Чтение онлайн

– А перевод?
– поднял бровь Ильин.

– "Снаружи очень холодно, небо темное, а кое-кто лезет без разрешения в чужие разговоры", - парировал Бишоп и смущенно добавил: - Чисто приблизительно, конечно.

– Стоп!
– вдруг поднял руку Гильгоф.
– Бишоп, вы ведь общались достаточно долго и с теми и с другими. Скажите, у черных и светлых Чужих один язык?

– Не совсем, - задумался андроид.
– Встречаются звукосочетания, близкие по форме и значению, но у хищников они более примитивны. Иногда они просто кричат - вот, например, ваше слово "ура" не несет на себе семантической нагрузки, а только эмоциональную. То же самое у черных Чужих.

– Два диалекта, - мигом согласился ученый.
– Один развитый, другой нет. Хорошо, не будем отвлекаться. Здешние спецы были настоящими профессионалами. Даже жалко, что их перебили... Американцы выяснили, что Чужие могут воспринимать и издавать инфразвуки и это позволяет им поддерживать связь между собой на огромном расстоянии. Я пока не знаю, как сотрудники S-801 воспроизводили популяцию животных, но убежден, что у них был материнский организм.

– Блин!
– поразилась Маша.
– Каким образом? .
– Не испытывайте чувства вины, - бесстрастно сказал Гильгоф, - Может быть, зародыш, извлеченный из вашего тела после хирургической операции на "Патне", и был самкой. Вы же не виноваты, что Хиллиард не убил животное... Так вот, возвращаясь к предыдущей теме. Самка, как вожак, издает инфрасигналы определенной частоты, воспринимаемые рабочими особями. Последние всегда подчиняются. Достаточно определить частоту, записать приказы самки в этом диапазоне, а потом их транслировать с помощью вот этого приборчика. Просто, как все гениальное.

– Здесь, - Казаков глянул на инфразвуковой ретранслятор, найденный доктором в колонии, будто на личного врага, - вероятно, записаны только самые распространенные приказы?

– Не забудьте, господин лейтенант, эта штуковина спасла вам жизнь, напомнил Гильгоф.
– Предположительно, штатовцы сумели расшифровать только часть сигналов, издаваемых самкой. Наиболее простые, разумеется. Выявили их опытным путем. Этого набора вполне достаточно, чтобы адекватно управлять рабочими особями. Только у меня появилось одно неприятное соображение.
– Ученый кивнул влево, в угол машины, где лежал мешок с трупом чужого существа.
– Вон того зверя скорее всего убили потому, что не могли с ним сладить. Если хоть одно из десяти животных оказалось неподконтрольным, значит, разгромившие базу люди могут столкнуться с серьезной опасностью. Мне плевать, сожрут их или нет, но если вот такой таракан выберется на свободу и не найдется никаких способов его приструнить... Понимаете?

– Тихо, тихо.
– Маша отчего-то забеспокоилась и даже вскочила с сиденья. Веня, я тут набрела на одну мысль. Если американцы действительно вырастили материнский организм (Гильгоф кивнул, соглашаясь), то можно узнать - где он? Трупа матки мы здесь не видели. Самку не могли увезти - она слишком громадная, весит не менее тонны, а то и больше. Где взять клетку таких размеров? Кроме того, вы говорите, обычным хищником-самцом можно управлять? А можно ли управлять самкой? Может, самка сама по себе, она глава семьи и никому не позволит собой командовать. Она откликается, если следовать вашей теории, только на сигналы другой самки или послания самцов - например, об опасности, о пище, о существах, пригодных для подселения эмбриона, и тому подобное. Какой вывод?

– Какой угодно, - пожал плечами доктор.
– На выбор: она спит в ледяных пещерах под базой, сбежала при эвакуации и была убита в двух-трех километрах отсюда, оказалась вывезена, - может, Чужого можно усыпить? По крайней мере, следов самки мы не нашли, ни спор, ни личинок.

– Да мы и не искали, - огорченно сказал Казаков.
– Осмотрели только часть пещер, а после веселья, устроенного нам и американцам черт знает кем, мы не в состоянии продолжать поиски. Снаружи семьдесят пять градусов мороза, снежная буря и абсолютная темнота.

– Хуже другое, - после паузы проговорил Гильгоф и в упор посмотрел на американского полковника.
– Мистер Кеннет сообщил, что колонию атаковал рейдер "Киото". Помните это название? Конец декабря прошлого года, история в Гонконге. Акция "Нового Джихада". Теперь ясно, в чьих руках Чужие, которыми можно управлять?

– Не факт, - запротестовал Казаков.
– Аллах-ак-баровцы, безусловно, угнали этот корабль, но они могли двадцать раз перепродать его кому угодно. Хотя именно за террористов "Джихада говорит невероятная наглость в проведении атаки на колонию. По крайней мере можно было догадаться изменить опознавательные знаки или название корабля. Мистер Кеннет, - лейтенант перешел на английский, вы точно помните, что возле S-801 приземлился именно "Киото"?

