Опыты любви и одиночества
Шрифт:
Обуздывать страсти Василий не хотел. Над женщинами он имел магическую власть. Красивый брюнет, похожий на своего дальнего предка цыгана, к многочисленным романам он относился легко, начиная их и отказываясь от продолжения исходя из потребности момента. Задумываться было некогда, работать приходилось очень тяжело. Наверное, Василий пропал бы, но судьба подарила ему встречу с Дарьей, которая стала его женой.
Дарья была единственной женщиной, на которую не подействовала сексуальная магия Василия. Оставаясь хладнокровной, она железной рукой правила мужем.
Семья тетки Василия была интеллигентная, Дарью родственники мужа не приняли, и она отомстила - отлучила мужа от тетки, и даже на похороны ее не пустила.
Василий успешно руководил большими строительными объектами, и его назначили работать в Москву. Жене трудно было контролировать его во время многочисленных командировок. Провинциалки не оказывали сопротивления красавцу с высоким положением, начальнику из Москвы.
Но нигде так легко не отдавались ему женщины, как в Германии, где Василий оказался в конце войны. Василий часто рассказывал потом, что встреченные им немки готовы были спать с любым мужчиной.
Василию стали особенно нравиться маленькие девочки. Они привлекали его своей нежностью и покорностью. Когда у него родилась дочь, он любил класть девочку в свою постель, уступая ей место под предлогом того, что его кровать удобная, а пуховые одеяла и подушки мягкие. Сам он ночевал на диване.
Маленькая дочка утопала в жарких одеялах, и белая постель пропитывалась ее запахом. Отец как будто приобретал над ней власть ее первого мужчины, навсегда запечатлеваясь в ее подсознании.
Дочь любила Василия, а жена не любила. Дарью мужчины мало интересовали. Она любила оперу, любила ходить в театры с подругами, часами говорила с ними по телефону. С мужем Дарья держалась строго, и Василий побаивался ее. Он звал жену "мамочка". Говорил ей, что она единственная, необыкновенная, идеальная. Дарья была для него не только "мамочкой" и женой, но и лучшим другом, стержнем для него в жизни. Она была для него всем.
Теща Василия Валентина рано овдовела, пенсии у нее не было, и зять стал для нее кормильцем. Богомольная женщина никогда не ругала его, но напряжение рядом с ней он чувствовал кожей.
Судьба причудливо свела в одной семье глубоко верующую и интеллигентную Валентину, которая стала нищей после революции, и убежденного коммуниста и атеиста Василия. Позднее теща открыто обвиняла его в воровстве. Валентина заявляла, что зять украл у нее золотые украшения. Выжившую из ума старуху никто всерьез не принимал, но Василия задевали эти слова.
Религию он считал опиумом для народа. Он часто говорил жене:
– Советская власть нам все дала. Мы с тобой были лапотные, и остались бы такими без нее.
Детям он напоминал:
– Вы живете в тепличных условиях.
Василий получил звание "заслуженный строитель". Перед пенсией ему предлагали поработать несколько лет за границей, но он отказался. Василий панически боялся дискредитировать себя в глазах соратников по партии. Как будто призрак раскулаченного отца вселял в него страх разоблачения и лишения положения.
Выйдя на пенсию, Василий проводил лето с женой в деревенском доме, доставшемся от тещи Валентины. У них часто гостили дети и внуки. Жизнь пожилой пары в деревне протекала по привычному для них распорядку.
С утра Василий с женой и их гости ехали на машине в лес за ягодами или за грибами, и после прогулки купались на речке. Дарья сидела на берегу реки в тени прибрежных деревьев и шила, а Василий с внуками строил замки из песка.
Самым большим наслаждением для него по возвращении домой было напиться холодного кваса, припрятанного в чулане. После обеда Василий спал или лежал с книгой на кровати. Особенно он любил читать стихи Есенина. В пять часов Василий выходил на террасу к чаю.
После вечернего чая муж и жена работали на огороде, они гордились своими посадками. Василий любил показывать гостям малину, смородину и крыжовник. Дарья обожала клубнику и цветы, в зависимости от сезона на клумбах цвели тюльпаны, нарциссы, анютины глазки, маргаритки, георгины, флоксы, астры. Однажды Василий заметил, что на старой липе у забора ворона свила гнездо, которое ему пришлось сбить с дерева, а яйца выкинуть. Но Василию стало жаль не родившихся воронят, и он прослезился.
К семи часам вечера работы в саду заканчивались, и начинался вечерний просмотр телепередач. Ужинали обычно перед телевизором. Василий увлеченно смотрел футбольный матч или фильм, и всегда выпуски новостей. В деревенских летних сумерках окна дома, освещенные голубым светом телевизора, вызывали у него чувство защищенности и покоя.
За большим столом на террасе часто собирались гости. Три семьи попали на дачное жительство в эту деревню благодаря хлопотам Дарьи. Она готовила праздничный пирог со взбитым белком и клубникой, который всегда получался клеклым.
Однажды летом Дарья тяжело заболела, и с сердечным приступом лежала в Москве в больнице. Деревенская идиллия Василия стала перетекать в беспокойное сумеречное состояние, сотканное из сомнений и страхов. Лето стояло засушливое, посадки требовали обильного полива, а Василий словно потерял себя без жены. Он каждый день писал ей подробные письма, рассказывая обо всем, что с ним происходило, и тяжело переживал разлуку с Дарьей.
К счастью, супруга Василия лечилась в одной из лучших больниц страны и вскоре поправилась.
Василий также продолжал пользоваться привилегиями бесплатного лечения у хороших врачей, и регулярно их посещал. После очередного комплексного осмотра доктора сказали старику, что он абсолютно здоров. Василий уехал с женой в санаторий, в Крым.
В санатории врачи обнаружили кровь в моче, и паре пришлось вернуться в Москву. Василию поставили страшный диагноз "Рак мочевого пузыря".
Врачи настояли на операции, но после нее Василий стал чувствовать себя совсем плохо. Как будто центр его жизненный сил не перенес вмешательства, и он оказался отрезанным от источника питания.