Чтение онлайн

— Патологоанатомы, что ли? — подсказал ей Вдовин.

— А, ну да, они — забастовку объявили как раз. И женщина, жена его то есть, неделю из морга не могла его тело получить. Во как!.. Так что нет уважения к ветеранам. По крайней мере этот беспредел, как ты выразился, — кругом. Вдруг на нашего Тарасыча кто напал? Где он сейчас, что с ним? Если через час не явится — что ж, сяду на телефон, буду обзванивать все районки, да и в милицию надо заявление сделать. Как думаешь?

— Надо, верно… — Вдовин затушил бычок сигареты о дно пепельницы и спросил: — А сколько времени сейчас, Игнатьевна?

— Да уж одиннадцать вечера! — Старушка посмотрела на ходики в углу, которых не заметил гость. — Ты это куда собрался?

— Поеду я, — извиняющимся голосом произнес Вдовин. — Мне еще долго до жилья добираться… Спасибо за все! На днях, по возможности, еще приеду. Объявится Тарасыч — привет ему от меня. Все-таки надеюсь, что никакой беды с ним не стряслось.

Игнатьевна проводила гостя, вздохнула — и села к телефону.

Проходил день за днем, а бесследно исчезнувший старик Виноградов так и не объявлялся. Куда же он мог запропаститься? Игнатьевна напрасно звонила во всевозможные инстанции — всюду ей отвечали, что такой не поступал. И потом, у нее хватало и собственных забот — не могла же она, как некий частный детектив, бросить все силы на поиск пропавшего в огромном мегаполисе человека?! Единственное, что ей удалось, да и то случайно, это выслушать рассказ бабушек у подъезда — стародавних приятельниц Игнатьевны. Они как раз девятого мая видели: сначала старик и она сама с внуками пошли к автобусной остановке, а где-то спустя полчаса сюда подъезжала дорогая машина. И два парня — один невысокий, а другой толстый-претолстый — спрашивали, как им, мол, найти ветерана, ну, Николая Тарасовича. Что за люди приезжали — бабки так и не сумели Игнатьевне толком объяснить…

Да уж, соседка Николая Тарасовича никак не могла знать о том, что к тому времени был приведен в действие и вовсю работал механизм по оформлению передачи пустующей квартиры в собственность одного риэлторского агентства. Подобных агентств в Москве хоть пруд пруди, и многие из них действовали откровенно бандитскими способами. Речь-то шла о многих тысячах долларов, тем более — в послекризисное время! И бандиты особенно не церемонились с одинокими стариками, занимавшими до поры до времени нужную им жилплощадь.

В данном случае риэлтор Артур Князев лично встретился с нотариусом, уже давно работавшим за проценты от каждой подобной сделки. Нотариус, Георгий Владимирович Новик, сильно побаивался Артура. Хоть и знал Новик, что рискует и карьерой, и свободой, но без лишних слов выписал поддельную доверенность от имени Виноградова на право распоряжаться его жилплощадью. Еще один человек, работавший на Артура, судмедэксперт морга Юрий Сергеевич Пащенко, составил справочку о том, что хозяин квартиры умер от инфаркта, но… В городе Николаеве. В загсе Артур получил необходимое для завершения операции свидетельство о смерти, используя свои личные связи: просто здесь у него работала знакомая, отчаянно кокетничавшая с риэлтором и мечтавшая, что он когда-нибудь все-таки уложит ее в постель. В паспортном столе милиции Артур не имел пока своего человечка, но и там ему повезло: то ли из-за обычной запарки, то ли еще по какой-то причине — начальник махнул свою подпись не глядя. И у Артура на руках, таким образом, оказались все заветные документы. Операция прошла безупречно!

Артур, давно подыскавший покупателей, наконец сумел продать им квартиру в престижном районе — на Таганке и теперь потирал руки, довольный собой и уже нацелившийся на новые, подобные этой, сделки…

Вот так и получилось, что в один прекрасный день в квартиру Виноградова (где до сих пор пахло медикаментами, а на столе в кухне стояли тарелки и стопки, приготовленные Николаем Тарасовичем для возможных посиделок) въехали новые хозяева.

Въехать-то как бы и въехали, но поначалу просто прошлись по комнатам, брезгливо осматривая стариковский быт — все эти крашеные половицы, окна, покрытые пылью, железные кровати и черно-белый телевизор. Конечно, решено было сначала сделать здесь капитальный ремонт — избавиться от хлама, сломать кое-где стенные перегородки и прочее, и прочее. А первым делом установить вместо ветхой деревянной двери прочную, стальную.

