Чтение онлайн

Вздрогнув, я отвела взгляд.

Дедушка был прав во всем: Джеральдин была моей лучшей подругой на протяжении семи лет: все время, пока мы жили и учились в так называемом пансионе для благородных девиц. После выпуска общение действительно прервалось...

Только вот в этом была моя и только моя вина.

Потому что я предала Джеральдин.

Но я не предам ее второй раз. Больше нет.

Именно поэтому я так отчаянно хочу найти свою бывшую лучшую подругу. Надеюсь загладить ошибки прошлого и уменьшить груз вины, который терзал меня каждый день на протяжении четырех лет.

— Ты прав, дедушка, — я соврала, невинно смотря ему в глаза. — Я ничего не могу поделать.

Я дождалась вечера, когда после ужина дед задремал в кресле у камина, а сама переоделась в неброскую одежду и выскользнула из дома.

Место, в котором я жила, стояло на границе двух миров: по одну сторону — вылизанный мир столицы, с роскошными особняками, крытыми экипажами с вензелями и модными салонами.

По другую сторону простирался совсем иной мир — темный лабиринт тесных улочек, где прохожие прятали лица под широкими шляпами или капюшонами. Всего за одним поворотом заканчивались ровные бульвары, и начиналась гремучая смесь нелегальных игорных клубов и подпольных трактиров.

Именно туда лежал мой путь.

***

Леди Эвелин

Сирота, воспитанная дедушкой по материнской линии. Когда ей было семь лет, ее отец был обвинен в государственной измене, осужден и казнен. Ее мать умерла за несколько лет до того, и так Эвелин осталась сиротой.

Корона отняла у нее земли, замок, деньги, приданное и титул. Она была дочерью герцога, но родовое имя ее отца после его измены было вымарано из всех официальных документов, и Эвелин лишена права его использовать.

И потому она всего лишь Леди Эвелин Летиция Рэйвенкрофт

Что подтолкнуло Джеральдин найти себе вторую работу — я не знала. Днем она учила детей танцам и пению, а вечерами уходила в игорный клуб. С матушкой они жили небогато, но и не бедно, сильно не нуждались.

Не случилось ничего такого, из-за чего Джеральдин срочно потребовались бы деньги. И потому ее выбор работать в игорном салоне, стыдливо скрывавшемся под видом «клуба для джентльменов», оставался для меня загадкой.

Об этой стороне жизни дочери ее матушка не знала. Мне рассказала горничная в доме, где Джеральдин работала гувернанткой. Она же дала мне адрес игорного клуба, в который я направлялась.

Я перешла мост через реку, разделявшую два мира, и оказалась в квартале, в котором благовоспитанным леди лучше было не появляться. Уличные фонари не сияли, а лишь разгоняли сумерки мягким, желтоватым светом. Здесь обитали люди, предпочитавшие предпочитали оставаться в тени, ведя дела, о которых в столичных гостиных не принято говорить вслух.

Среди витрин прятались входы в закрытые клубы, замаскированные пестрыми вывесками, обещавшими «деликатные развлечения». Никаких вызывающих надписей, все намеками и полушёпотом, чтобы только «свои» понимали, куда и зачем нужно идти. Именно в один из таких клубов должен был привести меня адрес, указанный горничной.

Я остановилась и сглотнула, до побелевших пальцев вцепившись в небольшую сумочку, которую захватила из дома. В ней я спрятала свое единственное оружие — украденный с кухни нож.

— Эй! — резко окликнули меня. — Чего застыла столбом?! Дай пройти! — и я ощутила сильный толчок в плечо.

Через мгновение справа меня обошли двое мужчин. На прощание они осыпали меня грубой бранью, словно я перекрыла им дорогу на пару часов.

Поежившись, я тряхнула убранными под капюшон светлыми волосами и решительно направилась вперед. У нужного дома я оказалась достаточно быстро: на мое счастье, он находился не слишком далеко, потребовалось лишь свернуть с главной улицы в переулок.

По спине у меня ползали ледяные мурашки. Но выбора не оставалось. Я еще раз сверилась с адресом и огляделась. У входа я заметила привратника, сложившего руки на груди. Его фигура в темном пальто терялась в полумраке, но я почувствовала его пристальный взгляд.

Он сразу понял, что я здесь чужая.

Я постаралась держаться увереннее, чем чувствовала себя на самом деле.

— Добрый вечер, — произнесла я, шагнув к нему.

Он чуть наклонил голову, разглядывая меня в тусклом свете уличной лампы.

— У нас закрыто, мисс, — процедил он.

— Я ищу работу, — не дрогнув и не запнувшись, соврала я.

— Внутрь дам не пускают, мисс. И вы ошиблись, здесь вы работу не найдете. Ступайте себе, коли дорожите красивым личиком.

— Моя подруга здесь работает, — настаивала я.

Логично, что они не хотели пусть на порог незнакомку.

— Подруга? — в его взгляде мелькнул нехороший интерес.

Мне бы призадуматься в тот момент.

Но я этого не сделала.

— Да, — я решительно кивнула. — Ее зовут Джеральдин... — а вот с фамилией я замялась, не представляя, какую она назвала.

— Ты подружка Джеральдин Фоули? — привратник переменился в одно мгновение, его голос зазвучал совсем иначе. — Что же ты сразу не сказала,милая. Проходи. Конечно, для тебя найдется работенка.

Сердце ухнуло к пяткам. Я до последнего надеялась, что сведения о второй работе Джеральдин окажутся ложью.

Но нет. Моя подруга не только работала в этом ужасном месте. Ее тут еще и неплохо знали. Вон, как сразу оживился привратник. Даже улыбнулся уродливой, пробравшей меня до костей улыбкой.

Второй раз, когда я не задумалась.

Привратник распахнул передо мной тяжёлую дверь, и меня обдала волна табачного дыма и прелого воздуха. За нею оказался узкий коридор, слабо освещенный моргающими лампами. Дальше слышались негромкие голоса и редкий звон монет.

— Я провожу тебя, — и он бесцеремонно подтолкнул меня в спину.

Мы прошли вглубь коридора, до самого конца, и он открыл еще одну дверь. В небольшой комнате за столом, играя в карты, сидело несколько мужчин.

Назвать их джентльменами у меня не повернулся бы язык.