Чтение онлайн

– Надумал, куда будешь поступать?

– Да вроде бы. Хочу быть журналистом, корреспондентом. Хочу объехать весь мир, и писать о тех местах, где побывал.

– Круто!

– Ну, если поступлю.

– Конечно, поступишь!

– Ты в меня веришь? Не сомневаешься во мне? – он шутливо толкнул меня плечом.

– Конечно, я в тебя верю. Почему я должна сомневаться?

– Ну, кое-кто не верит…

– Ну и дураки, значит! – с вызовом сказала я.

– Ирка, спасибо тебе!

Сергей вдруг остановился и порывисто меня обнял.

Слава богу, что он не заглянул мне в лицо, и не видел, какой шок был на нем написан.

Он. Меня. Обнял. Обнял, господи!!! Как же это здорово! А дальше-то что? Что мне нужно делать? Что сказать?

– За что спасибо? – прошептала я.

Он отстранился, и я испытала разочарование. Я бы предпочла, чтобы объятие длилось дольше. Ну хоть чуть-чуть.

– Как за что? – он все еще придерживал меня руками за предплечья. – За то, что веришь в меня. Ты не представляешь, как это важно, когда в тебя кто-то верит. Хотя, что бы ты представляла, ты еще малявка!

Я вырвалась из его рук и зашла в булочную.

***

Сергей. 17.

Вот черт, опять не то сказал! Надо ж было обозвать ее малявкой!

Она ведь обиделась, психанула, вырвалась, даже дверь не придержала за собой, когда в магазин зашла.

Дверь едва не хлопнула меня по носу. А надо бы, наверное! Десять баллов, Серега, за твое ухаживание! Прям супер!

Видел же, как заблестели ее глаза, когда поблагодарил ее, и что? И испугался, что…

Мне вдруг подумалось, что еще секунда, и я нырну в эти глаза, как в озёра, и больше никогда не вынырну, останусь там навсегда.

Да и какая она малявка? Всего-то на год младше. Ну ладно, на полтора. Велика разница!

Короче, надо извиняться.

Толкнул дверь и услышал ее дрожащий голос:

– Булку белого, пожалуйста.

Тоже встал в очередь – за ней был еще человек.

Пока продавец обслуживала следующего покупателя, я молился, чтобы Ира не ушла, подождала меня, и тогда у меня будет возможность извиниться.

– Ира, подожди меня, пожалуйста, – крикнул я ей в спину, когда она уже открыла дверь на улицу.

Она ничего не сказала, только повернула чуть-чуть голову в мою сторону и кивнула, сжав губы. Потом скрылась за дверью.

М-да, будет сложно, подумал я, и попросил у продавца две большие плюшки с сахаром.

***

Вначале мы шли молча. Она дулась, я не знал, как начать разговор. Только подойдя к подъезду, я глянул на пакет с плюшками в своих руках и очнулся:

– Ир, давай погуляем? Сейчас?

Она повернулась ко мне, но все еще молчала, сердито и серьезно глядя в мои глаза.

– Я хочу извиниться за то, что так тебя назвал.

Её брови взлетели вверх, выражая удивление. И вдруг складка между бровями разгладилась, и на лице появилась улыбка.

– О, это что-то новенькое! – насмешливо протянула она. – Сергей Перов и извиненья? Это нечто из ряда вон выходящее. Пожалуй, на это стоит посмотреть.

И рывком распахнула дверь подъезда, а после обернулась и так совершенно по-детски:

– Сейчас, только хлеб занесу.

Она скрылась за дверью, заставляя меня ломать голову над этой метаморфозой.

Что это было? Кто эта девчонка, что за хамелеон? Откуда эта дерзость, ирония? Откуда этот кокетливый взгляд?

Бомба.

Девочка взрослеет. И эти 1,5 года уже не такая пропасть, как казалось раньше.

Через 10 минут она спустилась и даже улыбнулась.

– Куда пойдем?

– Пойдем на стадион. Там можно посидеть, пообщаться. У меня есть две извинительные плюшки.

Она засмеялась. Так искренне, так открыто, раскрыв рот и запрокинув голову.

– Извинительные? Класс! Ну, пойдем, буду принимать твои извинения.

Я улыбался остаток пути. Не знаю почему.

Кажется, я влюбился.

***

Ира.16. Его выпускной.

У него сегодня выпускной. Вернее, был вчера ночью. Они должны были веселиться до самого утра. Первая взрослая ночь. Ночь, когда можно всё. Ну или почти всё – у кого-то пошли на выпускной родители, а это ж контроль. Всевидящее око.

Зло не дремлет.

Вот тебе и свобода.

Я вышла гулять с собакой и увидела его, возвращающегося с остановки. В черном костюме, с галстуком. Он был таким взрослым!

Во всем его облике – от блеска лакированных туфель до новой прически, хоть и немного потрепанной – чувствовалась эта «взрослость». Хотелось ее почувствовать, ощутить, прикоснуться к ней. Словно примерить платье из разряда вечерних и понять – а как тебе в этом будет? Подойдет ли? Понравится? Я представила картинку: я в платье в пол с вырезом на спине, стою рядом с Сергеем, на нем вот этот же костюм, и его рука на моей обнаженной спине, словно мы собрались вальсировать. И улыбнулась.

– Чему улыбаешься, красотка?

– Да так, своим мыслям.

– Каким? Расскажешь? Или покажешь? – подмигнул мне Сергей.

Я не узнавала его. Он был таким расслабленным, раскрепощенным. Игривым таким. И мне это нравилось. Это будоражило.

– Не поняла. Как это?

Он приблизился, потрепал пса по голове, и когда тот радостно завилял хвостом, Сергей выпрямился и прижался ко мне, прошептав в ухо:

– Ну, бывает, не можешь сказать словами, но можешь показать. У тебя так? Ты, наверное, думала о том, какой я клёвый, как тебе нравлюсь, и как было бы приятно меня целовать?

Завороженная его голосом, я широко распахнула глаза. Неужели это настолько очевидно? Я не раздумывала, что ответить. Мои губы сами по себе сложились в слово «да».

И тут он меня поцеловал.

Вернее, попытался. Прижался ко мне своими мягкими губами. Я была в таком шоке, что так и осталась стоять, как истукан. Ничего не делая. Не целуя его в ответ. Не дав ему ни малейшего знака, что мне это приятно, что мне этого хочется, что именно об этом я мечтала сутками напролет.

Он отстранился, усмехнулся мне в лицо: