Он и Она
Шрифт:
– Простите еще раз. Мне было очень приятно проводить с вами время, вы красивая интересная девушка…
– Правда? В самом деле?
– Разумеется, иначе я не стал бы с вами общаться. Но, понимаете… Понимаешь, Варь, я люблю Наташу.
Новый взрыв рыданий заставил меня все-таки выйти из-за стола.
В конце концов, девчонка, правда, не виновата, и ревет тут из-за меня, а я, чтобы не быть на букву «м», должен как-то реабилитироваться…
Сумочку ей, что ли подарить?
Я подошел к ней ближе, встал рядом, протянул салфетки, который успел прихватить с края стола.
– Варя, не надо так расстраиваться. Ну, я ведь на самом деле не подарок! Я капризный, противный, я сноб. И потом, я тебя намного старше! Тебе всего двадцать, мне за тридцать. Тебе будет всего сорок, а мне уже за полтинник – дедуля…
– Не правда! Вы, вы такой…
– Такой богатый? Ты это хочешь сказать?
– Зачем вы так? Кому нужны эти ваши миллионы! Я…
Миллионы? Она издевалась надо мной? Вообще-то миллиарды – есть разница, да?
– Если вы думаете, что я меркантильная…
Есть такое дело. Мы, миллиардеры, все именно так о вас, девочки, и думаем! Чаще всего!
Я и о Наташе сначала так же думал... Му....Миллиардер хренов.
– Варя, я снова тебя обидел, но, поверь, девочек падких на бабки я повидал…
– Я не такая!
– Я понимаю, - Реально я понимал, не верил, правда, но хрен с ним, надо было остановить этот поток слез! – Варя, успокойся…
Вот это ты зря, Устюгов! Словно красную тряпку достал!
– Я вам поверила! Я думала вы искренне! Я… я планы строила! Я же… я влюбилась в вас как девчонка! – стоп, а ты кто на самом деле? Мальчишка что ли? Или матрона лет пятидесяти пяти?
– Варвара, я все понимаю. Еще раз прошу прощения, - цирк со слезами реально поднадоел, зачем только я это все спровоцировал?
– Мне так хотелось сделать вас счастливым! Я на все была готова! Даже научить вас любить поцелуи! – это что-то новое! Я люблю их, детка, только с другой!
– Варя, ну, извини…
– Я мечтала дать вам семью, любящую! – ну, это у меня было на самом деле, - Любить вас, детей вам рожать…
И снова «здравствуйте»! ОМГ! И что мне теперь со всем этим знанием делать? Варвара, Варвара…
Надо было что-то срочно придумать. Последний аргумент! Бронебойный!
– Варя, может тебе сумочку купить?
– Что?
Вот чего я не ожидал, так это пощечины! Звонкой. Звучной! И… фак, весьма болезненной!
Ну и… эпик фэйл!
Конечно, в этот момент дверь открылась и зашла моя фея!
***
– Добрый день!
Очаровательная фея обворожительно улыбалась.
Фак.
А моя щека после пощечины зудела.
И я искал в глазах у феи ответ на вопрос – подставлять ли мне вторую щеку? Прилетит ли мне?
Варвара, красная как рак, вся в слезах, повернулась к Наташе, видимо хотела что-то сказать, но быстро поняла, что лучше молчать.
Потому, что когда Наташа посмотрела на нее, фея мгновенно выветрилась и ее место заняла злобная Гингема*, или Бастинда* – тут уж не знаю, кто лучше, кто хуже!
Мышка вылетела из кабинета пулей, дверью, правда, хлопать не стала – в общем, девочка-то она была не глупая.
Мы с феей стояли и смотрели друг на друга.
Как борцы на ринге.
Наверное.
По крайней мере я себя ощущал так. Ты прекрасно знаешь, что твой противник сейчас на тебя бросится, но не знаешь, как именно бросится и как строить защиту.
Да, ситуация была совсем не «айс».
Главное, чего я не понимал – как докатился до жизни такой?
Я! Андрей Устюгов! У которого в принципе до знакомства с феей не было траблов с женщинами!
Лера не в счет. Там были траблы другого уровня и по другой причине.
Наше «стояние» продолжалось несколько мгновений.
Потом фея шагнула ко мне. Подняла ладонь и нежно погладила меня по щеке, той самой, которой досталось.
А потом уткнулась мне в грудь и затряслась от… от смеха!
– Устюгов, это было феерично!
Да, с этим я готов был согласиться! Куда уж фееричнее!
– Получил? Будешь знать, как девушек обманывать! – ее продолжало трясти, у нее даже слезы на глазах выступили от смеха! – Это просто… У меня слов нет!
– Давай, давай! Глумись надо мной! Вы чего-то все сегодня с цепи сорвались!
– Все? Ты сказал все? Так-так…
– Не бей меня, прекрасная Наталья, я тебе еще пригожусь!
– Сумочку купишь?
Фак! Она слышала! Да уж…
– Да… Андрей Владимирович, не ожидала от вас! Нет бы дать девочке нормальные отступные! Сережки, там, с бриллиантиками, колье, браслетик… Машину, в конце концов! – фея качала головой, - Сумочку! О май гад! Сумочку!
И снова уткнулась в мою грудь трясясь от смеха.
Ну, блин! Мне как-то вообще раньше не приходилось никакие отступные давать! И вообще… что такое отступные? С какого перепугу?
– У меня, вообще-то, ничего с ней не было, чтобы я ей отступные давал!
– Совсем ничего?
– Совсем!
– Даже… на «пол шишечки»? Фу, прости, пошло…
– Ты не фея, ты просто жирный тролль!
– Есть немного. Подожди, что значит жирный? Опять?
– Не опять, а снова. Дурочка. Самый сладкий, мягкий, приятный на ощупь тролль.
Я взял ее лицо в ладони, хотел поцеловать, но… просто завис, глядя в ее глаза. Изумруды с бирюзой и золотом…
Она вдруг перестала смеяться, вцепилась в лацканы пиджака, прижимаясь всем телом…
– Ты что?
– Я… я на самом деле очень испугалась.
– Чего?
– Сама не знаю. Ну… вдруг у вас на самом деле все… все было серьезно. Были отношения. И… ну, вообще все было. Мне просто… Я поняла, что дико тебя ревную. И… Когда она тебя ударила мне так хотелось ей двинуть в ответ!
– Реально? Двинуть? – теперь смеялся я. – Я представляю… Это было бы эпично…
– Не надо, Андрей. Я… мне просто вдруг стало так больно. Как… как вчера на террасе, когда я коленку разбила.