Чтение онлайн

Укрепления Тяньцзиня не изменялись со времени войны 1857–1858 годов, а для обстрела реки, в 3 верстах ниже города, были построены два упомянутых форта, по одному на каждом берегу.

Начиная от этих фортов, по обе стороны Байхэ была создана непрерывная линия укреплений, окружавшая город и имевшая около 20 верст протяжения. Укрепления эти состояли из невысокого вала с оборонительной стенкой, впереди которых был вырыт водяной ров. Ограда самого города Тяньцзиня осталась тоже в прежнем виде. Детали ее профиля были следующими: высота наружной стены 26 футов, толщина ее на вершине 5 футов, высота внутренней стены 23 фута; обе стены были построены из кирпича и составляли внешнюю одежду валганга, имевшего 20 футов возвышения над горизонтом и 16 футов ширины. Общая толщина обеих стен и валганга – 23 фута на высоте поверхности валганга. Наружная стена образовывала наверху ряд больших зубцов, находившихся на расстоянии 10 футов один от другого.

В амбразурах, имеющихся между зубцами, могли помещаться орудия. В промежутках между двумя большими амбразурами находились две бойницы для дальней ружейной обороны, и третья – у поверхности валганга, для обстрела подошвы стены. Все остальные подробности этого укрепления упоминались при описании предыдущей войны.

Через Байхэ в Тяньцзине был устроен наплавной мост; переправа через Императорский канал, впадающий в этом месте в реку, совершалась по двум другим мостам.

Во время сосредоточения союзных войск к Тяньцзиню было получено известие, что тайпины произвели нападение на Шанхай. Первая половина войны была закончена занятием Тяньцзиня, то есть ранее чем китайское правительство было в состоянии распространить военные действия на другие пункты, занимаемые англо-французами; но зато в окрестностях Кантона и Шанхая союзникам приходилось иметь дело с другим врагом – тайпинами. Так как обладание Шанхаем было весьма важно для инсургентов по причине его торгового значения и выгодного географического положения, то предводители их вошли в сношение с союзными комендантами, требуя передачи им управления и всех учреждений города и обещая со своей стороны обеспечить права и неприкосновенность европейцев. Они хотели вырвать город из числа владений императора. Но так как обещания предводителей тайпинов и поведение их войск не внушали никакого доверия, то оба коменданта после совещания отказали им в исполнении требования. Вследствие этого отказа предводители тайпинов решились овладеть силою городом. Для обороны Шанхая союзными комендантами были приняты энергичные меры: исправили стены, китайский город и европейские фактории заняли войсками; что же касается городских предместий, то они были очищены вследствие малочисленности гарнизона. 18 августа тайпины действительно атаковали Шанхай. Их многочисленные банды окружили город: учреждение иезуитов в Сыгаовэй было разрушено и восточное предместье подожжено во многих местах. Для защиты факторий в это время были притянуты все суда, находившиеся в реке Ванпо. Чтобы облегчить оборону Шанхая, все предместья были выжжены окончательно. Этот пожар, вместе с артиллерийским огнем с судов и ружейным со стен, заставил тайпинов очистить предместья и отступить. 20 августа они вновь появились со стороны западной стены, но ружейный огонь удержал их от нападения. 23 августа тайпины, убедившись в невозможности взять Шанхай силой, очистили его окрестности, удалившись на запад.

По получении известий о нападении, произведенном тайпинами на Шанхай, и ввиду возможности повторения этой атаки главнокомандующие решились послать подкрепления из Тяньцзиня: от французских войск были отправлены 200 человек морской пехоты (2 роты) с горной полубатареей, а от английских войск – 44-й пехотный полк.

Политическим последствием отказа допустить тайпинов в Шанхай, стало, быть может, сохранение престола за Маньчжурской династией. Если бы тайпины организовали правильное управление и обеспечили положение европейцев в Шанхае, предложение лорда Эльджина свергнуть императора Сяньфэна, сделанное под Пекином, было бы принято.

До начала дальнейших военных действий союзники должны были организовать продовольственное снабжение.

В Тяньцзине они приобрели себе новую базу, богатые местные средства которой позволили устроить значительные склады продовольствия для войск. В санитарном отношении стоянка войск в Тяньцзине была удовлетворительна: недостатка в хорошей воде не чувствовалось, хотя воду Байхэ нельзя было употреблять для питья, зато имелась возможность пользоваться городскими колодцами и ручьями, впадавшими в реку.

