Чтение онлайн

– Алекса, - сказал он, закрывая полы её тента за собой.

Она ёрзала на шёлковых подушках.

– Как обычно? – спросила она.

Гол Коли кивнул. Он взял монеты из страховочного ремня, пересчитал их и передал ей.

– На тумбочку, пожалуйста. Не хочу испачкать перчатки.

Коли свалил монеты кучей на боковой стол.

– Теперь порядок… давай, - сказала она.

Он вскарабкался на груду подушек, и пробрался мимо Алексы. Она улеглась, наблюдая за ним.

Коли достиг стены тента и раздвинул шёлк вокруг разреза, который Алекса подготовила для него.

– Где они?

– Прямо тут, Гол.

Он наклонил голову. Снаружи, по ту сторону перехода, двое детей играли в какую-то игру в мутном водосточном желобе. Маленький мальчик и только начинающий ходить карапуз смеялись вместе.

– Они будут в порядке?

– Они будут в порядке, Гол, - сказала Алекса. – Ты платишь мне за то, чтобы я присматривала за ними, чем я и занимаюсь. У Йонси был кашель на прошлой неделе, но он прошёл.

– Далин… он так быстро растёт.

– Он дерзкий малый, несомненно. Требует особого присмотра.

Коли улыбнулся.

– Как и я.

Он снова уселся на подушки. Она наклонилась вперёд и стала растирать руками его плечи.

– Мы должны покончить с этим, Гол. Ты должен что-то сказать. Ты вправду должен. Это неправильно.

– Кафф и Тона… они правильно обращаются с ними?

– Да, да! Поверь мне, они…

– Я собирался сказать, что они – лучшие родители из тех, что эти дети могли получить… но ты знаешь, что я имел в виду.

– Ага. Ох, Гол, хорош.

Он глянул на неё.

– Они мои, Алекса.

Она ухмыльнулась.

– Да, твои. Так покажись и забери их.

– Нет. Не сейчас. Не желаю больше гакать их жизни. Их папочка мёртв. Пусть так и будет.

– Гол… не мне говорить об этом…

– Скажи.

Алекса поощряюще ухмыльнулась.

– Просто сделай это. Крийд поймёт. Каффран тоже.

– Нет!

– Крийд хорошая женщина. Я узнала её за то время, что она провела тут. Она поймёт. Она будет… о, не знаю. Признательна?

Коли бросил последний взгляд через щель. Далин сделал бумажный кораблик для Йонси, и они сплавляли его по мутной сточной канаве.

– Слишком поздно, - выдохнул Коли. – Для них, и для меня, слишком поздно.

Компания достигла конца последней казармы Призраков. Незанятые бойцы с интересом смотрели на них, когда они проходили мимо коек. Мальчик время от времени останавливался и пристально вглядывался в лица, покачивая головой.

– Ничего? – спросил Харк.

– Он никого не опознал, - сказал Фултинго.

– Довольны, дальше что? – огрызнулась Кёрт.

– Ничуть, - Фултинго понизил голос. – Мать этого мальчика была убита в ходе яростного нападения с кинжалом. Раны точно совпадают с размерами танитского боевого кинжала.

– Кинжалы могли быть украдены. Или потеряны в бою. Или подобраны с убитых. Некоторые Призраки могли потерять свои клинки… - уверенно сказал Харк.

Даур знал, что это была показуха. Боевой кинжал был самым оберегаемым сокровищем Призраков. Они не теряли их. И убеждались, что их покойники всегда отправляются в могилу со своими серебряными кинжалами.

Фултинго всё равно не отставал.

– Несколько свидетелей видели человека в форме Первого Танитского, покидавшего жилую зону. Спешившего человека.

– Большой? Маленький? Бородатый? Гладко выбритый? В цветах Танита или Вервуна? Особые приметы? Знаки различия? – затребовал Харк.

– Тощий, подтянутый. Гладко выбритый, - прочёл Гоосен из своих записей. – Никто хорошо не разглядел. Кроме мальчика. Он – лучший свидетель.

Харк глянул на Даура и Кёрт.

– Я осуждаю это преступление, комиссар, - сказал он Фултинго. – Но эта охота на ведьм зашла слишком далеко. Мальчик прошёл по казармам и никого не узнал. Случилась ошибка. Ваш убийца – не Призрак.

Харк вывел их в коридор, прочь от людей. В нём было холодно, и конденсат капал с труб отопления, проложенных вдоль стен.

– Полагаю, вы проверите другие полки и испробуете иные пути расследования.

Фултинго собирался ответить, но им пришлось посторониться, поскольку по коридору шагал утомлённый взвод Призраков, грязных и пропахших дымом. Команда зачистки возвращалась из схватки в первичном куполе. Некоторые были ранены или, как минимум, запятнаны кровью.

– Мы не видели всех людей, - сказал Фултинго, когда они протопали мимо. – Определённое количество всё ещё в зоне боевых действий, и…

– Что это? Бэгги? – внезапно сказала Кёрт, присев рядом с мальчиком. Он показывал. – Что ты видел?

Мальчик не говорил, но его указующий перст был неумолим как лонг-лаз.

– Подразделение, стой! – крикнул Харк, и возвращавшийся взвод встал, резко повернувшись в усталом замешательстве.

– Какие-то проблемы, комиссар, сэр? – спросил капрал Мэрин, возвращаясь из головы колонны.

– Это он, Бэгги? – осторожно спросила Кёрт.

– Это тот человек? – эхом отозвался Харк. – Это он, сынок?

Бэгги Флайт медленно кивнул.

– Рядовой! Иди сюда, - рявкнул Харк.

– Я? – спросил Каффран. – Почему?

Глава вторая

Огромные колокола Фэнтинской Базилики на городской площади в центре первичного купола огласили это утро громовым звоном, и этот звон встречали радостные возгласы общего собрания сиренхольмцев. Колокола были отлиты семнадцать веков назад для оригинальной Базилики, располагавшейся примерно пятью километрами ниже в то время, когда фэнтинская культура еще занимала поверхность планеты. С тех пор люди постепенно забрасывали города и перестраивали их всё выше и выше от поверхности, чтобы уйти от нарастающего покрова загрязненной атмосферы, и каждый раз колокола снимались и переносились во вновь освящённую церковь.

Сейчас они звонили по радостному поводу, возвещая окончание службы об избавлении, которая формально означала освобождение Сиренхольма. Ночью, накануне, последние бойцы Кровавого Пакта, окопавшиеся у северных границ первичного купола, были убиты или захвачены. Теперь Сиренхольм свободен.

Экклезиархи из Хессенвилля провели службу, поскольку всех имперских священников в Сиренхольме перебили в ходе вторжения. Важные особы города присутствовали на службе, некоторые выглядели ещё больными и слабыми от страданий, перенесённых во время оккупации. Пришло так много горожан, что большинство вынуждены были столпиться за пределами площади и слушать службу через латунные громкоговорители.