Чтение онлайн

Раш кивнул, схватил солдата за шиворот и выволок из дома. Я взял здоровой рукой одного из убитых и вышел вслед за ними. Когда избавился от тела, увидел, что Лера вытащила остальных и оставила у крыльца. Подошёл её брат, и мы вдвоём быстро отнесли трупы в яму, в которую крестьяне сливали всякую дрянь. После этого вырыли за огородом могилу и похоронили Лаброев. Когда закончили, я вернулся в дом, а Раш занялся чужими лошадьми.

– Сними рубашку и садись есть, – сказала Лера.

Пока мы работали во дворе, она отмыла полы от крови и так натопила печь, что в доме стало жарко. Вся одежда высохла и лежала на одной из лавок.

– А ты? – спросил я, стягивая одежду. – Неужели и это успела?

– Не хочу, – ответила любимая. – Если бы был хлеб, я поела бы, а мясо не лезет в горло. Мак, почему ты не захотел сдаться? Я думаю, что нас освободили бы и не помешали ехать дальше. И не было бы никакой опасности. Это из-за твоего товара?

– Жемчуг могли отобрать, – согласился я, – во всяком случае тот, который остался в шкатулке. Хотя обыскали бы и нас. На ночь заперли бы вместе с лошадьми или в соседнем дворе, а потом отвезли к своим. Трудно сказать, чем это для нас закончилось бы. Только я ни о чём не думал, просто не успел. Когда убили братьев, меня с головой накрыла ненависть. Мне они нравились, особенно Серк, поэтому не собирался прощать их смерть.

– А если бы тебя убили? – спросила она. – Ударили в руку, а могли...

– А нас после этого пустили бы на ремни, – перебил её вошедший брат. – Но сделано правильно. Если такое прощать... Ты собираешься стирать? Тогда возьми и мою рубаху. Старался не запачкаться, но не получилось.

Он разделся, и Лера вышла с нашими рубашками во двор.

– Будем дежурить? – спросил Раш. – Я не думаю, что приедут ночью, но если ты скажешь...

– Толку от дежурства, особенно твоего, – отозвался я. – Если кого-нибудь принесёт, мы не успеем даже оседлать лошадей. И куда бежать в темноте? Запрёмся и будем спать. Вот встать нужно с рассветом и быстро уйти. Если сегодня освободили город, завтра могут осмотреть деревни.

– Я тоже так думаю, – согласился он и сел за стол продолжать прерванный ужин.

Вскоре вернулась Лера, развесила на печи мокрую одежду и подбросила дров. Её брат не стал много есть и, заперев входную дверь, удалился в меньшую из комнат. Любимая составила вместе две лавки и потушила обе наших свечи.

– Брат ушёл не просто так, – шепнула она мне. – Там не так тепло, но он не будет нам мешать. Ты полежишь, чтобы не беспокоить рану, а я всё сделаю сама! А то, что в его комнате вместо двери занавеска... Не обращай на это внимания.

В эту ночь мне опять приснился сон Сара. Я шёл по дворцу, который не назвал бы большим и богатым, по сравнению с виденным раньше дворцом горда Гая. Повсюду лежали окровавленные тела, оружие и осколки выбитых окон. Ещё не открыв дверь в кабинет отца, я уже знал, что в нём увижу. Он сидел за своим столом почти такой же, каким был при жизни. Подойдя ближе, я увидел пригвоздивший его к креслу кинжал, а когда обогнул стол, понял, почему не упала голова. Кто-то прибил волосы к спинке кресла.

– Прости, отец! – сказал я, прижавшись лицом к его холодной щеке. – Ты был прав в том, что я погублю семью! Клянусь тебе, что я отомщу! Королю придётся выбирать другого горда! А потом я уйду. В моей жизни нет радости, но я не хочу обрывать её сам. Если меня не убьют, попробую продолжить наш род!

Когда проснулся, за окнами начало светать. Я пошевелился и этим разбудил Леру.

– Поднимай брата, а я умоюсь и пойду седлать лошадей. Нужно побыстрее отсюда убраться. Поедим в дороге.

