Чтение онлайн

«Надо рассказать Дмитрию, - решила Лена.
– Не зря он звонил сегодня ночью. Может, это именно то, о чем он спрашивал?»

Человек вынырнул из-за поворота так быстро, что она непроизвольно вскрикнула. Саблин добродушно развел руками, показывая, что у него и в мыслях не было ее напугать.

–  Ничего-ничего, Петр Александрович, это я сама виновата - задумалась, - улыбнулась и миролюбиво кивнула Бережная.

–  Прошу прощения, но я все равно шел за вами. Черков просил меня срочно найти вас.

–  Отлично, он мне тоже очень нужен.

–  Вот и хорошо.
– В глазах полковника промелькнуло странное выражение.
– Профессор просил его не беспокоить, так что входите без звонка.

–  Так и сделаю.

Елена махнула рукой и скрылась за поворотом коридора.

Личные коды сотрудников, получавших допуски в соседние блоки, автоматически передавались в систему охраны этих блоков, и допущенный мог уже беспрепятственно входить в любое помещение. Но в Зоне был свой этикет, который предписывал нажимать кнопку звонка, прежде чем входить в лабораторию коллеги.

Профессора не было видно, но за стендами с аппаратурой слышалась какая-то возня. Лена подошла поближе и остолбенела. Между шкафами лежало растерзанное женское тело. С живота кожа была содрана полностью, руки и ноги неестественно вывернуты. Над этим еще трепещущим телом склонился профессор Черков.

Лена отпрянула назад, пытаясь поскорее покинуть ужасное место, и задела рукой стойку с пробирками. Черков вздрогнул, резко обернулся, взревел, одним прыжком оказался рядом с Леной и ударом кулака оглушил ее…

…Лена очнулась от поразительного аромата борща.

Она лежала на больничной кровати в квадратной комнате с белыми матовыми стенами и полом. Окон не было. Свет шел с потолка. Рядом с кроватью на сервировочном столике стояли тарелки с борщом и сосисками, стакан компота, сметана. Тут же лежали столовые приборы.

–  Красота!
– улыбнулась Елена.

Она не знала, как тут оказалась и что будет дальше, лишь чувствовала, что с ней произошло что-то необычное, но не могла вспомнить, что именно, да и не пыталась, ибо была очень голодна.

«Ух, как я сейчас наемся! Интересно, что это за симпатичные сосисочки?»

Она поддела одну из них ложкой и тут же выронила ее: на ложке лежал человеческий палец. Видимо, ароматный борщ также был сварен из человеческого мяса. Лена сжала руками виски и застонала:

–  Это уже было… Это уже было…

Да, это уже было в далеком 53-м. Несколько изголодавшихся мальчишек из ее двора раскопали свежую могилу и сварили суп из руки покойника. Ребят так и не откачали, а наблюдавшая за всем этим маленькая Лена потом неделю не могла есть.

Входная дверь открылась, и в комнату вошли три человека в белых халатах и масках. Почему-то Елену удивили не маски, а белизна халатов. Один из неизвестных нажал кнопку на дистанционном пульте. Левая от кровати стена повернулась вокруг своей оси. В комнате оказались шкафы с хирургическими инструментами и кресло, похожее на гинекологическое, но у его подлокотников были захваты для рук, а у изголовья крепились тиски…

«Господи, да это же Лубянка!
– пронеслось в ее голове.
– За что они меня?…

Двое подошли к ней, схватили за локти, усадили в кресло, закрепив руки и ноги и зажав в тиски голову. Третий в это время гремел инструментами, проверяя их. Люди в масках молча делали свое дело, не обращая внимания на ее крики.

У Лены возникло странное чувство раздвоенности, будто вся эта нелепость происходит не с ней, а кем-то другим, а она лишь наблюдает за всем со стороны, из зрительного зала.

Рядом на столике аккуратно раскладывались иглы, крючки, кусачки и другой инструмент для «задушевных разговоров». Один из неизвестных подошел к Лене и стал зачем-то измерять ее линейкой, ощупывать руки, ноги. При каждом прикосновении холодных пальцев ее била дрожь, замирало сердце.

Четвертый мучитель появился незаметно и откуда-то сзади. Он что-то сказал, и исполнители удалились вместе с ним в коридор.

Лена осталась одна в кромешной тьме, боясь даже шелохнуться. Через некоторое время со всех сторон послышались шорохи и шипение, то появляясь, то исчезая. И всякий раз, когда они приближались, Лена вздрагивала всем телом.

Постепенно шорохи сменились странными звуками, которые, казалось, воспринимаются не ушами, а всем телом. От них невозможно было скрыться, они проникали в каждую клетку ее организма, вызывая мучительную боль. Доведенная до исступления, Лена закричала, но не услышала своего голоса, словно воздух неожиданно стал густым и плотным.

Елена сделала последнее колоссальное усилие, стремясь освободиться от бремени тела и унестись в небытие, но и это оказалось ей не под силу…

Чувство тревоги не покидало Зотова. Он снял телефонную трубку и набрал номер Лены. Никто не ответил, и Дмитрий запросил «центральную». Дежурный офицер доложил, что Бережная сделала запрос и получила разрешение на вход во второй блок к профессору Мизину. Дмитрий он набрал номер профессора. На этот раз трубку сняли почти сразу. К телефону подошла ассистентка и позвала Мизина.

–  Сергей Иванович, это Зотов. Елена Николаевна у вас?

–  Только что ушла.

–  К себе?

–  Да, но по пути хотела зайти к Черкову.

–  Раз уж отвлек вас от дел, что вы выяснили насчет «экземпляров»?

–  Для вас ничего интересного. Программа в норме. Окончательный ответ могут дать либо зондирование, либо проверка на полигоне.

–  А как насчет нелегальных программ или вставок?

–  Это можно узнать лишь после зондирования. Я ничего не обнаружил.

Зотов усмехнулся.

«Раз зондирование - блеф, придется пока довольствоваться заключением Мизина».

–  Когда вы делали проверку?

–  Вчера днем, когда получил ваше распоряжение и узнал, что эксперимент Елены Николаевны откладывается.

«А Куданову растворили позавчера вечером», - подумал Дмитрий.

–  Спасибо, профессор, не буду больше вас отвлекать.

Майор нажал на рычаг и набрал номер лаборатории Черкова. Абонент не отвечал. Дмитрий перезвонил Елене, но там тоже молчали. Он посмотрел на часы.