Чтение онлайн

На протяжении последних дней пищу я употребляла в достаточно малых дозах, но голод не ощущала. В среду утром, когда я выходила из дома, голова внезапно закружилась. Впрочем, нет, она кружилась с утра, просто я не обращала на это внимания. А тут вдруг все поплыло, дверь улетела в небытие, и я явственно почувствовала, как тело мое рухнуло мешком на порог. Благо, в этот раз без ударов головой или какими-либо другими частями тела. Перепуганная бабуля тут же прибежала, принялась причитать, читать нудные лекции. В итоге, она отвезла меня в больницу, где мне поставили диагноз – истощение. Ха, удивили.

Представьте, несколько дней меня кормили через трубочку в руке. Потом постепенно стали давать жидкую пищу, чей вкус я не чувствовала, а ведь когда-то я была гурманкой, но это было слишком давно. Медсестры старались лишний раз ко мне в палату не заходить. Еще после первой ночи меня перевезли в двуместную палату, где я была одна. Все из-за того, что по ночам я сильно вопила. Что поделаешь, мне не всегда удается сдерживать себя. Все тайные страхи проявлялись во снах, мучительная боль пронзала насквозь. Каждую ночь на мою грудную клетку будто скидывали несколько тонн искореженного железа. Мне было тяжело дышать, бороться, но затем было пробуждение и тихое литье слез в подушку.

Я знаю, что становлюсь ежом. Не подпускаю к себе людей, отталкиваю их одним своим поведением, словно они виноваты в моем горе. С другой стороны, стоит ли так зацикливаться на себе? С каких это пор я стала невыносимой эгоисткой?

Как только я набрала пару килограммов, главврач набрал номер бабули и деликатно попросил избавить их от меня. Шутка ли, но дежурные врачи по ночам не должны спать, а сами до дикости бесились на меня за то, что не могли уснуть. Впрочем, я понимаю, что другим пациентам нужен сон. Итак, меня перевели на домашнее лечение – какие милые лживые слова. Уже с понедельника я вернулась в лицей.

– Выздоровела? – с ходу поинтересовалась доброжелательная Арина, не успела я войти в класс.

– Да, спасибо, - любезно ответила ей.

– О, так тебя все же загребли в психушку? – с издевкой вопросила осмелевшая Юльча.

– Еще одно слово, и ты окажешь в подходящем для тебя месте, - со сладкой улыбкой на устах промолвила я.

– И где же? – удивилась жирафиха.

– В морге, - все тем же тоном, полушепотом отвечала я, максимально приблизившись к ее лицу, так что мало кто еще мог услышать.

Пока ее выражение лица пыталось вернуться на территорию головы, я прошла за свою парту. Спокойствие, только спокойствие. Быть мирным самаритянином тоже можно, правда, осторожно.

– К сожалению, ваша учительница математики пока не выздоровела… - едва ступив в стены класса, молвил преподаватель.

– Какое же это несчастье, - пробурчал Кирилл в стол.

– Прошу прощения? – удивился Марк.

– Что? Я ничего, - пролепетал парень под грозным взглядом молодого мужчины.

– Ну так вот, я продолжу, - вид у него был очень серьезный, - о том, что у вас сегодня биология, вы должны были знать от старосты…

– Я всем сообщила, - выпятив мизерную грудь, пропела Моська.

Никогда бы не подумала, что она у нас староста. Это же курятам на смех. Ха-ха, я не удержалась и усмехнулась. Впрочем, меня-то никто не предупреждал о замене. Всегда терпеть не могла людей, которые подлизывались и лебезили перед другими. Фу-у, какая гадость. Хотя, если бы все люди были такими, как я, то мир и жизнь в целом были бы невыносимо скучны. Так что даже такие персонажи, как Моська, должны быть. Так сказать, одобряю.

– Я вижу, что Эльвиру, Дарья, вы не предупредили, - укоризненно произнес он.

– Я… - девушка замялась и дико смутилась, потупивши голову.

– Кто-нибудь, поделитесь учебником, - велел учитель.

Ага, так все и побежали. Егора не было, он, по обычаю, прогуливал, а остальные, как бы мне найти подходящее для них цензурное слово… даже и не знаю.

– Передайте, - попросила Арина.

Черт, я совсем забыла, какая благодетельная она здесь. Это весьма приятно.

– Спасибо, - поблагодарила ее.

Девушка в ответ лишь улыбнулась. Марк сказал, какую страницу всем открыть. Генетика. Это похоже на то, что пора ее изучать. В прошлой реальности с теорией у меня были небольшие проблемы.

– Эльвира, - надо будет ему как-то сказать, чтоб прекращал меня так называть, а то прям старухой себя ощущаю.

– Да? – подняла голову от учебника.

– Ответьте мне на такой вопрос, - и тут он произнес череду непонятных слов, относящихся к предмету, но…

– Я… - однако, трудно же в этом признаться, - не знаю.

– Внучка известного профессора и не знает такой мелочи? – немного высокомерно удивился он.

А как удивилась я. Что он только что сказал? А ну-ка еще раз! Перемотаем пленку – «внучка известного профессора»? Откуда он знает?!

– Что? – послышался изумленный шепоток со всех сторон.

– Профессора? – спрашивали ученики друг друга.

– Известного? – переспрашивали другие.

Дать вразумительный ответ я однозначно не могла. Сложила руки крест на крест на груди, что было определенным знаком. Мое лицо и все тело превратилось в камень. А в голове только один вопрос – откуда он знает? Сразу же после звонка Марк Анатольевич попросил меня задержаться.

– Эльвира, - начал он, когда последний ученик вышел из кабинета.

– Можно просто Эля, - вполголоса попросила я.

– Хорошо, Эля, ты, наверное, удивлена, откуда я знаю столько про тебя…

– Определенно, - подтвердила я.

– Знаешь, это разговор не для этих ушастых стен.

– Мы можем поговорить у меня дома, - тут же вставила я, не глядя ему в лицо.

– Отлично, сегодня вечером пойдет? – сколько серьезности, таинственности и одновременно волнения. – Хотя, нет. Лучше послезавтра.

– Хорошо, - хотя, что скажет бабуля, не известно.

Однако же мне везет. Вечером я уточнила у бабули ее планы на послезавтра – она отправится в гости к одной из своих, на мой взгляд, мнимых подруг. «Мнимых» потому, что они попросту пользовались ее талантами, при этом совершенно бесплатно – подруги же. Жутко осознавать, что в этой реальности моя сильная и смелая, твердая, как глыба, скала, Эверест, бабуля мягкотелая до отвращения. По ней совершенно спокойно может проехать бульдозер, а она не то что не отреагирует, как подобает, а даже попросит прощения у водителя, что была в это время на дороге.