Лев Леонидович Солдатов, преуспевающий бизнесмен, сделавший деньги на окнах со звукоизоляцией и стеклопакетах, властно привлек к себе загорелую молодую жену Ларису, недавно отдохнувшую на Сейшельских островах, и улыбнулся ей. Она лизнула его в нос и рассмеялась — у обоих было прекрасное настроение… Это приобретение, как ни крути, а будет уже третьей их квартирой. Ремонт, когда денег куры не клюют, — это ерунда, дело привычное!..

Лев Леонидович обычно давал Ларисе необходимую сумму, а там уж она сама распоряжалась: нигде не работая, жена придумала себе развлечение — заниматься отделкой их семейного гнездышка (точнее — гнездышек). У нее, по-видимому, действительно был врожденный дар дизайнера — по крайней мере то, во что превращались купленные мужем квартиры после ее придирчивого и часто собственноручного ремонта, заставляло их друзей и подруг ахать и восхищаться.

Лариса — иногда с мужем, иногда одна — нередко ездила за границу и насмотрелась там на квартиры богатых людей. И, естественно, решила, что здесь, в Москве, она должна жить так, как если бы жила в Париже. То есть ничего совкового в квартире быть не должно; все, начиная от унитаза и кончая паласом на полу, — только импортное, дорогое и престижное. Иначе, честно говоря, ей и перед подругами будет как-то неудобно… Вон у Вальки Пушкаревой вообще белый с золотом рояль в гостиной стоит — уйму баксов стоит! Это — да, здорово. А какие у Вальки жалюзи на окнах! А какая ванна! Ну, ничего, и из этой стариковской халупы она, Лариса, сумеет что-нибудь путное сотворить…

— Левушка, Левушка, — мечтательно проговорила она, прижавшись к мужниному плечу, — я уже вижу, четко вижу, что и как здесь будет. Вон там — пальму поставлю, обязательно. А там вот — фонарики разноцветные надо будет повесить, как у Вальки, помнишь? Анютке здесь должно понравиться!

Она представила, как Аня, их двухлетняя дочь, возится со своими игрушками на тигровой шкуре у камина (а все это здесь будет!), и ей сразу стало уютно… Но, однако, работы впереди много!

— Надо бы отметить покупку, а, Ларка? — шутливо ущипнул жену за соблазнительную попку Солдатов. — Поехали нынче в твой любимый ресторан? Как ты на это смотришь? Можешь, кстати, подружек позвать, а я — своих ребяток приглашу. Не каждый ведь день квартиру покупаем! Только чисто по времени надо все прикинуть — у меня же еще дела есть. Едем, нет?

Лариса подцепила длинным черным лакированным ногтем обложку фотоальбома, лежавшего в кухне на скатерти стола, без особого интереса перелистнула несколько страниц с пожелтевшими фронтовыми фотографиями, захлопнула альбом и сказала:

— Ох, Левушка, ну, конечно, я — за! Давай я прямо сейчас обзвоню девчонок. Только на сколько им назначать?

— Ну, давай на семь вечера, — хмыкнул Солдатов, — а то мне в офис надо заскочить и потом еще кое-куда. Как, годится?

— О’кей, — улыбнулась ему жена и, взяв из рук мужа мобильный телефон, принялась расхаживать по квартире, разглядывая комнаты, ванную, прихожую и морща носик от застоявшегося аптечного запаха.

Потом Лариса принялась щебетать в трубку:

— Валечка, ты? А я — не падай! — знаешь, где сейчас? Нипочем не угадаешь!.. В нашей с Левой новой квартирке! Ага… Что?.. Да так, прикупили по случаю. Теперь, в общем, у нас тоже, как и у тебя с Гариком, будет целых три семейных гнездышка. Спасибо! Слушай, подруга, как насчет отметить это дело в «Пекине»? Кто будет? Ну… Я Инге еще позвоню, Маргарите. О’кей?..

Лев Леонидович расстегнул пуговицу на рубашке и приспустил, ослабил немного галстук — в Москве такая жара, а он в деловом костюме мотаться должен! А что поделаешь — обычный рабочий день: он же не лох какой-нибудь, чтобы с клиентами в футболке общаться… Достал из портфеля бутылочку минералки, отвинтил пробку, хлебнул. Потом извлек из кармана платок и смахнул капельки пота с красного от духоты лица.

Лариса продолжала щебетать, смеяться в трубку — еще и закурила:

— Алё, Марго?.. Ну как, придешь?.. Леве привет? Да, передам. Ну, представляешь, полный отпад — я в ванне была, а он заходит, ты его знаешь, говорит так, между делом: «Ларка, ругаться не будешь? Я тут кучу денег потратил…» Ну, балдеж! А потом вздохнул и лукаво так посмотрел — и выяснилось, что сейчас поедем новую квартиру смотреть. Фантастика, правда? Вот по этому поводу и приглашаем вас с Сережкой… Короче, подруга, не томи, — будешь или нет?.. Ясно. Ну, до встречи…