Чтение онлайн

В общем и целом, состав гостей был вполне обычным для такого рода увеселений. Грейс почувствовала невольное разочарование оттого, что здесь не было его, хотя, учитывая, что это был буржуазный бал, рассчитывать на его присутствие едва ли приходилось. Грейс опустила взор на свои сложенные руки.

— Ты что это? — конспиративным шепотом спросила ее Эмити. — Ведь подумают, что среди гостей ты не увидела своего особенного мужчину.

Иронически улыбаясь, Грейс посмотрела на сестру.

— Ничего не могу с этим поделать, но, должна признаться, я действительно высматривала кого-нибудь… особенного.

— Как? Твои вкусы переместились в сторону синих в белый горошек шейных платков? — рассмеялась Эмити.

Грейс позволила себе улыбнуться чуть более широко, но тут ее сестра, прикрывшись веером, прошептала:

— Не смотри в ту сторону, сестрица, но как раз в этот момент в твою сторону пробирается как раз такой особенный господин.

Конечно же, взгляд Грейс переместился в запретном направлении, а ее брови приподнялись от удивления, когда она увидела приближающегося мужчину. Одетый в сильно приталенный серый фрак, под которым была ослепительно белая вышитая парчовая жилетка, и серые в обтяжку панталоны, этот господин двигался с таким чувством собственной значительности, что Грейс это даже покоробило.

Представившись, господин Блейк попросил позволения пригласить ее на танец, а Грейс была настолько ошарашена его снисходительным тоном, что даже не знала, как отказать. Поэтому Грейс очутилась напротив господина Блейка среди выстроившихся в линию пар.

Когда заиграла музыка, Грейс, почти помимо собственной воли, начала впадать в оцепенение от того, как скованно ее партнер выполняет па. Глядя на острый край его воротничка, она подумала: «Интересно, отрежет ли он ему голову? И что принято делать, если партнер во время танца потеряет голову?»

Наконец она решила, что, если уж стремление к сверхмодному стилю в одежде действительно приведет к травме, то его широкий шелковый шейный платок можно будет использовать и как жгут и как бинт. Лицо Грейс осветилось лукавой улыбкой.

Совершая очередную фигуру, господин Блейк чопорно проговорил:

— Мисс Пенуорт, примите мои искренние комплименты.

— Благодарю вас, господин Блейк.

— Мне кажется, мы представляем собой пару, достойную восхищения, — сказал он. — И, судя по вашей обворожительной улыбке, вы того же мнения.

Они завершили грациозный поворот, и, видимо, Грейс испугалась, что ее неумелый партнер прочитал в ее улыбке больше, чем ей хотелось бы.

— Простите меня, сэр, — заикаясь, сказала она. — Но что навело вас на такую мысль?

К этому моменту ее партнер уже настолько походил на напыщенного индюка, что Грейс не удивилась, когда услышала:

— Должен сказать, что танцуете вы достаточно хорошо, чтобы взгляды всей компании были устремлены на вас. Само собой, я разделяю их восхищение.

— Как это мило с вашей стороны, — сдержанно поблагодарила Грейс, все больше раздражаясь от его высокомерия.

— Это так важно — правильно выбрать партнера для первого танца, — продолжал он. — Поэтому, выбрав вас, я уверен, что вечер будет весьма и весьма удачным.

Хорошие манеры предполагают ответ на такую похвалу, но Грейс словно отказал голос. Когда, наконец, она обрела способность говорить, то смогла лишь промолвить:

— Благодарю вас, сэр.

К счастью, танец закончился, и Грейс поспешила вернуться к сестре. Господина Блейка, похоже, вовсе не смутила ее невежливость, и он, поддерживая ее за локоть, проводил девушку к сестре и выразил ей признательность за то, что она привела с собой такую замечательную партнершу.

— И я считаю так же, господин Блейк, — ответила Эмити, распахивая веер и бросая в сторону Грейс торжествующие взгляды. — Вы так хорошо смотрелись в танце. Ради Бога, не стесняйтесь нанести нам визит.

Услышав слова сестры, Грейс в недоумении посмотрела на сестру.

Неожиданно щелкнув каблуками, господин Блейк поклонился, принимая приглашение, и добавил, что желал бы исполнить еще один танец с мисс Пенуорт после ужина.

Грейс уже открыла было рот, чтобы отказать, но ее опередила Эмити:

— Конечно, она согласна.

И посмотрела на сестру так выразительно, что у той все слова застряли в горле. Господин Блейк, видимо, был настолько обрадован таким расположением леди, что, отступая, чуть было не споткнулся.

Улыбаясь, чтобы не отпугнуть других потенциальных партнеров, Грейс спросила сестру:

— За что ты обрела меня еще на одну пытку с этим надутым индюком?

— Дорогая моя, но он же во всех отношениях очень милый; как же ты можешь так говорить, — упрекнула ее Эмити. — К тому же, он назвал тебя восхитительной партнершей.

— За этот комплимент я не испытываю к нему благодарности, — ответила Грейс, яростно размахивая веером.

— Это еще почему?

— Он пригласил меня лишь затем, чтобы самому покрасоваться. Заявил, что, «вечер будет весьма и весьма удачным».

— Что, действительно? Он так и сказал? — недоверчиво рассмеялась Эмити.

Грейс поняла, что Эмити считает это ее выдумкой, и стала защищаться:

— Эмити, это абсолютная правда, а не очередная моя история.

— Дорогая моя, не обижайся. Твои истории всегда такие удивительные; никогда не знаешь, где в них правда, а где выдумка. Но знаешь, если уж господин Блейк найдет себе несколько достойных партнерш после танца с тобой, то и ты сама вправе ожидать, что скучать в одиночестве тебе не придется.

И действительно, предсказание сестры подтвердилось. Несколько старых знакомых после танца с ней представили ее новым гостям, каждый из которых также попросил у нее танец.

Грейс познакомила свою сестру с господином Дю Барри, своим издателем, высоким, крепкого сложения привлекательным мужчиной; к сожалению, он носил очки, которые увеличивали его глаза и делали похожим на подагрика. Но он показался Эмити весьма любезным, и она с легкой душой отправила Грейс вместе с ним в танцевальный зал.

Однако господин Дю Барри вместо этого повел Грейс к столам с закусками где, в отличие от других гостей, которые лишь пробовали по небольшому кусочку из выбора блюд, стал есть все подряд, продвигаясь вдоль длинного стола, и при этом непрестанно делал замечания по поводу всей этой роскоши и негодовал оттого, что многим беднякам пришлось отправиться спать без ужина.

Грейс, которая обычно соглашалась с его взглядами на благотворительность, раздраженно заметила:

— Очень жаль, что ваши поступки не соответствуют вашим словам, господин Дю Барри.