В Тяньцзине лорд Эльджин и барон Гро вступили в переговоры с императорскими комиссарами Гуй Ляном, заключившим Тяньцзиньский мир в 1858 году, и Хэн Фу, вице-королем Чжилийским.

О своем назначении и о прибытии Гуй Ляна вице-король Чжилийский известил обоих послов еще в день сдачи фортов Дагу. В его письме было, между прочим, сказано, что «высокие комиссары снабжены всеми полномочиями для разрешения вопросов, относящихся к трактату, заключенному два года тому назад», а также что Гуй Ляну вручена императорская печать.

С 31 августа по 7 сентября между комиссарами и послами происходили продолжительные совещания, главным образом по поводу предстоящей ратификации мирного договора. 8 сентября было назначено для подписания предварительных условий; в этот день императорские комиссары не явились. По наведенным послами справкам оказалось, что китайские комиссары, хотя и не покинули Тяньцзинь, но не явились для подписания, так как не имели на то полномочий.

Выяснилось, что присылка комиссаров была лишь уловкой, имеющей целью задержать наступление союзников на Пекин и дать возможность китайской армии приготовиться для защиты столицы. В официальном письме вице-короля Чжилийского к послам было действительно только упомянуто, что комиссары снабжены всеми полномочиями к разрешению вопросов, а не к подписанию нового трактата [48] . Тогда послы обеих союзных держав объявили китайским комиссарам, что ими отныне решено отправиться во главе войск в город Тунчжао, где они согласны вступить в переговоры с новыми императорскими комиссарами, снабженными всеми необходимыми полномочиями. Вместе с тем они предоставляли себе право увеличить требования при заключении нового трактата.

Город Тунчжао лежит в 145 верстах к северу от Тяньцзиня на правом берегу канала Байюньхэ (Байхэ) [49] , соединяющего оба эти города и созданного еще в 1685 году императором Канси, чтобы облегчить подвоз продовольствия из южных провинций в столицу. В 16 верстах к западу от Тунчжао находится Пекин, соединенный с этим городом широким шоссе и каналом, впадающим в Байюньхэ. По своей глубине Байюньхэ не допускал плавания канонерских лодок, входивших в состав англо-французской эскадры, и, кроме того, доступность его для плоскодонных лодок не была известна точно: предполагали, что далее деревни Хэсиу они не смогут подняться. По этой причине было решено нанять в Тяньцзине местные повозки, запряженные в две или четыре лошади (или мула), чтобы поднять необходимый для войск запас продовольствия и везти его сухим путем. Театр военных действий, по которому пролегал путь наступления союзной армии, обоим главнокомандующим был совершенно неизвестен, а о средствах обороны Пекина они, по-видимому, имели преувеличенное мнение; вследствие этого первоначально составленный план ограничивался занятием Тунчжао, после чего предполагалось, что китайцы, устрашенные движением англо-французов к столице, примут все предложенные условия мирного трактата.

