Орфан Кейн
Шрифт:
Все взялись за ложки. Некоторое время за столом раздавалось только чавканье Бауэра, потом Кейн спросил:
— Базовый лагерь будем ставить или обойдемся?
— Да стоило бы, — ответил Рихтер. — Конечно, с защитным периметров и прочим, и только после детального анализа, но нужно. В четырех стенах сидеть уже вот где!
Он выразительно провел ребром ладони по горлу. Остальные понимающе закивали. Большую часть времени с тех пор, как они попали в космос, проходила или на станциях с их бесконечными коридорами и подделкой под парки, или в барах на планетах, а какой из питейных заведений вид? Сплошное недоразумение. Так то с идеей о базовом лагере за пределами обшивки никто не спорил.
Вышли сразу после обеда. Дежурным в медотсеке оставили Рихтера, рассудив, что от старика по началу проку не будет никакого. Надели легкие рабочие скафандры, вооружились пистолетами — и вперед.
Прошагав по выжженным посадочными двигателями плешам, вышли на нетронутую землю. Бауэр шагнул в траву, с пафосом пробасил:
— Как первый человек, шатнувший на эту планету, нарекаю ее… — тут он запнулся, похлопал глазами, выходя из образа, — как там я придумал… Чего ржешь?!
— Ничего-ничего, все в порядке, — отмахнулся Ойра, — это нервное. Не нравится мне здесь.
— А-а-а. Ну живи тогда! — позволил здоровяк. Повернулся к Кейну: — Кэп! Так как тогда назовем-то?
— Не отвлекайтесь, здесь может быть опасно! — отрезал капитан. — Развели детский сад! Считайте это боевой высадкой! И под ноги смотрите!
Он указал на торчащий из земли корень, не замеченный Бауэром, о который то непременно бы запнулся. Взяв в руки пистолеты, двинулись через поляну в сторону опушки. Внешние микрофоны скафандров убеждали, что вокруг нет ни единого звука, кроме шума шагов по траве. Все живое разбежалось, заслышав рев посадочных двигателей и теперь пряталось.
— Нужно было позже выходить, — сказал Ойра недовольно. — Сейчас мы увидим, что в лесу пусто и довольные поставим лагерь без необходимой защиты. А потом вернется какой-нибудь местный медведь…
— Можешь ночевать в корабле! — парировал Бауэр. — А с медведями взрослые разберутся!
Они осторожно вошли в лес. Кейн шел первым, выставив перед собой оружие и готовясь открыть огонь по любой подозрительной тени, но все было спокойно. Покачивались над головой и по сторонам сюрреалистичные ветви, больше всего похожие на земные сосны, только с иглами не плоскими, а трубчатыми и отливающими антрацитом. В сочетании с висящим над головой и проглядывающим сквозь кроны зеленым небом все это создавало безрадостную картину. Кейн чувствовал себя так, словно шаг за шагом все глубже проваливается во мрак, в болото. Он с трудом сдерживался, чтобы не повернуть назад. Вместо этого он включил подствольный и нашлемный фонари, чтобы подсветить себе дорогу.
И тогда произошло странное. В тех местах, куда попадал яркий белый луч, ветви деревьев начинали дымиться, вспыхивало тусклое голубоватое пламя, посыпался серый пепел. Кейн отшатнулся, полоснув лучом, и везде, где тот попадал на местные растения, те истлевали, оставляя голые обугленные ветви.
— Не включать фонари! — крикнул он остальным, с ошарашенным видом пялящимся на происходящее. Когда он сам погасил свое освещение, они остались стоять, пока глаза снова не привыкли к темноте.
— Дали детям спички! — прозвучал в шлемах недовольный голос Рихтера. — Что это было?
— Жизнь тут заточена под местное солнце, — ответил Ойра. — Много инфракрасного с медленным прогревом, почти никакого ультрафиолета, а значит, и защиты от него. Наши фонари выдают полный спектр, так что для растительности они что-то вроде лазера, сжигают моментально.
