Операция «Ракета»
Шрифт:
– А куда вы собрались?
– На пост…
– Выходите на улицу и становитесь в строй. Батальон пойдет к нам. Ребята, заберите у них затворы…
Через час триста мадьяр вместе с командиром батальона стояли на улице под охраной партизан. Трое мадьяр держали за плечами мешки с затворами. Несколько человек несли ручные пулеметы, боеприпасы.
Два дня мадьяры жили в партизанском лагере бок о бок с русскими, чехами, словаками. Сами собой возникали разговоры, споры о жизни, войне и мире. Перед пленными выступили советские офицеры из отряда «Вперед» - Морской, Бобров, Григорьев.
– Пройдет немного времени, - сказал в своем выступлении комиссар, - и народ Венгрии спросит вас, с кем вы были в этой войне, что вы сделали для борьбы с фашизмом?… Искупайте же свою вину перед своим народом, перед родиной! Кто хочет драться против фашизма - становись в наш строй, бери оружие!… Кто не хочет или трусит - уходи! Мы не держим…
Триста с лишним солдат и офицеров перешли на сторону партизан и до конца войны сражались против гитлеровцев.
СВАТ ПРИВОДИТ ЭСЭСОВЦЕВ
Сизые предрассветные сумерки плыли над лагерем. Над засыпанными снегом землянками, бугорками рассыпанными по лесу, струились дымки, еле заметные в этот ранний час. Глубокими бороздами темнели протоптанные между землянками тропинки.
Бобров проснулся от мучительной боли в висках. Потер ладонью лоб - не помогло. Закурил, втянул в себя дым - зеленые круги поплыли перед глазами.
В землянке было прохладно: дрова в печке прогорели, а дежурный Олевский спал возле стола, уронив голову на руки. Растопив печку и поставив чайник, Бобров набросил на плечи полушубок и вышел из землянки.
– Добры ден!
– приветствовал его часовой, молодой словак Рудо Ключар.
– Доброе утро, Рудо! Замерз?! Я печку растопил, пойди погрейся, а я здесь покурю.
Бобров присел на пенек. Усталость не проходила. «Старею, что ли?… Вроде бы рано».
– Бобров меньше всего думал о том, что вот уже двое суток он почти не спал. Несколько дней назад разведчики захватили гестаповца, который назвал на допросах имена агентов, заброшенных в отряд. Морской, Олевский, Бобров и Григорьев в течение двух часов арестовали шпионов. Допросы показали, что цель агентов была все та же - убийство комсостава партизанских отрядов, разложение отрядов, наводка на них немцев.
«А проклятого Свата мы так и не нашли, - думал Бобров, - и кто знает, что он готовит сейчас? Кто он?… Людей сотни. Отряд уже насчитывает несколько гарнизонов, разбросанных в десятках хуторов, лесных сторожек… В каком из них Сват?»
Через два часа отряд должен был выступить из лагеря в направлении села Калиште и временно разместиться в нескольких селах, освобожденных от немцев. Морской вызвал в штаб бойца комендантского взвода, весельчака и баяниста Ивана:
– Седлай лошадь и мчи к майору Петрову в Балажи. Отдашь пакет - и назад.
Иван лихо щелкнул каблуками сапог и коротко ответил:
– Есть, командир!…
Связной ускакал.
– Ты о чем писал Петрову?
– спросил командира Олевский.
– Грошей он просил… Написал ему, что можем подкинуть, пусть приезжает через недельку…
Отряд выступил четырьмя колоннами. Лагерь опустел. Только в нескольких землянках еще дымились печурки. Здесь оставались больные и охрана лагеря. В штабе спешно укладывали бумаги, упаковывали деньги. Майор Бобров давал последние указания командирам групп, уходившим на задания, предупредил их, что возвращаться следует в села, где будет временно стоять отряд.
В полдень Федотов сообщил, что Ивана все еще нет…
– Странно… - Бобров взглянул на часы.
– Связной должен был вернуться минимум час назад… Подождем еще немного…
Но Иван не вернулся и через час. Подозревая недоброе, Бобров приказал послать по его следам пятерку бойцов. Вернулись они под вечер и доложили пренеприятную новость:
– Иван доставил пакет Петрову и сразу же выехал назад… Мы нашли на дороге пристреленную лошадь, на которой он ехал… Видно, она выдохлась и не могла больше идти… Следы Ивана ведут к селу, занятому немцами…
– Понятно, - сумрачно сказал майор.
– Выходит, что он сбежал к швабам?
– Выходит так…
– Не может этого быть, морока-сорока!
– возмутился Федотов.
– Вы не напутали, а?
Ходившие на поиск партизаны еще раз повторили свой доклад.
– Снег там свежий, и следы ясно видны… Прямо в село… Мы было сунулись туда, но вовремя увидели на улицах фрицев… Ушел он к фашистам, это точно…
– Тяжелобольных срочно отправить из лагеря в избушку лесника!
– приказал майор.
– Оставить только дозоры. Если обнаружат немцев, немедленно всем уходить… В бой не вступать… Боюсь, что этот Иван приведет фрицев… Петрову сообщить о предательстве…
В то время, когда Бобров отдавал этот приказ, Иван-Сват сидел в штабе карательного батальона и докладывал немецкому офицеру о местонахождении партизанского отряда. Через полчаса каратели по тревоге выступили к лагерю. Они надеялись, что шпион проведет их партизанскими тропами, что они незаметно пройдут линии дозоров и уничтожат отряд.
Специально для захвата штаба Морского была выделена группа солдат и офицеров. Им уже виделись пачки крон, обещанные за головы партизанских вожаков и Железные кресты за разгром отряда.
Дозорные заметили карателей еще далеко на подступах к лагерю.
– Все уходят со мной, - распорядился оставшийся за старшего Федотов.
Партизаны надежно укрылись в лесу, когда в лагерь ворвались эсэсовцы. Забросав землянки гранатами, они кинулись на штурм. Но в ответ не прозвучало ни одного выстрела. Лагерь был пуст…
Обшарив все землянки и не найдя ни одного партизана, эсэсовцы обрушились с бранью на шпиона.
– Расстреляю!
– кричал командир батальона.
– Обер-лейтенант, не надо кричать… Если вы и шлепнете меня - вас не погладят по головке… Вам было ясно сказано: выполнять мои распоряжения, а вы самоуправствовали и потеряли время…
Офицер выругался и приказал возвращаться в село…
ФРАНК ГОТОВИТСЯ К БЕГСТВУ
Шла последняя военная весна. После февральских снегопадов наступили солнечные мартовские дни. Из партизанского лагеря одна за другой уходили на задания группы диверсантов и разведчиков. Сутками сидели они в засадах возле шоссейных и железных дорог, чтобы добыть сведения о передвижении немецких войск, пускали под откос поезда, взрывали мосты, уничтожали колонны автомашин с техникой и солдатами противника.