Чтение онлайн

Мне стоило немалых усилий не стушеваться, не поникнуть под этой силой, этой властностью, не начать просить прощения…

Только воспоминания обо всем, что узнала, только чувство, что была добровольной игрушкой в его руках удерживали меня на плаву. Обида и боль разъедали изнутри, но помогали держаться внешне.

– У врача, – ответила коротко и, кинув сумочку на кресло, попыталась пройти мимо Кирилла в спальню.

Его пальцы-цепи сомкнулись на моем запястье, приковали к месту, как безвольную куклу. Марионетка – вот кем я была для него все это время. Хватало лишь легкого касания, чтобы я готова была делать все, что только пожелает хозяин.

Прежде, но не теперь.

Я попыталась вырвать руку и испытала торжествующее довольство, когда в глазах его мелькнуло удивление. Он к такому совсем не привык…

– Пусти, мне больно, – обронила сухо, когда так и не сумела освободить руку из его плена.

Мгновение промедления – и его пальцы все же разжались. Но отпускать меня Кирилл вовсе не собирался.

Он встал со своего места, снова накрывая мою хрупкую на его фоне фигуру своей тенью, своей силой. Недовольно выдохнул:

– Будь добра, объясни, где ты была. У какого еще чертового врача в такое время?

Его взгляд красноречиво опустился на часы. Да, к подобному он не привык тоже. Я всегда была дома. Всегда его ждала. Не наоборот.

– Ну, ты ведь хотел, чтобы я лечилась, – ответила спокойно. – Вот я и пошла лечиться.

– Без меня?

– А разве мне пять лет, чтобы везде ходить везде только в чьем-то сопровождении?

Нет, я вовсе не хотела доводить дело до ссоры. Не сейчас, когда еще не осознала в полной мере, что происходит. Когда не разобралась до конца в ситуации, в которую без собственного согласия угодила. Но и делать вид, что ничего не происходит, что все у нас, как прежде, оказалось для меня вдруг непосильной задачей.

Кирилл перехватил мой взгляд и что-то там, в глубине моих глаз, внезапно заставило его отпрянуть. Отступить.

– Я ничего не понимаю, Софи, – произнес он уже мягче. – Ты оставила Лилиану, ушла без предупреждения из дома, не отвечала на звонки… Это все странно, не находишь?

– Я оставила дочь с Марией. Не отвечала, потому что на приеме неприлично пользоваться телефоном.

– Но на часах почти десять вечера! Ни один врач не работает в такое время!

– Как видишь, работает.

– Или ты мне лжешь.

Это обвинение было произнесено им, как приговор. Каждое слово – словно удар молотка. Вот только не ему было упрекать меня во лжи. Не тому, кто обрек меня на жизнь, в которой правды вообще, похоже, не было.

– Не лгу, – откликнулась коротко. – Можешь спросить у доктора Фурмана.

Я развернулась было, чтобы уйти, но сильные руки легли на мои плечи, повернули к себе…

– Зачем ты снова ходила к нему?

– А почему нет? Я ведь уже бывала у него. Он в курсе ситуации. Логично продолжить лечение у него, разве нет?

– Я не хочу, чтобы ты его посещала.

– А мое мнение тебя не волнует?

– Софи…

– Кирилл, я иду спать… Очень устала сегодня.

Его руки мгновенно покинули мои плечи. Но прежде, чем я успела отступить, муж порывисто притянул меня к себе, впиваясь в губы горячим, как раскаленное клеймо, поцелуем. Словно ставил на мне печать принадлежности себе.

– Спокойной ночи, – шепнул прямо мне в губы и отпустил так резко, что я пошатнулась.

Конец ознакомительного фрагмента.