Опустошение
Шрифт:
несколько часов назад, он никогда не хотел видеть меня снова.
– Если ты настаиваешь. Детектив, я не хочу причинять вам не удобства. Я могу уехать с
Дэвидом.
– Вы уверенны? Подвезти вас – для меня не проблема.
Дэвид скрестил руки, пренебрежительно кивнув.
– Ты слышал ее, – сказал он.
Я подтвердила его слова, устало склонив голову.
– Понятно, – плечи детектива поникли. – Если вам будет еще что–нибудь нужно, позвоните
мне, – настаивал он, не сводя с меня глаз. – Я буду на связи. До завтра, счастливчик.
Он легко ударил Дэвида по плечу. Они попрощались, и детектив побежал догонять своих
коллег.
Дэвид удивил меня, оторвав от стены и притянув к груди. Несмотря на мысленные протесты,
я чувствовала, что могу стоять так бесконечно, укрытая от всего мира в безопасности его объятий.
Его мускулистые руки обвились вокруг меня так, что я едва могла двигаться.
– Расслабься, – тихо попросил он. Все, что я могла сделать, это расслабить плечи и положить
голову на его твердую грудь.
– Ох, – я неохотно оттолкнула Дэвида. – Я не хочу испачкать тебя кровью.
Он наклонился и осторожно прикоснулся к моей щеке, но я вздрогнула и отстранилась.
– Он ударил тебя?
Я молчала. Дэвид закрыл глаза, тяжело вздохнул и вновь открыл их. Он был так близко, что я
могла чувствовать мускусный запах свежего пота. Дэвид ущипнул себя за переносицу,
повернувшись ко мне спиной.
– Проклятье, я должен был застрелить его, – сказал он сам себе. Ткань костюма натянулась на
его плечах и на одно мгновение я подумала, что он может порвать ее, увеличившись в размерах,
подобно Халку. Я знала, что лучше обратить внимание на то, что если бы Дэвид так поступил, то
сейчас именно он оказался бы на заднем сиденье полицейской машины, а не Марк.
– Я отвезу тебя в больницу, – сказал он наконец.
– Нет, – ответила я уверенно. – Я в порядке.
– В порядке? – спросил он недоверчиво. – Ты дрожишь.
Я не понимала почему, но начала дрожать, как только он обнял меня.
– Все хорошо, – настаивала я, пытаясь говорить спокойно. – Просто я испугалась.
Он снова притянул меня ближе, медленно пробежав рукой по моей спине. Затем Дэвид
собрал волосы с моей шеи в хвостик, мягко потянув его, так что я приподняла голову, а другой
рукой осторожно приподнял мой подбородок вверх, для того, чтобы иметь возможность осмотреть
порез. Поскольку моя голова находилась почти в вертикальном положении, я неловко отвела взгляд,
не зная на чем сосредоточится, пока Дэвид наконец не смягчился.
– Это просто поверхностная рана, – сказал он, облизнув палец и вытерев им кровь.
Почувствовав облегчение, я коротко кивнула.
– Еще что–нибудь болит? – спросил он.
Я заколебалась.
– Оливия.
– Ну, не сильно, – солгала я, прикоснувшись к затылку. С каждой минутой адреналин спадал,
а боль наоборот увеличивалась.
– Достаточно, мы поедим в Северо–Западный, – сказал он.
– Нет, – взмолилась я. – Пожалуйста, у меня была бурная ночь, я не вынесу еще и суматохи
больницы, – возразила я, задрожав еще сильнее.
– Хорошо, тссс, – отозвался Дэвид, потирая мои руки. – Хотя ты могла получить сотрясение,
– мягко рассуждал он.
– Я так не думаю, – ответила я, и впервые за этот вечер он улыбнулся.
– Ты немного упряма, не так ли? – спросил Дэвид, но моим ответом ему был лишь свирепый
взгляд. – Хорошо, хорошо. Никакой больницы. Но передай ему, что если у тебя сотрясение, он
должен остаться и присмотреть за тобой сегодня, это очень важно. Необходимо проверять…
– Кому? – перебила я, ошеломленно.
– Кому? – повторил Дэвид за мной. – Твоему мужу.
– А–а, Биллу, – кивнула я. – Конечно. Только он в Нью–Йорке.
Дэвид остановился и несколько мгновений смотрел на меня.
– Тогда ты поедешь со мной. Сегодня я могу присмотреть за тобой.
– Нет, – возразила я, потянувшись за телефоном. – Я могу позвонить Гретхен.
Не отводя от него взгляда, я поднесла телефон к уху. Вот только не была уверенна – хотела
ли я, чтобы Гретхен ответила. Услышав знакомое приветствие ее голосовой почты, я положила
трубку.
– Не отвечает, – сказала я. – Я могу попытаться позвонить Люси.
Дэвид осторожно взял телефон из моих рук, пока я смотрела на него снизу вверх.
– Уже поздно. Они спят. Поедим со мной, – сказал он. – Позволь мне сегодня позаботиться о
тебе.
– Не будь смешным. Я не ожидаю этого от тебя.
– Но я хочу.
– А что насчет того, что ты сказал мне ранее?
– Забудь об этом. С завтрашнего дня мы можем все начать сначала, – сказал он с глупой
улыбкой. Дэвид положил руку мне на плечо, подталкивая меня к машине, но я воспротивилась.
– Нет, – сказала я, стряхнув его руку. – Я не могу забыть тех слов. Я не собираюсь уезжать с
тобой.
– Мне очень жаль, если я тебя обидел, – произнес он. – Но я не сожалею о том, что сказал.
Мне нужно быть твердым. Мне нужно держаться.
– Вот как? Но это не сделает тебя твердым в своих решениях. Не позволит держаться от меня
подальше. Все нормально, я понимаю. Просто позволь мне поймать такси. У меня нет сотрясения.
– Иисус, Оливия, я только что все объяснил, – его резкий тон неожиданно перешел в
глубокий бас. – Я не позволю тебе исчезнуть, особенно сейчас, когда я знаю, что тебе плохо.
Пожалуйста, все это мы можем обсудить завтра, а сегодня просто позволь позаботиться о тебе.
Я вздохнула. Выражение его лица менялось, переходя от злости к обеспокоенности, а затем к
обиде, и все это в течение десяти секунд. В конце концов, я смягчилась, но постаралась убедиться,
что между нами достаточная дистанция, чтобы он снова не прикоснулся ко мне.