Чтение онлайн

Торопливый забег по корпусу до периферийного шлюзового модуля съел последние минуты воздуха. Резерва осталось ровно на то, чтобы торопливо вскрыть люк, забраться внутрь, задраиться, и слушать, как шипит воздух, а скафандр вновь начинает обтягивать тело, вместо того, чтобы раздуваться изнутри.

Что удивительно, в модуле царили темнота и тишина. Работали только механические приборы. Информационные табло слепо таращились пустыми окошками на единственного гостя станции. Ни единого огонька, кроме нашлемного фонарика.

Наконец, показания давления пришли в норму, и подполковник Васильев решил приоткрыть забрало шлема. Внутри оказалось душно и жарко, а стены пахли не то как новая, только что из автосалона, легковая машина, не то как набор югославской кожаной мебели. С насквозь военными космопланами и сравнить нельзя.

– Вот же, - удивился Васильев, - она у вас даже пахнет иначе!

Расстегнул гермокобуру с пистолетом, достал оружие, проверил и решительно ухватился за рычаги внутреннего люка шлюзового отсека. Вопреки ожиданиям, на другой стороне его встретили не часовые, а очень плохо освещённый маленький склад, любая стенка которого состояла в основном из ящиков и поручней. Оставалось лишь хвататься за эти поручни и двигаться вглубь станции - к основным жилым отсекам.

В тех уже кипело общение комитета по встрече. Компанию из трёх человек настолько поглотили собственные заботы, что появление гостя они ухитрились проглядеть.

– Хлеб надо! И соль! Гость, всё-таки!
– вроде и шёпотом, но таким, что услышать получилось бы и в другом конце станции, горячо требовал один из хозяев.

– Командир, я тебе советую ради психологического спокойствия экипажа подобными ритуалами не пренебрегать, - меланхолично заметил второй, уже хорошо знакомый подполковнику Васильеву по недолгому общению через иллюминатор человек.
– Они сплачивают.

– Откуда мы вообще знаем, кто он такой?
– - следующий оратор просто старался говорить негромко. И тоже почти не справлялся.
– Юлик он тебе что, свинух какой из дядиного хозяйства, что ли, посреди аварийной станции на жратву кидаться?

– А гость есть гость!
– не собирался терять позиции Юлик и снова повернулся за помощью к недавнему знакомцу подполковника.
– Валентин, ну хоть ты ему скажи! Мы советские люди, вообще, или кто? Фасон держать надо!

Это последним аргументом и стало. Ни один из троих космонавтов и близко не походил на военного. Слишком уж беззаботные. Оружия у них подполковник Васильев тоже не заметил. Ни в руках, ни скрытого, никакого. Он смущённо запихал пистолет обратно в гермокобуру и двинулся вперёд.

– Свинух, говорите? Ну, хрю!
– поприветствовал он гостеприимных хозяев.

Расстреляй он весь магазин своего "Макарова" по стенам и приборам в отсеке, и то не сумел бы добиться подобного эффекта.

– Охренеть, - столь же меланхолично прокомментировал затянувшуюся паузу знакомый уже Васильеву по общению через иллюминатор Валентин.
– Товарищ, э-э-э...

– Подполковник, - растеряно ляпнул в ответ Васильев.

– Полковник ВКС СССР Виталий Никитин, - тут же сориентировался командир экипажа.
– Товарищ подполковник, вы не разъясните нам ситуацию? Что происходит? Что с Союзом? Ребят нашли уже?

– И что за звёздные войны сейчас нам тут в иллюминаторах показали, - совершенно наперекор любой субординации добавил Юлик. Всё это время он машинально подталкивал хлеб-соль, чтобы те не сносило потоком воздуха от вентиляторов.

– Товарищ полковник! Силами двойки Васильева-Семецкого обеспечен перехват американского орбитального инспектора согласно задания генерального секретаря СССР, - полковничье звание собеседника несколько расставило по местам то, как лучше общаться с местными.
– Потеряны обе машины и старший лейтенант Юрий Семецкий, космоплан противника уничтожен. В ходе перехвата врагом использованы новейшие секретные ракеты космос-космос с разделяющимися боеголовками. Требую допуска на пост связи и немедленной помощи с передачей сведений о ситуации в ЦУП!

– Допуск - сколько угодно, - ответил вместо начальства Валентин.
– Связь всё равно не работает. Снимали бы вы уже скафандр, товарищ подполковник, а то извините, от жары на борту вам скоро плохо станет.

– А что у вас тут вообще происходит?
– Васильев решил последовать совету, вскрыл замки шлема и привычно откинул его за спину.

– Трындец у нас тут происходит, - обрисовал ситуацию Юлик.
– Айболит, давай, помогай гостю выбраться, и присоединяйтесь. Время не ждёт. Мы пошли дальше СЖО ковырять.

После чего развернулись и торопливо улетели в соседний отсек. Судя по звукам - продолжать тяжёлый и малоуспешный ремонт.

– А вы не военные, - уверенно решил Васильев, пока медик помогал ему выпутываться из тугого лётного скафандра.

– Я врач, Юлик - бортинженер, Виталий Никитин - тот да, полковник и ГСС, что есть, то есть, - объяснил его новый знакомый и протянул руку.
– Степняков. Валентин Степняков.

– Васильев, - откликнулся подполковник.
– Владимир. Будем знакомы.

И тоже протянул свободную от скафандра руку для неожиданно крепкого рукопожатия.

– Ну, будем знакомы, - Степняков помог Васильеву избавиться от нижней половины скафандра, и теперь недовольно смотрел на всё, что было у подполковника закреплено под ним.
– Это тоже всё нужно снимать. И в первую голову этот ваш санитарный набор. У нас в ближайшее время на борту станет ещё жарче. Не исключаю, что градусов до пятидесяти.

– Что-то с охлаждением?
– настороженно вскинулся подполковник. Легендарный вылет "первой космической парилки" Комарова на страницы газет в настоящих подробностях так и не попал, но вот сами космонавты знали о нём куда лучше, чем хотели. Некоторые - так и на своём опыте.

– Да не работает оно, - без прикрас ответил Степняков.
– И всё остальное тоже. Свет вот дали кое-как, а ориентации станции нет и в ближайшее время не будет. Что у нас с энергией получится на борту - только командир и Юлик и знают. Поэтому, если вы можете помочь с ремонтом - помогайте. Сейчас, я только шмотки вам подберу, для одних трусов ещё рановато.

Скафандр и нижнее лётное бельё отправились на стенку, под эластичные крепления. Санитарный блок медик задумчиво повертел в руках, но всё же нашёл как сложить и убрал в один из бесчисленных настенных шкафчиков. Для чего эта жизненно важная для пилотов "лаптей" штука нужна и как работает он явно понял, но столь же явно видел её примерно в первый раз в жизни.

– Держите, товарищ подполковник, - Степняков закончил с экипировкой Васильева и толкнул ему свёрток местного белья через полутёмный отсек.
– Там футболка и шорты, должны налезть.

Шорты оказались простой спортивной одеждой, без изысков, а вот на футболке красовалась целая картина - завитушки слогана My little pony, радуга и разноцветные четвероногие мультяшки. Очевидно, те самые пони.

Что подобная несерьёзная и явно иностранная тряпка может делать на борту советской космической станции, подполковник Васильев не понимал в принципе, но различных несуразностей вокруг и так накопилось уже столько, что оставалось лишь внимательно следить за происходящим, молчать, всё запоминать и держать на всякий случай кобуру на поясе.