Чтение онлайн

— Когда дело будет закрыто, у нас будет гораздо больше времени, — сказал Ричард, все еще не разжимая объятия. — На все.

Прозвучало очень многозначительно, и я улыбнулась.

Целомудренно поцеловав меня в лоб, Ричард убрал руку и шагнул к дверям, и мы вернулись в столовую.

Время, отведенное до полудня, пролетело очень быстро. Беркли упрямился до последнего, но все же не выдержал и поднялся в спальню, чтобы отдохнуть — у него выдалась бессонная ночь, и день обещал быть ничуть не легче. Эван и Мэтью тоже разъехались, посулив вернуться к вечеру. И как-то незаметно я осталась в особняке одна. Ко мне сон не шел. Возбуждение и волнение были слишком сильны, чтобы я могла отправиться в постель.

Я думала сперва разыскать сестру Агнету, но решила немного подождать. Кажется, она все же обиделась на то, что ей не позволили присутствовать во время разговора. И я ее понимала, как никто. Мне ли не знать это ощущение, когда тебя задвигают в угол, словно предмет мебели?

Но и обвинять Ричарда не повернулся бы язык. Некоторые тайны лучше не знать, как порой лучше не слышать правды. С сестрой Агнетой я обязательно поговорю, но позже. А пока дам ей немного времени наедине с собой.

Чтобы не сидеть в четырех стенах, я вышла в сад. Прогуливаясь по дорожкам, прокручивала в голове самые разные мысли. Как мы будем жить дальше? Какое наказание изберут для отца Ричарда? Узнаю ли я, что случилось с Джеральдин?.. Или нам останется лишь строить предположения?

Многое зависело от встречи, на которую должен был отправиться Ричард.

Ровно в полдень, как и было обещано, у ворот остановился неприметный экипаж. Я вышла проводить Беркли в коридор, и сердце тревожно сжималось, когда мы прощались. Слишком свежи были воспоминания вечере.

Ричард почувствовал мою тревогу.

— Все будет хорошо. Я вернусь к ужину, — пообещал на прощание, поцеловал мне руку, прижавшись губами к ладони намного дольше, чем позволял этикет, и поспешно покинул особняк.

И соврал, потому что к ужину Беркли не вернулся.

Часы пробили семь, восемь, девять, десять вечера. Напряжение в гостиной, где мы все собрались в ожидании, усиливалось с каждой секундой. Мной вновь завладело это липкое чувство беспомощности, когда ты ничего не можешь сделать и вынуждена лишь сидеть и непрестанно бросать взгляд на часы. Тревога накатывала волна за волной. Я смотрела на Эвана и Мэтью, которые приехали, как обещали, и видела в их глазах отражение своих переживаний.

Когда с улицы донеслось цоканье лошадиных копыт, я едва не взвизгнула. Подпрыгнула в кресле и бросилась к окну, но снаружи было слишком темно, чтобы я могла что-либо разглядеть. Затем в коридоре прозвучал полный облегчения возглас дворецкого.

— Вы вернулись!

И я вцепилась пальцами в спинку ближайшего стула, потому что ноги не держали. Время как раз перевалило за одиннадцать и уже приближалось к полуночи.

На вошедшем Ричарде не было лица, и едва затихшая тревога отправилась на новый виток. Я подскочила к нему первой, наплевав на все правила приличия, потому что смотреть на него было больно.

Он выглядел... опустошенным. Бесконечно измученным и уставшим. Даже утром, когда он появился в особняке, то не казался настолько утомленным.

— Что случилось? — прошептала я, пытаясь поймать его взгляд.

Ричард дернул щекой и, помедлив, обнял меня за плечо, на мгновение притянул к себе, чтобы вдохнуть аромат волос — и все это в присутствии мистера Эшкрофта и Мэтью.

— Дик? — требовательно позвал Эван. — Ну же, говори!

Беркли мазнул по нему совершенно тусклым взглядом и вновь усмехнулся.

— Его не будут судить, — вытолкнул он в гулкую тишину гостиной и рухнул в ближайшее кресло.

— Что? Лорда-Канцлера? Его отпустят? — пока мужчины засыпали его вопросами, я стояла чуть поодаль, закрывая обеими ладонями рот.

Услышанное не укладывалось в голове. Уже в который раз.

Ричард выглядел кошмарно. Я смотрела на него и понимала, что мне плевать на причины, плевать на то, что случилось. Плевать на истину, плевать на все, кроме него. К глазам подступили слезы, которые я поспешно сморгнула. Они точно никому не помогут. Но глупое сердце разрывалось от несправедливости, какой-то обречённости, что сквозила в его каждом жесте.

Он говорил через силу, двигался через силу, заставляя себя смотреть, отвечать, ходить.

Я так глубоко задумалась, что вздрогнула, услышав непривычное обращение.

— Эвелин.

Вскинула голову и наткнулась на взгляд Ричарда. Раскрытой ладонью он указывал на кресло рядом с собой. Ступая на деревянных ногах, я послушно подошла и опустилась в него.

А он словно лишь этого и дожидался. Вздохнул, с нажимом провел ладонями по лицу, откинул упавшие на лоб темные волосы и сказал.

— Они хотят избежать скандала и неизбежного удара по репутации, который последует за публичным судом.

Я моргнула.

— Но ты же сам сказал утром, что вы говорили о суде. И с лордом Честером, и с тем незнакомцем, который изображал из себя жандарма?.. — справедливо заметил Эван, хмурясь.

— Я так сказал, потому что думал, что это правда. Потому что именно это говорили мне, — огрызнулся Ричард.

— Но как это возможно? Жертвы, все эти женщины, Джеральдин?.. — пробормотала я, чувствуя себя невероятно, невероятно глупой.

Потому что я действительно не могла понять, как можно просто закрыть глаза и сделать вид, что ничего не произошло?!

— Его отправят в ссылку. Куда-то под надзор в дальнюю провинцию, — выплюнул Ричард, имея в виду отца. — Публично всем объявят, что Лорд-Канцлер покидает должность по состоянию здоровья.

— А расследование? То самое, о котором тебе обещали рассказать?

Ричард поднял на друга потухший взгляд без малейшего проблеска привычной искры.

— Я не знаю… Наверное, сожгут, уничтожат все документы. О нем действительно знали немногие, это было личное поручение короля... и сегодня я подписал обещание никогда больше и ни с кем не говорить об этом и никак не обсуждать. И завтра каждый из вас должен будет подписать такое же...

В гостиной стало очень, очень тихо. Даже негромкое тиканье часов казалось оглушительным.

— Мне жаль. Я прошу прощения, что втянул вас в это, — заговорил Ричард вновь.

— Это я должна извиняться, — возразила я шепотом, потому что не была уверена в том, как прозвучит голос. — Я втянула вас во всё... когда пришла с просьбой отыскать Джеральдин... — пришлось резко замолчать, потому что к горлу вновь подступили слезы.

Вместо ответа Ричард посмотрел на меня, протянул руку и, когда я вложила в нее ладонь, молча переплел наши пальцы.