Мы взяли с собой только одну заводную лошадь, на которую погрузили все сумки. Оставленные кони были степными, и ничем не могли выдать нас торийцам. Пусть думают, что княжича и солдат убили кочевники, и гадают о том, куда они подевались и почему всё бросили в деревне.

После дождя в лесу было сыро и прохладно. По солнцу определили направление и ехали, пока оно не оказалось над головой. К этому времени стало жарко, а от сырости не осталось и следа.

– Привал, – сказал я, спрыгнув с лошади. – Пока нельзя ориентироваться по солнцу, будем отдыхать. Не знаю, как вы, а я здесь заблужусь. Я рассчитывал на Марха, а сам не знаю леса.

– Я никогда не был в лесу, – тоже спешившись, отозвался Раш. – Для меня он одинаковый во всех направлениях. Давайте стреножим лошадей и пусть объедают кусты.

Мы доели уже начавшее кислить жареное мясо и легли отдыхать на одеяла.

– Хотел кое-что предложить, – сказал брат Леры. – Тебе не нужно называться купцом. Такой караван, как наш, привлечёт внимание. Непонятно, для чего ты едешь в Зарбу, если потерял людей и товары. Купцы не ездят с пустыми руками, значит, у тебя с собой что-то ценное. Наёмников больше нет, а нас только трое, поэтому найдутся желающие это проверить. Лучше говорить, что мы переселенцы.

– Ты много видел переселенцев из загров? – спросил я. – Думаешь, в это поверят?

– Я не видел ни одного, – ответил он, – ну и что? В Торе могут удивиться, а в Зарбе таких хватает. Купцы рассказывали, что в столице много торговцев этого народа.

– А Сар говорил, что с Зарбой не торгуют, – удивился я. – Сказал, что в ней могут быть только беглецы.

– Может, не знал? Не могут не торговать два соседних королевства, тем более такие большие, как Зарба и Заградор.

– Один из наёмников говорил, что загры покупают в Зарбе рабов, – вспомнила Лера. – В самом королевстве их почти не используют, но продают пленников или тех, кто попал в рабство из-за долгов. Он ещё сказал, что в столице можно встретить не только купцов из загров, но и дворян, которые в ней развлекаются.

– О чём я и говорю, – добавил Раш. – Кто будет цепляться к трём переселенцам? В Зарбе таких много. С деньгами нетрудно устроиться, а свой товар продашь как-нибудь потом. Ты действительно хочешь взять в жёны сестру или ваши развлечения только на время?

– Мог бы не спрашивать, – ответил я. – Я не скрываю свою любовь, так что её можно увидеть даже одним глазом.

– Я не к тому спросил, – ухмыльнулся он. – Меня не прогоните?

– Мой дом – твой дом, – сказал я фразу, которой в Дерме предлагали дружбу. – Ты мне нравишься, да ещё породнимся – как такого выгонять?

– Это хорошо, – одобрил Раш. – Дам ещё один совет, как будущий родственник. Когда приедем в столицу Торы, не пожалей денег на мага и получи от него знание языка Зарбы. Если расщедришься, можешь заплатить и за нас.

– А разве там есть морши? – удивился я.

– Если верить купцам, их там хватает, – ответил он. – Вот в Зарбу зелёные почему-то не едут. Приходится их дворянам ехать за услугами в Тору.

– Даже не знаю... – задумался я. – Жалко не денег, которых у меня много, а обращения к магу. Я уже использовал одно, когда вселялся в это тело. Но для загра такое вселение не считается обращением, потому что они делают это много раз. А как будут считать для меня?

– А тебе не всё равно? – сказал Раш. – Если осядешь в Зарбе, вряд ли встретишься хоть с одним из магов. Или ты хочешь бессмертия? Так для этого, если будет много денег, нетрудно съездить в Тору, а одно обращение у тебя останется. Я думаю, что даже два, потому что их считают для тела. Спросишь, когда придём к магу.

– Ладно, – согласился я, – заплачу за всех. Ты прав: без знания языка будет трудно. Заодно можно спросить о судьбе Сара. Раш, вы вели кочевую жизнь, но непохожи на дикарей. Я хотел расспросить Леру, но постоянно что-то мешало. Может, расскажешь ты?