– Абсолютно, - подтвердил американец.
– Я сам видел этот рейдер. Надпись на борту иероглифами и латиницей.

– Для полного счастья нам не хватает только фанатиков-исмаилитов, неожиданно влез в разговор английский пилот. Фарелл давно понял, что попал в переделку почище ахеронтской. Только теперь вряд ли можно рассчитывать на помощь.
– Джентльмены, не забудьте о том, что мы не знаем, кто именно уничтожил наш челнок и спускаемый аппарат с американского крейсера. А ядерный взрыв на орбите?

Казаков только вздохнул. Фарелл рассудительно добавил:

– Я оцениваю шторм снаружи не менее чем в три балла по стандартной шкале Саффир-Симпсона. Атмосферное давление сейчас девятьсот сорок пять миллибаров, скорость ветра - почти пятьдесят метров в секунду. Вдобавок густой снег. Даже если ударившие по нам люди захотят приземлиться, ничего не выйдет. Нужен либо гениальный пилот, либо тяжелый корабль, который не сдует... У нас есть время до окончания бури.

– Время на что?
– вздохнула Маша.
– Куда мы денемся, если после шторма террористы захотят с нами поговорить? Или не захотят... Транспортер отлично виден в инфракрасном диапазоне. По нам просто бабахнут ракетой или плазмой. И все.
– Будем ждать, - решительно сказал Казаков.
– Когда погода успокоится и станет не так холодно, надо будет выйти и прикончить Чужого. Зачем его здесь оставлять? Мало ли кто нарвется потом, когда мы замерзнем...

– Вы умеете поддержать настроение, - рассмеялся Гильгоф.
– С вашего позволения, еще раз напомню Тору, хоть вы ее и не читали. "Не должно скорбеть сердце твое, ибо за то благословит тебя Господь". Не знаю почему, но я уверен мы выберемся.

– Легко сказать, - проворчал лейтенант недовольно, - да трудно сделать. Ну что, приготовим чай на всех?

Прошло еще четыре часа.

Девятнадцатичасовая ночь на Сцилле близилась к середине. Небо закрывали черные, с невероятной скоростью несущиеся к юго-востоку облака, шторм и не думал затихать. Мороз был невероятный - компьютер вездехода заявил, что снаружи почти минус девяносто, и, если бы кто-то из людей попытался разгерметизировать машину, должна была сработать "защита от дурака": мозг транспортера полностью заблокировал бы двери на пять попыток. Только с шестого раза кормовую дверь можно было открыть, и то после громкого сигнала предупреждения.

Напряженный день остался позади, люди заснули. Дежуривший Бишоп, сменив Фарелла за штурвалом машины, изредка подавал транспортер вперед на несколько метров, выбираясь из заноса. Иначе снегопад к утру полностью бы погреб людей под толстым слоем жесткого белого льда.

На утро составили следующий план: когда температура поднимется до приемлемых цифр - хотя бы до сорока градусов, - техники отправятся снимать батареи с гибернационных капсул, найденных в пещерах-холодильниках, а остальные займутся поиском уцелевших в складских помещениях продуктов. Менее всего разбит третий блок колонии, по крайней мере там уцелели окна, а несколько пулевых отметин на стенах можно было заделать герметиком. От Гильгофа поступило предложение активировать ядерный реактор базы, но его отвергли как волюнтаристское: при недавнем осмотре выяснилось, что реактор сильно поврежден стрельбой и запуск может повлечь серьезную аварию. А снаружи и без того разбросан плутоний - радиационный фон начал повышаться даже внутри защищенного транспортера.

Ну что еще оставалось делать? Все-таки строения колонии были неплохо сконструированы: несколько слоев обшивки, преграждающих путь ионизирующему излучению, жаре, холоду, ультрафиолетовым лучам... И в здании будет куда просторнее, нежели в невероятно тесном салоне вездехода, где невозможно даже вытянуть ноги.

Дальнейшая перспектива рисовалась в самых мрачных тонах.. Даже если обнаружится продовольствие, за водой (точнее, за снегом, который потом надо будет растапливать) придется ездить за несколько километров в сторону -окрестности базы радиоактивны. Потом, когда кончится еда, некоторое время можно будет протянуть, отлавливая "уродцев Эккарта" и маленьких ящериц. Но кто знает, вдруг громадные насекомые окажутся несъедобными или встречаются крайне редко: одна особь на тридцать квадратных километров? И как их искать? В общем, неприглядная складывается картина. Дополнительным штрихом была угроза появления боевиков "Нового Джихада" или другого противника, которому не нужны будут свидетели.