Чтение онлайн

Пока Лиза Хасегава транслировала на орбиту решение полковника, сам Толберри мрачнел всё больше и больше. Теоретически, ресурс "Дина соара" в комплектации орбитального инспектора позволял оставить его на орбите на срок до пары недель с возможностью достаточно большого орбитального манёвра. Первые модули расширенной автономности успели даже полноценно испытать. Но сенатская комиссия оказалась вполне однозначна в своих решениях: автономность и запас манёвра орбитальных инспекторов безжалостно урезали, а фонды, говоря обтекаемым адвокатским языком, перераспределили. Зарабатывать на космосе могли гораздо меньше людей, чем на строительстве городских бомбоубежищ. По слухам, часть этих денег попала даже флоту. Подумать только! Флоту!

– Мне порой кажется, - признался вслух Толберри, - что если бы не вполне реальный лунный пейзаж мыса Канаверал после советской орбитальной бомбардировки, никакого военного космоса вообще бы не осталось!

– Несомненно, - подтвердила Вероника дель Ольмо.
– Летало бы у гражданских что-нибудь и всё. А мы бы к ним за каждым спутником просить ходили.

– Эй, ты что, подруга?
– не поверила Тамика Дэвис.
– Так бы мы космическую программу и отдали! Да у нас без этих орбитальных бомбовозов давно бы уже лунная экспедиция слетала!

– Без этих орбитальных бомбовозов, - раздражённо сказал полковник, - у каждого последнего демократа нашлась бы если не карманная строительная фирма, так хотя бы консервный заводик! Они бы продавали деревенщинам патентованные бомбоубежища на заднем дворе между курятником и сортиром, а то и закатанную в жестянки воду из-под крана с дешёвой этикеткой. А мы с вами не срок автономности на орбите каждый раз считали до последнего глотка кислорода включительно, а галлоны керосина истребителям для перехвата советских бомбардировщиков. И тоже поштучно!

– Полковник, вы отвратительный пессимист, - Лиза Хасегава воспользовалась паузой в орбитальных переговорах.
– Сэр.

– Просто он гораздо лучше информирован, - откликнулась вместо него Вероника.
– А вам с Тамикой недостаёт аналитических способностей, чтобы увидеть, как бы изменился наш расклад, будь его предположение фактом, а не возможностью.

– Ну развлеки меня!
– подначила коллегу Тамика Дэвис.
– Глубокоуважаемая публика! Впервые на арене цирка карликов-содомитов! Вероника дель Ольмо, женщина-аналист!

– Гхм!
– напомнил о себе полковник Толберри.

– Ай-ай, сэр, - тут же дала задний ход Тамика Дэвис.
– Виновата, сэр. Больше не повторится, сэр.

– Капрал дель Ольмо, продолжайте, - на счастье Тамики полковник слишком устал, чтобы давать очередной гнусной флотской шутке подчинённой какой-то дальнейший ход.

– Да, сэр, - улыбнулась его подчинённая.
– На данный момент в стране четыре независимых космических программы. Каждая из них обладает собственными производственными мощностями, кадровым резервом, конструкторскими бюро и непомерными амбициями. Приз финансовых симпатий в порядке убывания достался нам, армии, флоту и гражданским. Но если мы посмотрим на финансирование отраслей до Флориды - всё не так однозначно.

– Ты про бунт адмиралов?
– спросила Тамика Дэвис.

– Я про гражданскую космическую программу, - невозмутимо ответила дель Ольмо.
– Сама подумай. Все три военных программы не дали результата. Только не в срок и не в желаемом размере. И тут над головами пролетает спутник русских. Бип-бип-бип, эй там, привет! И ладно бы один, но советы их запускают снова и снова! Разумеется, у всех, кто уже виноват, немедленно отбирают всё, что могут, и отдают тому, кто ещё не замазался. Гражданским. У которых под этим золотым дождём расцветают не только дома на берегу лагуны и тачки шириной в две полосы автострады, но и вполне рабочий вариант ракеты-носителя под большую нагрузку.

– И тут русские бросают свою бомбу, - сказала Тамика Дэвис.
– Прощай дома, прощай лагуна.

– Да, - подтвердила Вероника.
– И тут русские бросают свою бомбу. И у гражданских больше нет их основного космодрома. А у нас - есть. И ракету-носитель тоже давайте, пожалуйста. Как раз полезная нагрузка скучает - у наших птичек одного налёта в трубе несколько тысяч рабочих часов набежало.

– А у проклятых русских тем временем летает целый воздушный старт, - не выдержала Тамика Дэвис.
– И не в трубе, а по-настоящему! Пока мы своим парням чуть ли не в задницы петарды суём и смотрим, разнесёт им пердак в этот вылет, или нет! Извините, полковник. После этой смены вымою рот с мылом, честное гёрл-скаутское.

– Капрал Дэвис, на ваш рот ни у какого интендантского отдела мыла не хватит, - устало сказал полковник.
– Рекомендую провести закупку "Клорокса".

– И тем не менее, - закончила Вероника.
– Если бы мы не тратили столько времени и сил на крохотные самолётики, единственная задача которых - возить туда-сюда атомное оружие, которое нельзя просто и дёшево разбомбить на Земле, кто-нибудь уже давно выкатил бы что-нибудь большое. И я говорю про действительно большое. Сто тысяч фунтов на околоземной низкой орбите. Двести. А то и двести пятьдесят. Или сто метрических советских тонн, если этот кто-нибудь говорит по-русски.

– А чего не миллион?
– фыркнула Тамика.
– И атомный бортовой арсенал пусков на шестьдесят, а?

– Двести тысяч я себе хотя бы теоретически могу представить, - сказала Вероника.
– Как математик. А для миллиона уже образования не хватает. Там прочность уже не от самолёта нужна, а от корабля, но кто мне лишние восемь часов в сутках подарит ещё и флотские справочники по сопромату читать?

– Мне бы кто их подарил, - вздохнул полковник.
– Я бы хоть выспался. Что там у красных?

– Два инспектора, две командно-штабных машины. Антенны уже выпустили. Интенсивный служебный обмен с бомбардировочной группой, спорадический радиообмен между пилотами, - откликнулась подчинённая.
– Рутина.

– Знать бы, о чём они там говорят, - мечтательно произнесла Тамика.

– Эй, Иван, мне уже можно бомбить?
– совершенно не своим, и до крайности похожим на мужской голосом произнесла Хасегава.
– Нет, Иван, сначала мы выдавим из тюбиков борщ и сыграем на балалайках!

– Полковник, кажется я раскрыла шпиона красных, - сказала Тамика Дэвис.
– Она единственная известная мне самка американца, которой по силам произнести название этого отвратительного красного месива под сметаной без акцента.

– Это, как ты выразилась "отвратительное месиво" подают в казачьем ресторанчике в пяти минутах езды от базы обнищавшие потомки какого-то русского барона, - объяснил ей полковник.
– Туда половина операторов после дежурства заглядывает. Если бы нашим безопасникам там давно уже отдельный стол не стоял, я бы решил, что это разведка красных. Но их проверяли и перепроверяли, действительно, какие-то русские бароны из-под Одессы. В предках чуть ли не отцы-основатели города.