Чтение онлайн

Обычная серая косточка, выше уорента ему никогда не подняться. В чем-то даже симпатичен, глаза умные, взгляд открытый, особого страха не высказывает. Вот что мне с ними делать? Жратвы и так на сутки осталось, а медикаментов вообще кот наплакал.

– Подполковник Бродвуд, сэр...

Я приметил, что уорент колеблется, плеснул в колпачок от фляги немного рому и протянул ему:

– Держите Престон и не надо строить из себя героя. Мне от вас особо ничего не надо. И так все знаю. Впрочем...

– Спрашивайте cэр...
– англичанин выпил ром и согласно кивнул головой.
– Только, я действительно почти ничего не знаю.

– Как вы оказались так далеко от Кимберли?

Оказалось, что уланов послали разыскивать пропавший разъезд, ранее отправленный на разведку. Да, тот самый, который ваш покорный слуга, отправил в страну вечной охоты. Оказывается, у покойного Арчибальда Мак-Мерфи, чей Маузер сейчас висел у меня через плечо, отец носил немалый чин в Генеральном Штабе, вот командир полка и решил выслужиться. Уланы спокойно проскочили линию фронта, кстати, практически несуществующую, затем обнаружили место побоища и пошли по следу за нашим фургоном. Ну а дальше, дальше, вы все уже знаете.

Я его еще немного порасспрашивал, в основном сравнивая свои знания с реальностью. Думаю, современные историки многое отдали бы, за такую возможность. Впрочем, откуда они здесь возьмутся, историки те, особенно современные?

Все оказалось примерно так, как я и представлял. Вплоть, до воистину русского бардака и такой же несогласованности, царившей в британской армии. К примеру, почти все уланы оказались вооружены револьверами Веблей, армейской модели образца 1896 года, что немного противоречило моим данным - уланам вроде бы полагался только карабин - это конечно, кроме офицеров. Но оказалось все просто; кое-кто из больших армейских чинов имея паи в оружейных компаниях, пробил госзаказ и организовал в общем-то хорошее начинание, даже успели несколько кавалерийских частей перевооружить, но потом, как водится, все похерилось из-за отсутствия финансов и просто волокиты. Перевооружение отменили, даже начали назад изымать, но не успели - началась война. А положенные уланам пики, они самостоятельно с собой не брали, так как это дреколье, оказалось бесполезным - буры напрочь отказывались устраивать кавалерийские свалки.

Я еще немного поговорил с пленным и отправил его отдыхать. А остальных даже не стал допрашивать, так как ничего нового не ожидал от них услышать. А потом... Потом опять пришлось спасать Вениамина... Да когда же этот день кончится, мать его ети!!!

В лагерь приперся медоед*. Да, эта упертая, вздорная и свирепая животина, всем нам хорошо известная по множеству фильмов. Сначала зверюга рыскала в окрестностях, а потом привлеченная запахом меда, которым вздумал закусывать Венечка, бесстрашно вторглась в лагерь и определила себе Вениамина как личного врага. Нет, чтобы добровольно сдаться, так студент взял и пнул животину...

Медоед, или лысый барсук, или ратель (лат. Mellivora capensis) - вид из семейства куньих, обитающий в Африке и в Азии. Медоеды считаются весьма бесстрашными и даже агрессивными животными, у которых почти нет естественных врагов. Их очень толстая кожа за исключением тонкого слоя на животе не может быть пронзена даже зубами крупных хищников. Данным животным приписывается воистину легендарный вздорный нрав.

– А-а-а!!!
– ревел Веня мотыляя вцепившимся в его в штанину медоедом.

– А-а-а... Помогите, да помогите ему!!!
– Лизхен лупила палкой по животному, через раз попадая по самому Венечке.

– Да стой же окоянный, тудыть твою ети!!!
– Вокруг них метался Степан и целился в медоеда из револьвера, но никак не мог прицелиться, так как Веня справедливо опасаясь урона своему здоровью, постоянно сбегал с линии прицела.

