Оракул Смерти
Шрифт:
Наконец воздушник сварганил шаровую молнию побольше и метнул в меня, шепнув что-то напутственное снаряду. Я метнулся в сторону уже больше по привычке, но фейерверка об стену не было. Этот шар развернулся в мою сторону, не теряя скорости на повороте.
Упс! Самонаводящийся снаряд.
Тогда секретная фишка — теневой скачок.
Ф-ух! Не на ауру детонатор оказался.
Я прыгнул за спину воздушнику. Шокер вернулся к создателю, а когда тот развернулся и еще получил гардой по скулам за медлительность и за излишнюю болтливость. Сверху упали цепи света — метнувший их второй маг немного не рассчитал удар. Спеленали воздушника как младенца... хи-хи.
Азарт драки охватил меня. Перекат к нему, на импульсе разгибаюсь, выбрасывая руку с клинком вперед, — и насаживаю послушника на меч, как на шампур.
Голову обдало жаром, в воздухе пронеслась вонь палёных волос. Ах вы ж сволочи!
Вовремя нагнулся освободить клинок, вынул и на взмахе парировал второй удар. Тёмные чары клинка схватились с пламенем, гася его в местах соприкосновения.
Парирую удары, вычисляю слабые точки противника, прикидывая, куда нанести один-единственный удар. Стараюсь не думать, как у меня получается драться на мечах. Сомнения и вопросы «Ой, как же это я так?» сейчас будут стоить мне жизни.
Вскоре пламя клинка угасло, проиграв тьме моего клинка. Обманным финтом я лишил соперника оружия и, так уж получилось, шлема. Он упал на одно колено, открыв шею для удара.
Замах.
Звон клинка о камень.
Храмовник, еле дышащий, поднял на меня насмешливый взгляд, и я не сразу заметил, что пальцы его быстро-быстро двигаются, плетя заклинание. Три секунды — и он исчез.
— Если храмовник полностью истощен боем, заклинание «божественный оплот» создаёт портал-эвакуатор в лазарет главного собора. — Пояснил шёпот.
— Вот трус! Не мог смерть принять достойно! Теперь он там всё выложит, и меня в розыск подадут, или как тут у них охота на людей называется.
– Выругался я, тяжело дыша.
— Это потребовало чуть сил чем я рассчитывал... — последнее что что сказал этот неведомый шепот, и вновь тишина.
Руки задрожали от напряжения, голова гудела не меньше трансформаторной будки. Осмотрел поле боя, один лежал в луже крови, другой связан цепью размером не меньше якорной, и освещала желтым светом побоище. Голова еще больше за гудела. Посмотрел на меч, на нём были следы крови, но каким-то образом она впитывалась в металл. Через не сколько секунд, меч стал таким же, как и был до боя, убрал его в ножны. На периферии сознания маячила какая-то мысль словно я что-то забыл... что-то хотел сделать...
Выбежал в коридор, подождал, пока грохочущее сердце немного уймется. Как будто наваждение я вспомнил про фею и болтливого коня. Надо спешить, а то, как бы они там чего ни на придумали...
Невдалеке от входа догорал факел — это лучше, чем темнота. Над потолком еле заметным шлейфом, как путеводной нитью, протянулся след феи. Сознательно она его оставила или от избытка энергии за ней тянулось — не знаю.
После этого боя, я покосился на пояс, где покоился меч в ножнах. Самоцвет в качестве набалдашника на рукояти, (или как там эту деталь называют) мерцал многочисленными гранями в свете факела. На секунду возникла мысль, что надо бы избавиться от него здесь и сейчас, пока дров еще больше не наломал, мелькнула и исчезла, задавленная пониманием этого мира меча и магии.
Вот так и шел, когда уже думал, что заблудился, оказался перед комнатой, из которой доносились возня и попискивание... Заглянул.
Оказалось, это Трилли пыхтит, пытаясь развязать ремни, которыми спеленали Ужаса. Хвост и одна задняя нога уже были освобождены от пут. Сейчас, увлеченно и никого не замечая, фея пыталась отвязать вторую заднюю ногу. На голове у коня был мешок с веревкой, перехватывающей челюсть. Видать, чтобы помалкивал, или не кусался, что более вероятнее, не зная что это за конь такой.
Я подошел, начал развязывать шнурки на его голове. Фея как раз справилась с ремнями сзади, но, не узнав меня в полумраке, запищала в испуге, ослепительно вспыхнула — и куда-то спряталась.
Промаргивавшись и потерев глаза, я поискал ее взглядом:
— Трилли, ты меня, что ли, испугалась? Я что, небритый такой страшный да? Или как-то изменился? Рога там, например, или хвост?
Фейка болталась у потолка, зависнув над выступом в стене. Я продолжил развязывать коня.
— Нет-нет, что ты, — забормотала Трилли, — я просто отвлеклась, задумалась о своём. А ты так тихо появился... — и добавила шепотом. — Я пока тут останусь. Здесь обзор хороший. А у тебя лучше получается развязывать его, а-то он чуть копытом меня не задел.
Ничего не ответив, я снял с коня кляп и отвязал его голову. Ужас молча (по обоим каналам связи, что удивительно) повернулся, посмотрел, как показалось, прямо мне в душу, и отвернулся обратно. Когда я снял с него все веревки, он процокал по комнате, размялся. Но молчал.
— Так-с, как выбираться отсюда будем? Есть варианты у кого? — спросил я глядя, как конь ходит туда-сюда.
— Хозяин, ты для начала ментальный блок сними, — сказал Ужас. — Закрылся полностью. Это надо так умудриться! Смотри, уведут меня и это... как его... перевербуют. Я вообще думал, что тебя убили и мне придется служить ДэТеро. Он давно на меня глаз положил.
— Блок? Ментальный? А так это из-за него, у меня башке теперь нет посторонних мыслей, некоторых хвостатых... Я уж думал, ты обиделся на что-нибудь. — удивленно ответил я, и задумался, когда это успел такое сотворить.
— Ужас, что ты такое говоришь? — Трилли спустилась и присела на очередной выступ в стене. — Хозяин у тебя — могущественный маг и любимец богов.
Конь повернулся к фее, и не видел моего еще больше удивленного лица, замотал хвостом из стороны в сторону, но сказать ничего не соизволил.
Трилли продолжала:
— Я в этих пещерах чуть не угасла, но Кир вернул меня к жизни и поделился энергией, от которой я буквально заискрилась.
— Да уж, он выкинет, так выкинет. То в погоне адептов пожелает простудой заразить, сильно так пожелает, чтобы они попадали, болезные. То, видно, не менее сильно пожелал тебе долгих лет жизни. Откуда он такой взялся... — Задавая вопрос, конь развернулся ко мне. Я с ответ не стал мудрить:
— Сами виноваты, нечего было меня похищать из родного мира! А ментальный блок я сниму, как только пойму, как это сделать.
— А зачем ты вообще его ставил? — возмутился Ужас. — Боялся, что тролль в башку полезет? Ему бы в своих трёх мыслях разобраться, до ментала ему вообще дела нет. Он и слова-то такого не знает.
— Нет, на этот раз, там тролля не было. Были другие но умом они от него не далеко ушли. Ладно, пошли выход искать, времени в обрез, — сказал я и развернулся на выход.
Трилли оттолкнулась от выступа и прыгнула на гриву коня.
За моей спиной послышался скрежет камня и шелест песка. Поворачиваюсь и вижу — часть стены утопилась внутрь и открыла проход. В проходе поочередно зажглись факелы, приглашая войти.