Чтение онлайн

Но вот сразу после инициации и в течении ещё от пятнадцати до тридцати дней отследить таких вед было в разы легче, даже созданы были специальные приборы, которые могли засечь веду в радиусе одного, редко — двух километров.

Саня помнила, что и тут она выбивалась из общей картины — ведь Степан, тот охотник на ведьм, уверял, что засёк её таким прибором аж за двадцать километров. Видимо, приспособление показывало ещё и расстояние до ведьмы и было чем-то похоже на навигатор.

Охотники на ведьм появились ещё в средневековье, и в настоящее время продолжали существовать, сделавшись более организованными и скрытными. В основном это были простые, но обученные люди, не только не владеющие магией, но и понятия не имеющие о существовании магического мира. Как-то к ним попал прибор, созданный магами ещё в начале прошлого века, отслеживающий инициированных ведьм, что сделало охотников гораздо опасней для ведьм и менее опасными для простых девиц, которых раньше принимали за ведьм единственно из-за слишком красивой внешности.

О том, что охотники делали с ведьмами, Саня тоже нашла весьма скудную информацию. Ведьмы не были бессмертными, убить их можно было, отрубив голову или вырезав сердце. В остальных случаях ведьма могла восстановиться. В некоторых источниках упоминались пытки и полное уничтожение ведьм. Кто-то еще предполагал, что из ведьм выкачивали магию, но остальные авторы брали под сомнение подобное, так как не представляли, как это возможно осуществить технически. Разве что запереть в свинцовый ящик на долгое время, отрезав саму возможность подпитываться от земли. Или создать вокруг веды вакуум тоже на длительное время.

Кровь ведьм, взятая насильно, не обладала никакими магическими свойствами; отдельные части тела — тем более, но простые люди могли этого не знать. А вот добровольно отданная кровь ведьмы кое-на-что годилась, но опять же, на что именно — упоминаний Саня не нашла.

Про естественную инициацию, которая случалась в основном после 19 лет, ходили слухи один страшнее другого — и самовозгорание, и жестокие судороги с раздроблением всех костей, и временное превращение в жуткого монстра. Но определённых фактов с конкретными примерами Саня так и не нашла. И тем более озадачилась, потому что у неё ничего подобного не случилось, а инициацию она точно прошла естественным путём. Правда, каким именно, сама не могла понять, как ни анализировала своё превращение.

В любом случае, естественную инициацию старались не допустить, оберегая веду от лишнего стресса. Да и сами будущие веды, даже «дикие», искали искусственные пути инстинктивно. В настоящее время самыми гуманными методами инициации считалась искусственная дефлорация в целительском кабинете, либо мощный электрошок там же.

Имелись разнообразные амулеты, которые запирали не саму магию, а волны её, препятствуя их свободному течению, а также не позволяли приборам отследить инициированную ведьму. Видимо, именно такой амулет ей давал оборотень-медведь Фёдор.

Кроме того, окружающие люди могли спокойно пользоваться телефонами и прочими гаджетами рядом с ведой, носящей такой амулет. Способность пользоваться телефонами, смартфонами и компьютерами так и не возвращалась к ведьме до конца жизни. И это очень расстроило Саньку. Она много книг читала в электронном виде. Приобрести же спутниковый телефон было слишком дорогим удовольствием, да и сомневалась она, что в таком телефоне есть приложения для чтения книг.

Ещё насчет обучения — колдовали ведьмы интуитивно, так что по большому счёту им не обязательно было учиться. Разве что «диким», которые вовсе ничего не знали, вроде Саньки. Но обучение делало ведьму настоящим профессионалом с пониманием своей магии и возможностей, а также более сильной магически — благодаря систематическому подходу к разного рода медитациям и другим методикам «прокачивания» ведьминской силы.

И тут вплотную стояла проблема измерения магической силы. Болевая шкала, используемая Академией и школами магов, представлялась для каждого чем-то своим, но суть оставалась одна и некоторые моменты были для всех неизменны — как появление определённого количества предметов и удержания их. Самый низкий уровень — один предмет, самый высокий из достигнутых за много веков — одиннадцать предметов, но это абсолютный рекорд, ни разу не повторённый. Так что по сути — десять предметов считалось потолком для взрослых, состоявшихся магов, но достигали его единицы.

Санькины семь каменных шаров — тоже были рекордом для первокурсников — за всю историю академии такой результат показали не более двадцати магов. Да и то это были самые сильные веды, маги, оборотни или орки после четырёх лет обучения в академии. Понятно стало, почему так волновались члены приёмной комиссии и опекуны.

В основном первокурсники получали от одного до трёх предметов, редко — четыре, что было прямым указанием идти в универсалы, перед которыми после обучения были открыты любые дороги.

— Завтра возвращаются курсанты с базы, — как-то вечером сообщил Саньке Гарик Зотов. — Тиму подберут подопечного, и он перестанет ныть.

Её куратор с другом Тимуром уже привычно расположились в её комнате за столом, нагло нарушая режим вечерним чаепитием. Благодаря их визитам, Саня обзавелась ещё двумя табуретками, самонагревающимся чайником, тремя чашками и большим пакетом заварки. Плюшки и другие лакомства мальчики приносили с собой, несмотря на запрет выноса еды за пределы столовой.

— Как завтра? — изумилась она. Ведь было почти десять дней до их возвращения совсем недавно. Она потеряла счёт времени? — А какое завтра число?

— Шестнадцатое, — любезно подсказал Тимур. — Послезавтра уже общий сбор, и вы, первачки, тоже познаете муки учебного процесса.

Саньку же больше волновало, куда вернутся курсанты из тренировочного лагеря. Увидит ли она девочек и кое-кого из наставников?

— В гостевое крыло, конечно, — ответил ей куратор на осторожный вопрос. — Многие потом останутся учиться на подготовительных курсах в отдельных аудиториях. А наставники… Тесса Холиндер, например, секретарь ректора. Лина Кожемяко — наставница девочек-оборотней, а Ольга Воронова — препод астрономии.

— А Арсений Маркович? — не удержалась Саня от вопроса, краснея под понимающими улыбками парней. — Он ничего не преподает в Академии?

— Делать ему больше нечего, — хмыкнул Тимур. — Он ведь вожак, дел по горло.

— А ещё он главный спонсор и попечитель Академии, — укоризненно посмотрел на друга Зотов. — Так что завтра обязательно появится здесь. И на общем сборе точно будет. Соскучилась?

Саня скорчила рожицу на любопытные взгляды друзей и предпочла промолчать. Но сердце в груди учащенно забилось от мысли, что вот уже завтра она его увидит снова. Она так и не поняла, что за отношения у неё с Арсеном. И может, в Академии всё изменится. Это на базе они могли спокойно видеться, а здесь всё уже будет иначе. А Саня ещё в себе не разобралась. Вроде простила ему метку и всё прочее, а всё равно какая-то обида осталась. И что с этим делать, она так и не решила. И если совсем честно, предстоящая встреча пугала.

— Что-то мне подсказывает, — пробурчал Тим, старательно отводя взгляд от Саньки, — что в этом году наш альфа станет частым гостем в Академии.

— И что тут плохого? — удивился Гарик. — Я вообще надеюсь, что он будет вести факультатив по боевым искусствам, как на нашем первом курсе.

— С чего бы? Жорик ведёт этот факультет.

— Я не говорю, что Жорик — это плохо, — примирительно сказал Гарик. — Но Арсен всяко круче.

— Ладно, вам, — Саня одним глотком допила остывший чай и встала из-за стола. — Поздно уже, давайте расходиться.