Бауэр пробасил что-то одобрительное, через стекло скафандра было видно, какой хищный взгляд он бросил на тянущееся из земли неподалеку дерево, но светить на него не стал.
— Вполне логично, — согласился Рихтер. — Если оно так же действует на все живое здесь…
— Так же, будьте уверены, — кивнул Ойра. — У нас, похоже, есть, чем защитить лагерь и не тратить при этом ресурсы.
Команда вернулась в корабль. Новую экспедицию отложили на следующий день, нужно было продумать дальнейшие действия. Бауэр и Ойра принялись за выгрузку и установку легкого жилого модуля, действуя по-прежнему в скафандрах, но уже без шлемов: анализы не выявили опасных бактерий или соединений. Поставить его решили недалеко от корабля, внутри защитного периметра из стоек с мощными галогенными прожекторами. Заканчивали уже в сумерках. А ночью вернулись жители леса.
5-4
Кейн проснулся и не сразу вспомнил, где находится. Кровать под ним была другая, не так лежали тени, даже сама структура воздуха ощущалась иной. Следом пришло понимание, он откинулся обратно на подушку и попытался уснуть снова, но что-то мешало. Непривычный звук, особенно заметный от того, что на корабле его не было и не могло быть: словно чьи-то когтистые лапы осторожно ступают по мягкой земле, и та поддается с мягким шорохом.
От прилива адреналина усилился слух. Теперь Кейн отчетливо слышал, что существ за тонкой пластиковой перегородкой несколько. Они бродили вокруг, то и дело задевая стену жилого модуля. Тело требовало немедленных действий: вскочить, крикнуть остальным, спящим в соседних отсеках, но капитан сдержался. Медленно поднявшись на ноги, стараясь не издавать ни единого звука, он подошел к шкафчику, куда накануне вечером сложил все необходимое. Дверца негромко щелкнула замком, и Кейну показалось, что звуки снаружи стихли. Но вот существа двинулись снова, и капитан, взяв пистолет, тихо пошел к занавеске, обозначающей в жилом модуле дверь.
Куда теперь? Можно связаться со стариком, пусть включит прожектора, раз никто не озаботился настроить их на активацию по движению, но тогда местная фауна или погибнет, или скроется, не оставив возможности ее исследовать. Вернувшись к шкафчику, он вынул компактный прибор ночного видения и быстро пошел к выходу из модуля.
Небо здесь светилось в инфракрасном даже ночью. Прибор усиливал свет, исходя из стандартных настроек, так что Кейну тот резанул по глазам. Пришлось снижать чувствительность. Освоившись с картинкой, капитан осторожно, стараясь не шуметь, двинулся в обход пластикового шатра. Слух обострился, было слышно, с каким грохотом бьется сердце, как движется по венам кровь. Но даже среди всего этого шума он отчетливо слышал мягкие шаги. Вот тут, за углом. Кейн потянул носом воздух, ощутив кисловатые ноты сырой земли и крупного тела.
Он выглянул. Глазам его предстала жутковатая картина: крупное, около полутора метров высотой и не менее трех в длину существо опиралось на восемь коротких лап. Те оканчивались плоскими, как тарелка, ступнями, позволявшими не оставлять следов на мягкой почве. Крупная плоская голова, лишенная глаз, на короткой шее тянулась к стене модуля. Существо втянуло воздух, по коже его пробежала странная дрожь, а когти на лапах показались на мгновение и втянулись обратно. В зеленом свете прибора кожа его казалась непроницаемо черной, рассмотреть рельеф было очень трудно.
Так. Их было несколько, как минимум двое, насколько удалось разобрать по звукам, сидя в модуле. Кейн окинул взглядом ближайшие окрестности, но кроме этой твари никого не увидел. Осторожно отступив, он развернулся, перебежал к другому углу и выглянул. Никого. Осмотревшись, поспешил дальше. В зарослях шевельнулся кто-то любопытный, и Кейн замер, направив в его сторону ствол пистолета. Несколько секунд длилось напряженное молчание, потом невидимое существо зашумело, отползая глубже в заросли. Кейну очень захотелось включить фонарь.