Оружие Ада
Шрифт:
Масштаб локдауна стал ясен в столовой. Столы были полупустыми, места строго распределены. В дальнем углу сидели жители второго этажа нашего корпуса. Наш стол был прямо у входа.
Вместо того чтобы брать еду на раздаче, мы увидели тарелки, уже расставленные по центру столов. Офицеры стояли в проходе, разделяя нас. Нас держали группами по местам проживания. Больше никаких посиделок с кем захочешь.
— Доброе утро, Mo Stor, — Уайатт потянулся ко мне, и я позволила ему усадить меня рядом, продолжая осматривать зал. Офицера, который мне был нужен, нигде не было. Аид должен был уже всё ему сказать. Несмотря на суматоху с убийством, я ожидала, что он найдет меня утром.
Может, он будет ждать на первом уроке.
— Ты в порядке? — спросил Уайатт, заметив мою отрешенность.
— А? Да, всё супер. — Я повернулась к столу и мягко убрала его руку со своего плеча.
— Тебе удалось поспать после вчерашнего? Лично я несколько часов не мог выкинуть твой образ из головы. Если честно, сомневаюсь, что он когда-нибудь её покинет. — Он убрал прядь волос с моего плеча, коснувшись кончиками пальцев моей шеи. Я вздрогнула.
Я поймала взгляд Майло, сидевшего напротив. Он явно слышал Уайатта. Его щеки снова залила краска, и он сделал вид, что страшно занят своим тостом и джемом.
— Я спала как убитая, — ответила я. Я не особо задумывалась о том, как Уайатт будет вести себя после того, как я ему «дала». Думала, он потеряет интерес, как это бывало у него со всеми остальными.
Но я не могла не признать: то, что он только что подтвердил мое алиби, было весьма кстати. Хотя в животе появилось какое-то склизкое чувство. Это что, вина? Нет, вряд ли. Но когда Майло снова встретился со мной взглядом, аппетит внезапно пропал.
Когда я не притронулась к еде, Уайатт положил передо мной черничный маффин и нагрузил мою тарелку яйцами, беконом и тостами. Мой стандартный завтрак. Я покосилась на него, не зная, когда это он успел запомнить мои предпочтения.
А Майло добавил сумятицы, налив мне кофе из кофейника прежде, чем налить себе.
— Спасибо, — пробормотала я обоим, совершенно сбитая с толку.
— Что? — спросил Уайатт, заметив мое выражение лица. — Ты думала, я буду игнорировать тебя сегодня?
— Да. Это же твой стиль, — прямо сказала я.
Он прижал руку к сердцу, будто я в него выстрелила, на его лице отразилась напускная обида. Но глаза сверкнули азартом — он увидел новый вызов.
— О, Mo Stor. Ты всё еще играешь в недотрогу? Признаю, я обычно не повторяюсь, но это потому, что я вечно переезжаю в другой город или страну… ну, или секс был посредственным.
Я невольно усмехнулась — у меня были те же мысли о моих бывших связях.
— Но ты? — продолжил он. — Если у тебя остались сомнения, я поясню. Пока мы здесь, я намерен повторять то, что было вчера, так часто, как только возможно.
На этот раз покраснела я. Чертов человек, как у него это получается?
— А если я не хочу? — внутри я поморщилась: голос звучал так же убедительно, как у вора, пойманного за руку и отрицающего кражу.
Уайатт наклонился так близко, что его дыхание коснулось моей кожи.
— Скажи мне, не прикусывая губу, что ты не хочешь снова почувствовать, как мой член вбивается в тебя, как мой пирсинг ласкает твою киску, пока ты не разлетишься на куски… скажи это, и я оставлю тебя в покое.
Он коснулся большим пальцем моей губы, высвобождая её из-под зубов. Я даже не заметила, что прикусила её. И не знала, что он заметил эту мою привычку, когда я возбуждена.
Я тяжело сглотнула. Слова застряли в горле. Я просто схватила чашку и осушила её залпом.
Уайатт выглядел чертовски довольным собой; он откинулся назад с победной ухмылкой, уже зная: мы точно потрахаемся еще не раз.
Прежде чем я успела вернуть контроль над собственным телом, гвардейцы прервали завтрак. Я даже не успела взять вилку, не говоря уже о еде, но охранников не волновали ни мои жалобы, ни возмущение других голодных заключенных.
Я схватила маффин на ходу — после ночного полета мне нужна была энергия. Уайатт тоже успел запихнуть кусок бекона между двумя ломтиками тоста.
Нас подняли и погнали в учебные классы, сопровождая как самых настоящих каторжан.
Первой была лекция, и ситуация повторилась: нас рассадили группами по комнатам. Когда офицер за кафедрой потребовал тишины, Уайатт протянул мне тот самый сэндвич с беконом, который успел схватить.
И именно этот крошечный жест подсказал мне, что я в большой опасности. С этим парнем я рискую по-настоящему влипнуть.
Глава 14. Майло
Я прибавляю скорость на беговой дорожке. Я бегу уже полчаса, но никак не могу унять рой мыслей в голове. Я ненавижу физические упражнения, но они помогают не сойти с ума — я так сосредоточен на том, чтобы не выплюнуть легкие, что на остальное не остается сил.
Мой внезапный интерес к спортзалу комплекса (помимо обязательных занятий) может быть связан с двумя людьми, которые сейчас качают железо прямо передо мной. Враждебность между Тацитой и Уайаттом, кажется, испарилась после того, как они переспали. Они смеются и подначивают друг друга, выполняя всё более нелепые упражнения со штангами на матах. Поразительно, как быстро он её завоевал. Мне до смерти любопытно, что же произошло у него в комнате прошлым вечером, но моё воображение пасует, как бы я ни старался.
Делает ли это меня извращенцем?
Если нет, то тот факт, что я пришел на беговую дорожку специально, чтобы поглазеть на них, определенно склоняет чашу весов в эту сторону.
Оба взмыленные, одежда прилипла к телу. Они пытаются превзойти друг друга в каждом движении. Какой-то спящий инстинкт глубоко внутри меня заставляет желать подойти и коснуться их обоих, почувствовать их горячие, потные тела рядом со своим. Они первые люди, проявившие ко мне доброту за долгие годы, и я хочу греться в её лучах. Это жалко, честное слово.
Их поддразнивания и смех эхом отдаются в зале. Как бы я хотел к ним присоединиться! Но я и близко не подниму те веса, с которыми они управляются, поэтому я остаюсь на месте. Впрочем, я и так провел с ними всё утро; не стоит злоупотреблять их гостеприимством. Они дружелюбны, но я уверен: это лишь вопрос времени, когда они пойдут дальше, как и все остальные в моей жизни.
Сегодняшний день вообще странный. Мы придерживаемся графика, но нас везде сопровождают под конвоем и держат отдельно от других групп. Участникам запрещено приближаться друг к другу ближе чем на десять футов, а гвардейцы стали еще строже следить за тишиной в классах.
Прошлой ночью произошло еще одно убийство. Эта новость мгновенно разлетелась по… как бы ни называлось это заведение. Гвардейцы на взводе и явно измотаны. Нас предупредили, что могут вызвать на индивидуальные допросы, но пока из нашей группы никого не забирали.
— Черт, да ты просто нечеловечески сильная! — голос Уайатта снова отвлекает меня. Он смотрит, как Тацита поднимает над головой вес, сопоставимый с небольшим автомобилем. Она делает это с таким изяществом, будто ей это ничего не стоит.