А все остальные тупо ржали, даже пленные...

Вот как это называется?

Хотел сначала вырубить студента, а потом уже расправиться со зверюгой, но потом просто взял жестянку с медом и бросил рядом с побоищем. Медоед мгновенно отцепился от врага, утробно урча подхватил добычу и убрался вон. А я еще придержал Степана, хотевшего его застрелить. Пусть валит, хватит на сегодня смертей. Опять же, не меня он потрепал, а клятого студента. Вот же позор какой, двое соотечественников люди как люди, а третий... тьфу ты...

В общем, суть да дело, день подошел к концу. Проверил караулы, наскоро обмылся и отправился спать...

– Михаил Александрович, вы меня поохраняете?
– застенчиво попросила Лиза помахивая полотенцем.
– Я помыться хочу.

– Я могу!
– Высунул свою мордочку из-за фургона Вениамин. Высунул и разглядев выражение моего лица, сразу спрятался. А там его перехватил и утащил с собой Адольф Шнитке, которому я присвоил звание сержанта и отдал распоряжение, драть студента в хвост и гриву.

Вообще, очень пригодным оказался дойч - для сержанта лучше не придумаешь. Живенький как ртуть, педантично исполнительный и главное, с командным голосом - ревет аки медведь, любо-дорого послушать. Но тоже себе на уме, явно не дурак. По взгляду видно.

– Конечно Лизхен...
– я встал и поплелся сопровождать Лизавету.

– Мишель, я вами восхищаюсь...
– щебетала девушка. Я ее не видел, так как сидел к ней спиной.

– Я вами тоже...

– Правда? На самом деле, я сегодня первый раз сама оперировала, - с гордостью сообщила Лиза.
– Мне так страшно было...

– Мне тоже...
– честно признался я.

– Вы пожалуйста не обижайте Веничку...
– вдруг попросила она.
– Он такой... такой...

– Какой?

– Беззащитный. Вот какой. Ой!!!
– Лиза вдруг взвизгнула и завопила.
– Ой, здесь кажется змея!!!

– Где?
– я обернулся и едва успел поймать девушку в свои объятья.
– Спокойно, где она?

– Я кажется ошиблась...
– застенчиво пробормотала Лизавета, закрыла глазки, прижалась ко мне и выпятила губки.

Я внимательно глянул на коварную врачиху и понял - на лицо, не более чем искусно разыгранный спектакль. Во-первых, она успела полностью одеться, во-вторых, испугом и не пахло. Ох уж и Лизавета... Вот поцеловал бы тебя, но не буду... из вредности... как-нибудь потом...

– Вот и ладно...
– я осторожно отстранился и развернул ее по направлению к фургону.
– Спокойной ночи Елизавета Георгиевна. Ложитесь, завтра рано отправляемся. Опять же, вам к раненным может придется вставать.

– Вы... вы...
– Лиза в ярости так и не договорила кто я. А потом, вдруг подскочила и чмокнув меня в щеку, умчалась в фургон.

Я постоял немного и отправился к Степану, который спокойно попыхивая трубочкой, при свете керосинового фонаря, чистил винтовку.

– Выпьешь?
– я поболтал флягой.
– Помянуть убиенных не мешало бы.

– Можно...
– не смотря на меня, кивнул парень и ловко загнал затвор в винтовку.
– От чегож не помянуть. Все под одним богом ходим.

Молча, не чокаясь, хлебнули рому. Потом еще раз. Уже уходя спать, я обернулся и сказал:

– А ловок ты, казаче...

Степан мазнул по мне цепким взглядом и ответил, не став отказываться от казачьего звания:

– Ты тоже вашбродь, умеешь...

Вот и поговорили...

6 Глава.

Оранжевая республика. Притоки реки Утгер. 19 февраля 1900 года. 05:00.