Чтение онлайн

Я не церемонясь положила свою ногу прямо ему на коленки. Раз сам предложил оказывать мне первую помощь, то пусть это делает по полной программе.

Михаил Игоревич сначала провел своими пальцами осторожно, где щиколотка у меня находится.

— Меня пока не было, ты исключительно занималась чесанием своей щиколотки, Тарасова?! Она у тебя очень покраснела.

— Это зуд. Его невозможно терпеть.

Он стал наносить на покраснение мазь.

— Спасибо, — поблагодарила я.

Он слегка улыбнулся.

— Пожалуйста, Тарасова. Моя миссия здесь закончена так что, я могу уходить. Мазь оставляю тебе, на всякий случай. Тем более у тебя постоянно всякие случаи происходят.

Я кое-что вспомнила!

— А как же задача? Вы так у меня не проверили ее!

— Точно, ладно, давай свою тетрадку, Тарасова.

Я вытащила из сумки тетрадку и протянула ему.

— Мне нужна тишина, Тарасова. Постарайся мне организовать ее.

Я просто легла на кровать и прикрыла глаза. Тишина, так тишина. Это он все время говорит, а я лишь поддерживаю его разговор. Невежливо, как-то в ответ молчать.

Михаил Игоревич предпочел проверить мою задачу, сидя за столом.

Я прислушалась к своим ощущениям и поняла, что мне уже не хотелось чесать свою щиколотку и это очень меня радовало.

— Тарасова, ты спишь? — Меня за плечо стал тормошить, Михаил Игоревич.

— Теперь точно нет. — Я приоткрыла один глаз и увидела преподавателя, стоящего во весь рост, рядом с кроватью.

— Ты неправильно задачу решила, Тарасова.

— Как неправильно? — Нет. Только не это!

— Решай заново.

Я застонала от досады.

— Но там же решение на несколько страниц.

— Если не таким огромным шрифтом будешь записывать свое решение, то на полторы страницы у тебя точно меньше выйдет.

Я тогда сама не разберу свой подчерк, что я там нарешала.

Настроение мое моментально испортилось. Это же придется потратить целый вечер на решение задачи.

— Завтра у нас пара. Я проверю твое, другое решение.

Это мне сегодня нужно ее решать?! Ох!

— Давайте мою тетрадку. — Даже по голосу заметно мое удрученное настроение.

Я протягиваю свою правую руку в сторону и на ощупь пытаюсь схватить свою тетрадку.

— Тарасова, за место того чтобы находится в постоянном и активном поиске для себя незабываемых приключений, лучше дома сиди и занимайся моим предметом. Может быть тебе даже удастся что-то освоить.

Если он хотел меня разозлить, то ему это удалось.

Я даже вышла из себя, от того, как он со мной разговаривает.

Со всей силы я резко потянула на себя тетрадку. Не знаю, чего я ожидала от своего поступка, может быть, чтобы преподаватель покачнулся и немного потерял равновесие, но точно не ожидала, что он упадет на меня. Ну и силище оказывается у меня! Я — Геракл в юбке!

Его лицо впечаталось прямо в подушку. Как же вовремя, я повернула голову в сторону. Иначе, мы бы врезались с ним, своими прекрасными лбами, а это было бы очень больно, и никакая мазь не спасла бы и синяк бы еще в придачу в виде "бонуса" на лбу. Ха-ха-ха.

— Тарасова! — Как рявкнул на меня, Михаил Игоревич.

Что там говорят? Лучшая защита — это нападение?! Вот так прямо сейчас и поступлю.

— Что? Я просто тетрадку на себя потянула. Я не виновата, что вы не смогли на своих двух ногах устоять.

— Тарасова! — Он взглянул на меня.

Его взгляд о многом мне говорил. В моей голове стали вырисовываться исключительно мрачные картинки.

— Не смотрите на меня своим "убийственным взглядом". Это случайно получилось. — Ему нужно было бы за что-то уцепится во время полета. Может быть, тогда бы и не упал на меня.

— Ты однажды мне шею свернешь случайно, Тарасова, с такими темпами.

— А вы везучий. Не сильно пострадали. Даже синяком не отделались. — Я мило улыбнулась ему. Нужно как-то перевести тему разговора чтобы он немного остыл. Он слишком сейчас напряженный.

— Я тоже этому очень удивлен, — произносит преподаватель. — Тарасова, ты самая большая опасность не только для себя, но и для окружающих.

— Может быть чаю? — предложила я, проявив свое гостеприимство.

— Вот только отравление мне сегодня не хватало, Тарасова! Ты решила напоследок мой желудок на прочность и везучесть проверить?!

– Я свое гостеприимство вообще-то решила проявить к вам. — Какой он не благодарный.

— Уже проявила. Неужели не заметила?! Даже перестаралась немного. В кровать меня уложила. Для полного счастья осталось еще одеялом меня укрыть.

— Вы сами упали.

— А кто же для этого постарался, Тарасова чтобы я на тебя свалился? А!

— Я всего лишь тетрадь на себя потянула. Не нужно было так ее крепко держать. Чай будете?

— Нет! — рявкнул он.

И чего так кричит?! Не хочет, как хочет!

— Как хотите.

Михаил Игоревич попытался подняться, но почему-то опять упал на меня.

— Похоже вам понравилось лежать со мной, — подметила я.

— Тарасова! — шикнул он на меня. — Лучше сделай одолжение не в виде своих бесконечных разговоров, а исключительно действием. Просто перевернись на бок.

— Да, без проблем. — Я сделала точь-в-точь, как он меня попросил. Резко перевернулась на бок, и преподаватель оказался уже не на мне, а на кровати лежать, спиной к стенке.

— Не в ту сторону, Тарасова! Я встать пытался с кровати, а не лечь по удобнее.

— Вы не уточнили на какой бок мне именно лечь. Вот я и сама выбрала, как мне удобнее лежать. Выражайте свои просьбы точнее, Михаил Игоревич, — сказала я.

— Я с тобой по-русски разговариваю, но после твоих постоянных нелепых поступков и действий у меня всегда складывается впечатление, что я разговариваю с тобой совершенно на другом языке. Почему, ты всегда делаешь все наоборот, Тарасова?

— Что я делаю наоборот? — изумилась я. — Что вы просите, то я всегда и выполняю. Почему, вы пытаетесь меня обвинить все время?

— Потому что, как только я оказываюсь с тобой, то меня сразу же беда настигает. Ты решила установить цель своей жизни — это меня покалечить?! И с каждым разом целенаправленно идешь к этой цели?!