По соглашению главнокомандующих союзная армия из-за отсутствия сведений относительно лежащей перед ней страны должна была наступать на Тунчжао тремя эшелонами, имея обоз непосредственно за каждым из них. Первый эшелон под личным начальством генерала Гранта состоял из 99-го пехотного полка, 200 чел. морской пехоты, 2 эскадронов драгун, полка Фэния индийской кавалерии и 2 батарей орудий армстронга, всего 1000 чел.; при этом эшелоне находился лорд Эльджин. Второй эшелон под начальством генерала Монтобана состоял из бригады генерала Жами, 2 полевых батарей, 4-фунтовой и 12-фунтовой, 50 артиллеристов, посаженных на верховых лошадей, 30 конных стрелков и 20 спагов, всего 3000 чел.; при нем находился барон Гро с членами посольства. Третий эшелон, находившийся под начальством сэра Митчелля, состоял из 2-й бригады 1-й дивизии, полка Пробина, индийской кавалерии и одной батареи, всего 2000 человек. Все эшелоны должны были следовать по одной дороге, на расстоянии одного перехода один от другого. Для выступления эшелонам были назначены следующие дни: первому – 9 сентября, второму – 10-е и третьему – 11-е. 2-я дивизия англичан и французская бригада Коллино оставались в Тяньцзине, получив приказание быть готовыми к выступлению в любое время; в состав гарнизона города Тяньцзиня со стороны англичан предназначались собственно 1-й и 67-й полки. 9 сентября авангард (головной эшелон) прибыл в деревню Бугао, лежащую в 16 верстах от Тяньцзиня, у самого Байюньхэ. 10 сентября авангард, сделав переход в 12 верст, достиг деревни Янцунь, имеющей от 30 000 до 40 000 населения и лежащей на том же правом берегу Байюньхэ. Движение войск в первые два дня было в значительной степени затруднено удушливой и жаркой погодой; много солдат подверглось солнечному удару и было поднято по дороге. Вечером 10 сентября разразилась сильная гроза, наводнившая всю местность, затопившая биваки войск и сильно испортившая дороги. Замешательство, которое произошло на биваках во время грозы, позволило китайским крестьянам, правившим подводами, взятым из Тяньцзиня, бежать вместе с лошадьми и мулами, вследствие чего весь обоз с продовольствием не мог следовать далее. Команды, посланные для розыска животных, вернулись, ничего не найдя. К счастью для войск, удалось воспользоваться каналом Байюньхэ, который оказался судоходным для плоскодонных джонок. К вечеру 11 сентября французами было захвачено на канале достаточное число судов, из которых были составлены два отряда, поставленные под управление понтонеров. Один из этих отрядов был немедленно отправлен в Тяньцзинь для эвакуации больных и с целью подвоза оттуда боевых и продовольственных припасов. Другой отряд, нагруженный продовольственными запасами, которые везлись на повозках, должен был следовать по каналу за войсками.

Адмирал Шарне, оставшийся в Тяньцзине после выступления армии в Тунчжао, принялся за организацию речного транспорта для подвоза продовольствия войскам. Канонерские лодки не могли плавать по Байюньхэ, так как, по произведенной рекогносцировке, наименьшая глубина канала составляла 1.5 фута. Пришлось обратиться к местным средствам: несколько ниже Тяньцзиня было собрано 60 плоскодонных джонок, на которые нагрузили 100 тонн продовольствия и два 12-фунтовых орудия. По окончании погрузки осадка каждой лодки должна была быть несколько менее 1.5 футов. Для управления этим транспортом и его охраны было назначено 150 матросов, входивших в состав бригады генерала Коллино, замененных в Тунчжао понтонерами. 16 сентября транспортная флотилия, имея во главе адмирала Шарне, вышла из Тяньцзиня. Плавание совершалось на бечеве или при помощи шестов. Впереди флотилии шли в виде авангарда 12 легких лодок с 50 матросами, при них имелись два горных орудия.

Адмирал Хоуп также принялся за организацию речных транспортов для подвоза продовольствия английским войскам. Каждый такой транспорт должен был состоять из 60–80 джонок и находиться под командой особого начальника, в распоряжение которого отдавалось соответствующее число морских офицеров; на каждую джонку предполагалось назначить по одному матросу. Осадная артиллерия должна была следовать на понтонах, которые тянулись бечевой английскими матросами или китайскими лодочниками. Первое время плавание транспортов совершалось под прикрытием небольших отрядов, следовавших по берегу канала, но затем эта мера была признана ненужной.

12 сентября союзная армия, задержанная бегством китайских крестьян с подводами, снова двинулась вперед. В этот день авангард, сделав переход в 15 верст, прибыл в деревню Чунчу, а 13 сентября, сделав другие 15 верст, достигает деревни Хэсиу.

13, 14 и 15 сентября все три эшелона сосредоточились на биваках в 2 верстах к северу от последней деревни. Дорога, пройденная войсками от Тяньцзиня до Хэсиу, все время следовала правым берегом Байюньхэ по ровной местности, покрытой высоким сорго. Будучи проходимой для войск в сухую погоду, она становилась недоступной, особенно для обозов, в дождливое время. Не зная, возможно ли движение речных транспортов по Байюньхэ выше Хэсиу, и не имея понятия о запасах, имеющихся в этой местности, генерал Грант решил устроить в упомянутой деревне склады продовольственных запасов и открыть госпиталь. Хэсиу, находясь на половине дороги между Тяньцзинем и Пекином, представляла наилучший пункт, который мог быть выбран для этой цели.