Чтение онлайн

– Нет.

– Ох, – рассмеялся он. – Я знаю, что нет. Глупцы всегда жалуются на гениев, верно?

Ричард Рональди пугливо молчит.

– Кхм-кхм, ну ладно. Вообще я позвал тебя к себе не за этим. Опять же, я бы хотел тебя попросить об одной просьбе. Я давно заметил, что персонаж ты интересный, а также заметил то, что люди, работающие с тобой, за редким исключением оказываются в больнице, а затем в земле. Интересная закономерность?

– Нет.

– Да. Так вот. Я бы хотел, чтобы ты написал книгу о себе, о своей работе, к примеру. Когда ты в первый раз пришёл к нам в агентство и сам попросил о том, чтобы я дал тебе возможность отвечать на чужие письма, уже тогда я понял, что ты особенный. Можешь написать рассказ о себе, о своих мыслях, обо всём. Конечно, стоит бы избегать лишних подробностей. Ну что же?

Ответ был очевиден.

Глава 3

«Синий-синий-синий дом в поле том»

«Грядущее идёт, грядущее грядёт, но в каком обличии явится ко мне оно, неизвестно.

На днях я прочитал одну интересную книжку, называется она «Похождения Господине Джеральда в Вене». Интересное чтиво. Рассказывается о том, как наш управленец ездил в загородный город. О том, что в морских городах не хватает питья, что леденящий холод пронизывает тамошние земли. Аж дух захватывает.

Читая подобное, осознаёшь, что Лирн, наверное, не самый плохой город. Как минимум, начинаешь понимать, что в нём есть своя изюминка, у него есть своё дыхание, а народная масса легко различима и не составит труда отличить коренного жителя Лирна от обычного приезжего на заработки беднягу или сбежавшего из соседней страны крепостного крестьянина.

Хоть мне это не нравится, хоть я и стараюсь отстраняться от подобного, мне всё же в некоторой степени нравится черта, присущая моим «коллегам по городу». В то время как улицы окрашены в чёрный, а небо играется с нами как с земными рабами, они – другие, отличные от меня люди – стараются выделиться яркостью в своём наряде. Люди в Лирне не гуляют по улицам- они плывут, скользя по чёрной грязи, словно бы маленькие яркие кораблики в чёрном море.

Проснулся я рано, и сразу столкнулся с уже знакомым чувством. Что-то грядёт, но что? С каждым днём ощущаю я, что отстраняюсь всё дальше от здравого рассудка. Вчера ночью я заходил к Господину Джеральду (не нашему градоначальнику, а к моему боссу). Он попросил меня написать книжку, которую вы сейчас читаете. Хотя не знаю, может, я просто пишу всё это куда-то в «никуда»? В детстве читал произведение Жмоголя «Записки сумасшедшего». Получилось у него довольно коротко, но бреда написал с размахом.

Квартирка моя обставлена скромно. Нужно избегать плавных линий и стремиться к строгости, повторю вновь. В спальне моей стоит гигантский телевизор. Если я не ошибаюсь, то только в Лирне продают телевизоры, во всём остальном мире о подобном даже не знают. Старая кроватка, окна, заплесневевшие обои ярко-ярко пурпурного цвета. Мне кажется, что с каждым новым днём, с каждым новым письмом я всё больше ощущаю, что предметы вокруг меня начинают окрашиваться в цвет, подобный цвету пурпурной малины. О, Боже, опять неточность языка! Какой смысл вообще описывать цвет в литературе? Если бы назвал пурпур чёрным, от этого что-то бы изменилось? Ответ – нет! Я сам говорю, что нужно всё упрощать, и сам же в своей книге пишу о цвете!

– Бред, – вымолвил я сурово.

Вышел из спальни, прошёлся на кухню. Удивительно, но изнутри крохотный мой домик кажется намного больше.

Как обычно заварил себе кофе, смешал с холодным чаем, залил молоком, прокипятил ещё раз и выпил. Божественно. Напиток, достойный повелителя людских сердец.

Вышел с кружкой на балкон… Стоп, какой её к чёрту балкон? Извините меня, читатели. Сами понимаете, то, что напечатано на машинке, уже не исправить. Надеюсь, в вашем остроугольном будущем машинки будут маленькие, не будут греметь, а слово можно будет убрать, не портя общий вид.

Как-то незаметно в ушах начинает играть музыка. Теперь она не идёт плавно, а как-то вскакивает, переливается. Это фортепиано? Нет, звук фортепиано поверхностный, а этот так и вырывается из груди, вырывает органы, скручивает кости. Сердце начинает биться в такт или музыка в такт сердца.

Одев пальто и шляпу и взяв чемодан, вышел из квартиры. Даже не стал запирать на ключ. Я и свой кабинет никогда не запираю, наверное.

В подъезде. В моём подъезде редко встречаю людей. Лишь доносятся постоянно звуки из квартиры выше. Как будто крысы с тараканами водят хороводы, а девицы-паучихи распивают рицин.

Назову свой дворик «гетто-двориком». Не знаю, придумали ли уже такое слово, а если нет, то я стану его первооткрывателем.

И почему всё такое яркое? Небо пылает розовым, дома фиолетовые, а земля… Земля – сущий кошмар, бездна. Даже солнце не пускает на неё своих розовых лучей. Я посмотрел в калитку и увидел там группу молодых людей. Все они были разодеты в чёрные накидки, а их лица сияли алым пламенем. Это ангелы? Нет, это уже слишком даже для меня. Раз Бога нет, нет и ангелов, верно?

– И долго он ещё? – спросил один из ангелов у другого.

– Да нет, наверное. Итан написал в письме, что будет ровно в 7:30.

– А сейчас сколько? – подходя к ним, всё больше начинали угасать их лица. Это точно были не ангелы, наоборот, они стояли в кругу как безбожные сатанисты. Ну или как обычные люди.

– Сейчас 7:29… О, а вот и он!

Внезапно два человека обернулись ко мне, и я увидел, что это были обычные люди, которые, видимо, состоят в одном кружке раз одевают одинаковые чёрные накидки.

– А, что? Я? – переспросил я у них.

Один из них. Тот, кто был грубее с виду, отмахнулся, мол, «уйди в строну» и прокричал:

– Да не ты, уродец!

– Это вообще-то отец Итана, – шёпотом сказал другой, но я расслышал.

– Что? Чей я отец?

Тот, кто обозвал меня, нагнулся к другому, пошептался с ним.

– Да это не его отец, не неси чепухи, – говорил грубый. Я просто остановился и наблюдал за, как мне казалось, комичной сценой.

– Да он-он, – отвечали ему. – Худой, старый – вылитый мистер Джон.

– Ну да, я мистер Джон, а что? – внезапно для себя же крикнул я. – Что Вам надо от Итана. От моего сына? – неуверенно добавил. – А, точно! Я видел Вас по телевизору. Вы же те самые идиоты, что разгромили здание окраинного управления в левобережной части! Вы одни из них!

В ту же секунду заметил я испуг в их лицах. Именно из-за таких, как эти люди, мне вчера пришлось отвечать на 90 с лишним писем, которые предназначались людям, убитыми руками их дружков.

Конец ознакомительного фрагмента.