время.
— И все же ответь.
— Да нет, — я дипломатично пожал плечами. — Я понимаю.
— Вот и врешь, — усмехнулся он. — Не отпирайся, я же видел, что тебя задело. Ведь технически ты все еще его Архонт. Глава Дома.
Он покосился на мое искривившееся лицо и продолжил, не дожидаясь ответа.
— Да ладно, не строй такую рожу. Я понимаю. В Академии тоже тебе завидовал. Люто.
Хм. Вот этого я уже не ожидал.
— Неужели? И почему? — против воли заинтересовался я.
— А ты сам знаешь почему, — охотно ответил он, не отрывая от стены напряженного взгляда. — Где мы живем, забыл? В Греции. Не знаю как ты, но я вырос на историях о Геракле, Персее и Аргосе. «Великий Геракл» — как говаривал мой отец. Сын Зевса.
— Прямо как ты.
— Ага. Прямо как я, — кивнул Рик. — И я был им. Героем, лучшим во всем. Ну до поры до времени. А потом появился ты. Вот скажи мне, Адриан, как так получилось? Я же навел справки, в средней школе ты был никем. Просто сынок Аида, тебя же все шпыняли за милую душу. А потом, вдруг, все изменилось. Словно в тебя вселился кто-то.
Я стоически выдержал его взгляд, ничем себя не выдав. Внутри же я всеми словами поносил длинный язык Артемиды. Неужели богиня — одна из немногих, знавших мой секрет — все разболтала новому ухажёру? И теперь что, он намеревается обвинить меня в воровстве?
— За полгода стал капитаном команды, — продолжил Рик, изучая меня взглядом. — Победителем Игр, Архонтом, Защитником Империи… А кем стал я? Из наследника Фуллмен превратился в слугу Дома Рекс.
Мне показалось, что он сейчас сплюнет с крыши на головы редких прохожих внизу и тем самым выдаст нас с головой, но Рик удержался и продолжил, куда более спокойно.
— Поэтому, когда ты исчез, я обрадовался. Наконец-то, сказал я себе. Этой мой шанс. Буду Героем! Знаю, сейчас звучит очень глупо и по-детски, но тогда я был счастлив, правда. Знаешь, сколько это продлилось?
Он внезапно посмотрел на меня, в его глазах застыло безжизненное выражение.
Я покачал головой.
— Нет.
— Что, Элай не рассказал? Хотя ладно, он не любит вспоминать. Ну слушай. Наших первых рекрутов мы набирали прямо из города, не как сейчас. Одна вылазка, вторая, десятая. Мы сделались беспечны. С нами Энрико Фуллмен, ангел во плоти. Что может пойти не так.
Рика пробрало от воспоминаний, и он передернул плечами.
— Что же может пойти не так, да… Двенадцатая вылазка в город провалилась. С треском. Кто-то из даймонов увидел, что пропадают люди, сложил два плюс два. И полтора года назад нас уже ждали. Ты наверняка думал, откуда мы знаем, что Деметра в городе? Я ее видел, вот откуда. На том складе, где мы должны были встретить Никос и Элени Караянни и их сын Йоргос, нас ждала она. — Он злобно ощерился. — Эта тварь выпотрошила мой отряд у меня на глазах. Заморозила, еще живых, оставив только головы. И отламывала по кусочку.
— Как ты выжил? — помедлив, спросил я.
— Сам знаешь. Только мы с тобой можем летать
Я промолчал, не зная, что и сказать. Рик хмыкнул.
— Хорош герой, да?
С этими словами парень отвернулся, снова уставившись на город. Внезапно, где-то вдалеке раздался взрыв, за ним второй и третий. В небо ударили первые блики пожара, на крепостной стене напротив забегали «белые». До нас донеслись отзвуки отдаваемых приказов.
Город просыпался. В доме под нами открывались окна, слышались удивленные и испуганные крики горожан. В голову пришла неприятная мысль. Наверняка, когда Атлант громил Афины, люди кричали так же.
Рик поднялся с колен.
— Идем. Нам пора.
— Пора, — согласился я и добавил. — Не-герой.
— Пошел ты, Лекс.
— Я серьезно. Ты не-герой, я не-герой. Мне кажется, в Греции нет больше героев.
— Да? — полюбопытствовал Рик, расправляя крылья. — И где они тогда?
— На кладбище. Где ж еще.
В отдающее оранжевым небо взмыли две фигурки. Молодого человека с красивыми белыми крыльями и огромного черного орла, с одним крылом чуть больше другого. Взмыли и пропали в дыме горящего города.
* * *
Первым их заметил Рик. Он резко поднял руку, остановил меня, когда мы, стараясь не привлекать внимание опустились на широкие мощенные улицы Верхнего Города.
— Слышишь? — прошептал он. — Метров двести от нас. Дальше по улице.
Я задержал дыхание. Прислушался. И правда, где-то впереди звучал глухой топот сапог. И лязг оружия.
— Патруль.
— Он самый, — напряженно кивнул Рик. — Повезло. Кажется, они нас не видели.
— Пока что. Давай, в кусты. Пока не заметили.
— В какие кусты, Лекс, — закатив глаза, прошептал Рик. — Ты бы еще предложил надеть на себя коробку. Вон, там мусор, за ним и заляжем.
— Это просто выражение, — буркнул я и припустил вслед за парнем.
Мы быстро перебежали дорогу и шмыгнули за груду металлолома, так удачно валяющуюся перед домом. Рик спрятался за куском вывороченной из дома трубы, стараясь не наступать на обломки разбитого белоснежного унитаза, и присел на корточки, чтобы казаться незаметнее. Я же пристроился рядом, и осторожно, чтобы не дай бог, не увидел кто, опустился на корточки, мельком выглянул.
Солдаты приближались. Четверо. Двое в броне и с венками на головах, один с тяжелой винтовкой, четвёртый тащил за спиной миниатюрный радар с рацией. Сосредоточенные лица, быстрые, выверенные движения. Отборные бойцы Ареса, то есть Деметры, в данном случае. И они шли прямо мимо нас.
— Пропускаем, — шепнул Рик, на всякий случай прикрывая рот ладонью. — Пусть идут.
Я покачал головой и жестом объяснил, что это плохая идея. А когда увидел, что парень меня не понимает и только изумленно пялит глаза, плюнул на выкрутасы и тоже зашептал в ответ:
— Чтобы они потом зашли нам за спину? Я не готов так рисковать. А ты?
— Тогда по моей команде. И не секундой раньше.
— Есть, босс, — я закатил глаза. — Командуй уже.
Лицо парня искривила гримаса, но он ничего не сказал. Разве что взглянул на меня злее обычного. Я покосился на его руку, которая уже потянулась к автомату и добавил.
— Только тихо. Без шума.
Судя по виду, он едва мне не врезал, но все же автомат отпустил. Вместо этого вытащил из-за пояса длинный нож, приготовился. Я сделал то же самое, сжал пистолет покрепче — и на счёт «три», мы выскочили из укрытия.