Чтение онлайн

По некоторым данным, на Саламэ было совершено еще два покушения, в 1975 и 1976 гг., тоже неудачных. И все же 22 января 1979 г. в 3:30 дня смерть нашла Али Хасана Саламэ.

28 июня 1978 г. Саламе женился на «мисс мира» 1971 г. ливанке Жоржине Ризак, тем самым фактически подписав окончательно смертный приговор себе. Он купил для нее квартиру в центре Бейрута на улице Верден. В конце этого же года в доме напротив на той же улице сняла квартиру, предъявив свой английский паспорт, Эрика Мария Чамберс. Чамберс действительно была английской подданной, она родилась там в 1948 г. В конце 60-х репатриировалась в Израиль и вскоре начала работать в Мосаде. Ее внедрили в ряды сотрудников международных гуманитарных организаций, которые действовали в лагерях палестинских беженцев, т. е. ее легенда оказалась вне всяких подозрений. Переселившись на новую квартиру, Эрика довольно быстро перезнакомилась со всеми соседями, согревала всех окрестных бродячих кошек и почти целые дни проводила у окна, рисуя довольно недурственные пейзажи. