Чтение онлайн

Провал попытки Жанена стал тут же известен Колчаку, и тогда руководители колчакии приняли решение сами: столкнуть находящиеся в Сибири

войска интервентов с быстро наступающей на восток от Ишима Красной Армией. Обстановка казалась для этого благоприятной. Командование интервентов не ожидало, что Красная Армия так стремительно преодолеет все преграды на своем пути и разгромит войска Колчака уже на дальних подступах к Омску 312.

Так история повторилась. Еще раз подобно тому, как то было летом 1918 г., вопрос о самом существовании белой власти и ее армии свелся к вопросу о немедленной помощи штыками интервентов. Чехословаки категорически отказались помочь Колчаку в сражении на Тоболе, несмотря на всевозможные обещания 313. Значит, надо заставить их драться, что неизбежно, если между ними и Красной Армией уже не окажется белогвардейских войск. Это выгодно Колчаку, но не менее выгодно также империалистической верхушке держав Антанты; весь мир не может не одобрить посылки войск союзников для «спасения» застрявших в далекой и суровой Сибири чехословацких, сербских, польских солдат— бывших и без того несчастными военнопленными в России, а теперь снова подвергающихся нападению красных полчищ. А так как путь из Европы в Сибирь далекий и трудный, то гораздо выгоднее (во всех отношениях) помочь войсками Деникину, Юденичу и Польше и тем отвлечь войска Красной Армии из Сибири, что даст Колчаку известную передышку. Оставался еще и японский вариант, т. е. возможность (с согласия США) поручить оккупирующим Советский Дальний Восток японским войскам начать наступление на запад от Байкала.

В силу этих соображений Колчак отказался от первоначального решения оборонять район Омска. Именно отказом этим и решением, оторвавшись от советских войск, укрыться за спиной интервентов только и можно объяснить тот факт, что два слабых, вырвавшихся далеко вперед — 238-й Брянский и 240-й Тверской — полка 27-й дивизии захватили с ходу столицу колчакии, сделав за несколько дней свыше 100 км, не встретив даже со стороны белых серьезной попытки их задержать.

Падение Омска было для интервентов полной неожиданностью и имело крупное политическое значение 314. В самом городе наши войска захватили большие трофеи на военных складах, в том числе 31 тыс. винтовок, 19 млн. патронов, около 1 тыс. пулеметов шоша и митральез, 34 орудия, 199 тыс. ручных гранат и т. д.

Было взято свыше 30 тыс. пленных, но в числе сдавшихся не было ни одного полка с фронта. Войска всех трех полевых армий Колчака ушли315. Последнее обстоятельство говорило о многом: Колчак сдал столицу и бросил колоссальные военные склады, стремясь спасти живую силу армии; основная боевая сила полевых армий противника еще не настолько разгромлена и дезорганизована, чтобы можно было сбросить ее со счетов. Прикрываясь сильными арьергардами, основная масса белых сумела оторваться от наших передовых частей и продолжала отходить. Несомненно, известную роль в этом деле играл животный страх солдат противника, которые еще верили всевозможным провокационным слухам о жестокой расправе красных с колчаковцами. По мере продвижения от Омска 316 все чаще поступали сведения о том, что район городов Новониколаевск, Томск избран колчаковским командованием для перехода к активной обороне. На это указывали оперативные сводки наступающей в полосе железной дороги 27-й стрелковой дивизии, отмечающие упорные бои и переходы противника в контратаки с целью приостановить наше наступление. Об этом же говорится в сводках и приказах 35-й стрелковой дивизии, наступавшей южнее в общем направлении на фронт Барнаул, Новониколаевск.

В Кулундинской степи и восточнее действовали крупные красно-партизанские отряды под командованием Е. Мамонтова. Они могли создать серьезную угрозу открытому левому флангу и глубокому тылу отступавших от Омска вдоль железной дороги главных сил Колчака и этим помешать противнику начать крупные активные действия против 5-й армии до Новонико-

2. На южном операционном ^направлении (Кок-четав, Семипалатинск, Акмолинск)

лаевска. Сам по себе район Новониколаевск, Томск мог дать белым большие преимущества. Непосредственно с юга он прикрывался труднопроходимыми горными массивами Алтая и Саян без удобных дорог для действий наших войск по наиболее выгодным операционным направлениям. С севера силы белых прикрывались здесь сибирской тайгой, что исключало возможность для наших войск предпринимать и на этом направлении какие-либо глубокие и широкие по размаху маневры. Словом, сама конфигурация избранного белыми района была благоприятна для осуществления принятого решения: задержать наши войска у входа в относительно узкое (около 80—100 км шириной) дефиле, начинающееся в районе ст. Тайга. Фронт колчаковской армии сокращался настолько, что можно было отвести большую часть ее сил в тыл и создать глубоко эшелонированную группировку, пробивать которую, по расчетам колчаковцев, войскам 5-й Краснознаменной придется прямым наступлением в лоб. Если при этом учесть, что именно в названном районе—'Дефиле— находилось несколько десятков тысяч войск интервентов и через район пролегала с разветвлениями железная дорога, на которой действовали шесть бронепоездов врага, то следует признать, что план противника был намечен удачно, а перед нашими войсками встала трудная и сложная задача.

Такова была обстановка накануне последней решительной операции, приведшей к окончательному разгрому и пленению вооруженных сил Колчака и полному освобождению Западной Сибири.

Операция началась в десятых числах декабря 1919 г. и закончилась к 20 января 1920 г., распавшись на три этапа: а) новониколаевский; б) томско-мариин-ский; в) красноярско-канский.

Первый этап проходил для белых под знаком открытой борьбы за власть внутри лагеря контрреволюции между двумя основными группировками: крайними реакционерами и монархистами, возглавлявшимися в последнее время командующим фронтом генералом Сахаровым, и «демократическими силами», возглавлявшимися упомянутыми братьями Пепеляевыми66.

Отмеченные обстоятельства облегчили задачу войск 5-й Краснознаменной. В телеграмме на имя В. И. Лепина Реввоенсовет армии доносил 19 декабря 1919 г., что от ст. Чулым и до самого Новониколаевска армия захватила растянувшуюся на 125 км сплошную ленту эшелонов противника, по приблизительным подсчетам около 300 паровозов и свыше 20 тыс. вагонов, наполовину груженных всякого рода военным и другим имуществом 317.

Основной же успех был не в захвате трофеев и даже не в занятии Новониколаевска 14 декабря 1919 г. после многочасового боя. За время операции только одной 27-й стрелковой дивизией было взято в плен около

29 тыс. солдат, свыше 1500 офицеров, полковников и

30 генералов из частей полевых армий Колчака, а не тыловых гарнизонов. То была первая крупная группировка действующей армии белых, разгромленная за истекшие со времени Ишимо-'Гобольской операции полтора месяца. Именно в этом был основной успех наш: мы настигли противника, сокрушительным ударом опрокинули, смяли, раскидали и частично пленили его первую оказавшуюся на нашем пути сильную группировку, задачей которой было задержать советские войска в районе Новониколаевска, чтобы дать главным силам белых втянуться в указанное выше дефиле и изготовиться к активной обороне 318.

Томско-мариинский этап оказался главным и решающим. Директива нового главнокомандующего белогвардейским фронтом генерала Каппеля предусматривала, что 2-я и 3-я армии занимают фронт Новонико-лаевск, Томск с задачей сдерживать наступление красных и тем самым дать возможность произвести перегруппировку для активной обороны дефиле. Находящаяся в районе Томск, ст. Тайга 1-я армия отводится в тыл и под прикрытием 2-й и 3-й армий перебрасывается спешно по железной дороге в район Ачинска, где принимает пополнение за счет тыловых гарнизонов и добровольцев, приводится в порядок, числясь в резерве фронта.

План приостановки советских войск у входа в дефиле не был экспромтом Каппеля, колчаковская ставка готовилась к этому еще со времени проигрыша Тоболо-Ишимской операции в октябре 1919 г. С этой целью уже тогда вся 1-я армия генерала Пепеляева выводилась из линии боев и должна была сосредоточиться в районе Томск, Новониколаевск, чтобы после отдыха и принятия пополнений составить ядро создаваемого в глубоком тылу стратегического резерва.

Выполнить план белым не удалось. Разгром и пленение новониколаевской группировки означали серьезный и глубокий прорыв фронта врага на участке его 3-й армии, главной задачей которой было прикрыть перегруппировку и обеспечить спокойный отвод 1-й армии. Но вопрос был не только в срыве этой чисто военной стороны плана. Победа в районе Новониколаевска ускорила начало подготовленного и возглавляемого большевиками восстания рабочих и значительной части гарнизона Томска, что привело к расколу среди белых войск и стало главной причиной отказа частей армии Пепеляева подчиниться приказу о дальнейшем отходе. Уже 17 декабря 1919 г. власть в городе перешла фактически в руки большевистского Военно-революционного комитета. Части 5-й армии вошли в Томск 20 декабря без боя 319.

Но в это время начались ожесточенные бои в полосе Сибирской железной дороги в районе ст. Литвиново, ст. Тайга. Здесь на нашем пути встали арьергардные части интервентов. Казалось, надежды колчаковцев оправдываются.

Военные и прежде всего политические последствия начавшихся боев трудно было сразу определить во всем их значении для дальнейшей борьбы на Востоке 320. Несомненно было лишь одно: бои между частями 5-й Красной армии и войсками интервентов дают колчаковцам возможность вздохнуть и, прикрываясь занятым интервентами фронтом, закончить перегруппировку, привести части в порядок. Но белым и интервентам не повезло.

Обстановка сложилась так, что на долю той самой 5-й Красной армии, которая начала свое выступление на Восточном фронте с решительного разгрома белоче-хов под Казанью в августе — сентябре 1918 г., теперь — почти полтора года спустя — выпала почетная задача закончить не завершенное тогда на Волге дело. Боевой дух советских войск был небывало высок. В ходе двухдневных ожесточенных боев первая из арьергардных дивизий — польская — была разгромлена с помощью восставших рабочих-железнодорожников. Потеряв 3 бронепоезда, около 40 орудий и понеся крупный урон в живой силе, интервенты и действующие с ними колчаковцы были отброшены на восток в полном беспорядке совместными усилиями 27-й и 30-й стрелковых дивизий. Таким же поражением кончилась попытка объединенных польских и белогвардейских полков контратаковать части 5-й Краснознаменной в районе Анжерских каменноугольных копей. В эти же дни вела упорные бои 35-я стрелковая дивизия, наступая южнее в общем направлении на Щегловск, Кемерово, Кузнецк. Успешные для нас бои вели 26-я стрелковая дивизия на Алтае и Кок-четавская группа войск, где белые неоднократно переходили в контратаки.