Чтение онлайн

Ло Мэнсюэ никогда не боялась остаться одна. Она боялась лишь остаться единственной, кто выжил.

***

Бегать удобнее в лисьем теле. Убивать — в человеческом. Шарик Лисьего пламени лучше подчинялся человеческим гибким рукам.

Биси наткнулась на двух колченогих мертвяков и развеяла в прах. Они взорвались красиво, как фейерверки на Новый год, но это зрелище не помогло утишить ярость.

Нужно было отыскать дохлую стерву. Неужели правда это дух тигра ею управлял, как и этими двумя калеками? И в Чжан Вэйдэ правда вселился тигр?

Матушка незадолго до смерти спуталась с одним тигром, но тот, конечно, уже давно досовершенствовался до человеческого тела и разума. Один из лучших бойцов на арене и один из самых приличных мужчин, что Биси знала. В облике тигра тоже был хорош — здешний наверняка ему не чета.

В двух ли от чайной простиралось безграничное серое поле. По такому можно ненароком и на тот свет добрести. Может, эта Ван Синью того и добивалась? А её идиот убежал следом за ней?

Биси на тот свет пока не собиралась.

Она втянула ноздрями воздух. Пахло свежим, густым криком. Звуки за воем урагана стали неразличимы, но боль имела запах — не такой острый, как у крови, глубже, слаще. Он нравился Биси, но, если слишком сильно им увлечься, можно впасть в безумие, как от порошка пяти минералов.

Но Ван Синью, оказывается, вовсе не убегала далеко. Биси бросилась обратно к чайной и нашла её — их обоих — чуть в стороне, у дровяного сарая. Сарай был крошечный, но крепко вросший в землю, и его пока не сдуло.

Ли Цы скорчился у стены. Одна рука была нелепо заведена за голову — Биси не поняла, как и зачем он изобразил такой странный жест, пока не разглядела, что его ладонь прибита к стене гвоздём.

— Забыл моего отца? — твердила Ван Синью плаксиво. — Думаешь, он мне позволил перечить?

После каждого рваного всхлипа она хлестала Ли Цы толстой верёвкой. Тоже, что ли, из сарая вытащила? Ли Цы почему-то молчал.

Биси свистнула.

Ван Синью обернулась, тараща глаза. Она была целёхонька. А ведь Сун Юньхао рубанул её от души. Неужели сила хозяина успела её вылечить?

«Целёхонька», конечно, — не лучшее слово для трупа. Со слезами у неё с лица стекла часть щёк, а вместо шляпы на голове сидел уродливый чёрный нарост, вроде гриба. Будто она вспомнила, что ей нужна шляпа, но забыла, как те выглядят.

— Ну ты и уродина, — сказала Биси. — Ясное дело, он к тебе не вернётся. Где твой хозяин?

— Владыка везде, — заявила Ван Синью в упоении.

— Внутри моего мальчишки он мне вообще не нужен.

Биси швырнула в неё Лисье пламя. Ван Синью сиганула на крышу. Бежать она не пыталась. Разве что ветра здесь было ещё больше, но ветер мешал ей, как и всем.

Биси тоже запрыгнула на крышу, увернулась от ответного удара — внезапного, но не то чтоб сильного.

— Присягни ему, — сказала Ван Синью. — Разве ты не понимаешь? Тебя ведь тоже пытались растоптать. Владыка защитит тебя.

— Нет надо мной никаких грёбаных владык.

— Я ушла к нему в день свадьбы.

— Да плевать! — Крыша под ногами у Биси ощерилась десятком острых кольев.

— Мой муж пришёл пьяный, — сказала Ван Синью. Биси не стала перебивать и ругаться дальше, придержала Лисье пламя у груди. — Упал на постель и захрапел, а я ушла. К владыке. Матушка говорила, это сказки. Его уже давно нет на свете, но он есть. Я сняла брачные одежды и отдала владыке это тело.

— И как, приятно любиться с древним тигром?

— Лисы! — захохотала Ван Синью. — У вас всё одно на уме — как бы покувыркаться! Нет, не на ложе — владыка пожрал моё тело.

— Ой, тьфу, — сказала Биси. — Не вдохновляет. А что твой пьяница? Его-то хоть съели?

Она легко проскользнула между острых кольев на цыпочках. Это даже красиво — почувствовать себя Дяочань, исполняющей на пиру танец умирающей ханьской империи, чтобы потом попытаться вонзить кинжал в Цао Цао. Биси, правда, лучше бы убила Лю Бэя. Цао Цао, судя по пьесам, мужик был огненный.

Танцевала Биси не так хорошо, как иногда мечталось, но дралась куда лучше.

— Ты вырастила новое тело из грибов, сестрёнка? Оно прочное? Вонючее? — Она подбрасывала слова, как шарики для жонглирования. Дяочань умела жонглировать? Наверно, она всё умела. Даже во время танца. — Владыка не съест его снова? Тигры ведь не любят грибы? Мой приёмный папаша не любил.

Ван Синью тупо глянула на неё. Чёрный сгусток трепетал у неё внизу живота — ядро тьмы вместо золотого ядра. Оно росло и набухало. Надо спешить.

Ударил ветер. Биси заметила, укрылась на миг духовным щитом, а Ван Синью, запоздав, покачнулась. Биси прыгнула, сбив её с ног. Проткнула когтями мягкий живот.

Человечья рука с лисьими когтями была удобнее всего. Острые, длинные, славные коготки, напитанные лисьей силой, коготки, которыми так удобно выдирать потроха и протыкать тёмные ядра. От Ван Синью не воняло болью тела — только другой, старой, душной болью обиды. Обиды были долгие, потроха длинные.

Покончив с ней, Биси спрыгнула с крыши.

Ли Цы по-прежнему молчал. От порыва ветра его прибитая рука чуть не переломилась.

Для человека, чья бывшая невеста только что отрастила гриб на голове, он держался довольно достойно: даже не грохнулся в обморок и не обделался.

Биси подцепила гвоздь.

— Ты прямо так выдернула? — спросил Ли Цы слабо. — Прямо рукой?

— Если не нравится, прибью обратно.

Он подумывал зарыдать, но вновь смолчал.

Биси швырнула Ли Цы внутрь дровяного сарая. Он врезался в противоположную стену, закрыл глаза и совсем затих.

Биси захлестнула сарай барьером — сколько-нибудь эта хибара да простоит! — и скакнула к чайной.

Ло Мэнсюэ таращилась со ступеней в сумрак, как слепая, но меч не подняла — узнала, даже не видя. Тут тоже стоял барьер — из стащенного из усадьбы Лю замочка.

— Пригодился, да, старшая сестрица? — шепнула Биси.

Ло Мэнсюэ улыбнулась:

— Старшая сестрица? Ты помнишь, во сколько раз я тебя младше?

Из Биси вышла скверная старшая сестра. Она предпочла бы быть младшей.