Чтение онлайн

— Вот смотри, — протягивает мне планшет Мира, а Злата листает и показывает видео.

Видео с ней! Она не китаянка. Не экзотичная. Это радует. Я думала, что она как та Катя, а здесь совершенно обычная молодая женщина. Тёмное каре, голубые глаза. Волевое лицо, но что-то в ней такое притягательное есть. Пытаюсь разгадать эту загадку, пока Злата быстро свайпает.

— О, а это наша Катя. Ты знаешь Катю? — спрашивает Злата.

— Да, мы с ней летели. Покажите, — стараюсь звучать весело и беззаботно, но мне кажется, что мой голос напоминает сейчас ведьму диснеевскую.

На одном из видео в самолёте Катя скачет в своей юбочке с девчонками, а сзади сидит Влад и пялится на это всё. Сначала я зацепилась с радостью за него взглядом, потому что уже соскучилась, а потом поняла, куда направлен его взгляд. Настроение падает в нулину просто. Теперь общение даётся с таким колоссальным трудом, что к концу полёта чувствую себя выжатой, как лимон.

На свежем воздухе стою и жадно дышу, пока Юлия с дочками уезжают с двумя машинами сопровождения домой. Это тоже немного напрягает. Их серьёзно нужно охранять? А Влада? А Константина Юрьевича? Не помню, как он в прошлый раз уезжал…

Меня встречает Борис, и уже через двадцать минут я дома. У нас сегодня по воскресной традиции опять в гостях Рогачёвы. Мама явно мной хвастает перед ними, и меня зовут на стол, чтобы я всё-всё рассказала. С чего начать? С джета или банта? Смешные такие…

Про эйрбас всё-таки рассказываю и даже показываю фото. Рогачёв аж в лице меняется. Видно же, как он завидует и как они с мамой постоянно соревнуются, у кого что лучше. Зачем такая дружба вообще нужна? Никогда не понимала. Для приличия немного рассказываю про Красноярский край и иду к себе.

Но на лестнице меня ждёт сюрприз. Я аж кричу на весь дом.

— Мама! Это что? — на лестнице стоит какое-то бесчётное количество нежно-розовых роз.

Я, конечно, понимаю, что это, но это поражает. Их, наверное, раз в десять больше, чем было на прошлой неделе в общем. Большие вазы стоят с обеих сторон ступенек все три полёта. Я такое только у Кардашьян на день рождения видела…

Сажусь на лестнице и погружаюсь в этот безумный аромат. Почему-то они пахнут лимонами и моими духами Miu Miu. Ругаю себя мысленно за часы ревности в полёте. Он же сказал мне: «Смотри на отношение», а я себя вечно накручиваю и живу в своих представлениях. По щекам бегут слёзы. Достаю телефон и пишу ему: «Ты сумасшедший! Я в шоке? Сколько их, тысяча?»

«3500. Почти такие же красивые, как ты».

Я глажу, как дурочка, его сообщение и улыбаюсь. Самый лучший. Просто поверить не могу. Что-то ещё печатает, с замиранием сердца жду. «Там».

Это к чему? Что там? Перечитываю заново оба сообщения, и до меня доходит! Оглядываю теперь с ужасом всю эту розовую вакханалию и замираю. Ну точно перверт!

Поднимаюсь по лестнице и вижу, где остальные тысячи разместила мама. Весь холл в цветах. Красиво, нереально, конечно. Усмехаюсь, вспоминая, как у лестницы лежал на полу скрученный Даня, а Влад заслонял собой проход в коридоре. А сейчас он завалил этот коридор цветами и воспевает мою «стыдно подумать».

— Дань, — без стука вхожу в комнату брата. Он лежит в одежде под одеялом, какой же засранец.

— О, здорова, майская роза. Расчехлилась?

— Фу, я же твоя сестра…

— О, прости. Сорвал он твою розу?

— Дань, заткнись. Ты знаешь, что он прослушивал наши звонки и когда я его пристыдила за мат, укольнул нашими с тобой разговорами.

— Он чосталкер? А ты из себя строишь кисейную барышню что ли?

— Ну, вроде как в шпионаже или заказе меня подозревали, поэтому. Не строю, но и не упрощаюсь. Хочется с хорошей стороны себя показать, знаешь…

— Да расслабься ты. Он влюбился. Не признался ещё?

— Нет. Но сказал смотреть на его отношение и по нему судить. Он для меня на рояле играл при всех, представляешь?

— Как для тебя можно играть? Не представляю.

Бросаюсь на брата и в шутку его поддушиваю. Каким бы он кретином ни был, но я его люблю и могу всё ему рассказать, поэтому в общих красках делюсь с ним своими впечатлениями. Он опять заверяет меня, что у Влада всё серьёзно и чтобы я срочно прекратила накручивать себя и сомневаться, иначе всё испорчу. Я вроде и вспоминаю с замиранием сердца каждый момент, а потом вспоминаю пилота, Катю и тиктоки. Не получается избавиться от этой дуальности. Вроде Влад и перевешивает, но что-то так сильно точит. И чем больше я его узнаю, чем больше понимаю, насколько он невероятный, тем сильнее сомневаюсь в себе. Я ведь совершенно неинтересная, никакая, а он безупречный. И такая тоска накатывает.

Вечером мы поболтали всего десять минут, он правда все эти десять минут говорил, как уже скучает, и передал, что Мирося и Злата попросили сводить их куда-нибудь на выходных, потому что я им понравилась, но я всё равно расстроилась. Когда мы дружили, мы разговаривали два часа…

Хорошо, что я умею заниматься, когда расстроена, и за два дня смогла переписать все конспекты, сделать задания и немного поработать над своей курсовой. Даже здесь Влад невидимой рукой меня направляет, потому что я задумываюсь о его словах, вспоминаю разговоры за столом и услышанные обсуждения всей этой компании теплоходной и как будто сама расту.

Среда — самый загруженный день в универе, сегодня пять пар. И даже нет окна, чтобы нормально пообедать. Но уже чувствуется середина недели, и я очень жду Влада в пятницу вечером. Он сегодня вечером летит в Петрозаводск и потом ко мне.

На обеденной перемене иду перекусить в наше кафе. Беру себе кофе с сырниками и сажусь в самый дальний угол. Уже хочу надеть наушники, как до меня доносится разговор двух девочек с соседнего столика. Они сидят ко мне спиной, и я их узнать не могу. Да и вообще у меня память на лица неважная.

— Видела сторис Кузьминой? Сколько он цветов отвалил?

— Видела. Вообще не выкупаю прикола. Где она и где он?

— Влюбился. Эх, мечта просто.

— Да брось тебе. Какой влюбился. Я его каждую субботу вижу во Flava. Думаешь, он там с этой? Отнюдь.

— Да ладно? Они же уже сколько встречаются. А в чём прикол тогда? Вроде предки у неё не шибко заряженные.

— Что видела, то и говорю. Может и заряженные. У неё порш, у брата порш. Я пробила её батю, у него завод водочный.

— Вроде он просто менеджер. Я тоже гуглила.

— Не знаю. Скорее всего просто деньги к деньгам. А во Флаву с красотками.

У меня сырник в горле встаёт. Мне с одной стороны и смешно, где наши деньги и их. Девочки явно не осознают масштаб материальной пропасти между нами. И в ушах звучит его: «Суди по отношению», но то, что он ходит каждые выходные в ночной клуб с девушками, меня убивает. Ни разу от него об этом не слышала. Открываю календарь и смотрю на даты. Мы действительно ни разу не были вместе на выходных, кроме этих. Внутри всё сворачивается в тугой жгут.