Чтение онлайн

– Но разве у меня был выбор?! Меня никто не спрашивал! Для родителей я всего лишь инструмент достижения их целей! Лишиться невинности, покрыть себя позором – это была единственная возможность для меня избежать ненавистного брака!

– Ты могла прийти ко мне! Я бы не позволил отцу насильно тащить тебя под венец, если бы знал!

Я выдохнула и сказала:

– Но ты ведь забыл обо мне. Мы играли вместе, когда были детьми, а потом мне стали запрещать встречаться с тобой. Мама говорила, что ты не хочешь меня видеть.

– А мне твоя мать сказала, что ты не хочешь меня видеть, и посоветовала не навязывать тебе мою дружбу.

– Это случилось после смерти моей бабушки Мелиссы, - припомнила я. – Неужели мои родители уже тогда замышляли заменить у власти род Наргалов?

– Твои родители всегда были амбициозны.

– Клянусь, Эвердан, я ничего не знала об их интригах и никогда ничего не замышляла ни против тебя, ни против твоего отца, - со всей искренностью сказала я.

– Теперь знаю. После всего, что здесь наговорил Рабирикус...

Эвердан больше не порывался уйти, но выглядел задумчивым и отстраненным, а я внимательно смотрела на него.

Неужели он любит меня? За все эти годы, повзрослев и возмужав, не забыл?

«Соблазни его, Аларисса,– вспомнились коварные слова моей матери. – Будь ласковой, притворись, что тебя влечет к нему...»

Но я не хотела притворяться. Я вдруг поняла, что прямо сейчас меня и вправду влечет к Эвердану.

Он пришел в салон мирсы Таманы, чтобы перестать думать о любимой женщине, которая выходила за другого. Изгнать мысли о ней из головы. Получается, что в ту ночь в моих объятьях он пытался забыть... меня. И в то же время – любил незнакомку с той же страстью и упоением, с которой хотел любить... меня.

Я была тронута.

Когда я подалась к нему, покрывало соскользнуло с моей груди, обнажая мое тело. Но мне было не стыдно. Сев рядом с Эверданом, я осторожно скользнула пальцами по его лицу.

– Все еще ненавидишь? – спросила шепотом, заглядывая в глаза.

– Ненавижу, - шепотом ответил он. – Ты столько раз заставляла меня страдать, Аларисса. Я так сильно тебя ненавижу... потому что люблю. Всегда любил. А ты всегда ускользала от меня.

– Ты злился на меня, - упрекнула я.

– Потому что чувствовал себя беспомощным. На самом деле я злился на себя.

– А сейчас? – я наклонилась и едва коснулась кончиком носа его щеки. – Злишься?

– Злюсь, - выдохнул Эвердан, а его руки легли на мои бедра, заскользив выше, на талию, на спину.

– Почему? – дыхнула я ему в ухо, оставив в ложбинке под ним почти невесомый поцелуй.

– Ты отдала себя другому мужчине, это приводит меня в ярость, - шептал Эвердан, а его ладонь уже снова обхватила мою грудь, большой палец круговыми движениями поглаживал набухший сосок. – Отдалась незнакомцу. Ты даже не представляешь, как я зол, Аларисса!

– Но это был ты, - напомнила я, и нашла его губы.

Я их узнала сразу. Именно эти губы и никакие другие целовали меня в салоне свиданий. Уверенно, властно, как будто ведя меня в танце. Стон Эвердана ударился в мою гортань, а по моей коже пробежала волна жара.

– Аларисса!..

– Думаешь, стоит подождать следующей ночи? – спросила как ни в чем не бывало.

– К черту традиции! – хрипло прорычал мне в губы Эвердан и опрокинул меня на постель.

Привстав на вытянутых руках, Эвердан возвышался надо мной.

– Смотри на меня, Аларисса. В этот раз я хочу, чтобы ты точно знала, что это я. Я, а не другой мужчина. Ты должна видеть только меня!

Сбросив с себя одежду, Эвердан ласкал меня так, что я забыла обо всем. Его пальцы, губы, язык терзали мои соски, так что от каждого движения внутри сжималась пружина. Он целовал мой живот. Устроившись между моими бедрами, посасывал чувствительный бугорок между моих ног, покусывал его, дразнил языком. А я кричала от удовольствия, погрузив пальцы в его волосы и прижимая его голову к себе еще ближе.

Наконец он устроился между моих ног, и я почувствовала, как мне в промежность толкается его возбужденный орган. Горячая головка подрагивала от нетерпения у моего лона – я чувствовала даже это едва уловимое дрожание, и возбуждение Эвердана передавалось мне.

Я так привыкла к его ненависти, что, видя сейчас, как он безумно желает меня, сходила с ума.

В этот раз его проникновение было плавным, словно морской прилив. От соприкосновения его плоти и моей внутри моего лона, было горячо нестерпимо. Мне хотелось стонать, и я стонала. И плевать, если кто-то услышит.

– Аларисса! – на пике страсти воскликнул Эвердан.

Он пытался сдерживаться, чтобы продлить удовольствие, но в конце концов, страсть, которая требовала разрядки, оказалась сильнее.

Эвердан вбивался в меня глубоко, на всю длину, быстрыми толчками. Его стоны заставляли пружину внизу моего живота сжиматься сильнее. Он то задыхался, как будто и впрямь был беспомощным передо мной, то рычал как зверь, будто желал поглотить меня.

– Аларисса!

– Ах! – я вскрикнула, когда он содрогнулся внутри меня всем телом.

Какое-то время мы лежали в изнеможении, отдыхая и восстанавливая силы, потом Эвердан сказал:

– А ты ведь уже можешь носить моего ребенка. Я сбился со счета, сколько раз в ту ночь мое семя пролилось в тебя.

Я поднялась, упираясь ладонями о его рельефную грудь.

– Ты ведь помнишь, чего добиваются мои родители? Им нужен наследник.

– Но мне тоже нужен наследник, Аларисса, - улыбнулся Эвердан. – И однажды, сейчас или позже, ты обязательно мне его подаришь. А что касается твоих родителей... Боюсь, мне придется обезопасить себя от них. Ты не возненавидишь меня за это?

– Нет, - сказала я не раздумывая. – У тебя нет другого выхода, я вижу, как вцепились в свои амбициозные планы мои отец и мать, они не отступятся. Но как ты собираешься это сделать?

– Остров богини Рахиды, - сказал Эвердан, а я на миг задержала дыхание.

Рахида была богиней кошмаров, и на ее острове, со всем сторон окруженных морем, они оживали. По берегу острова возвышалась стена настолько высокая, что ее невозможно было перелезть. В это место отправляли самых опасных преступников. А покушение на корону вне всяких сомнений было одним из худших преступлений.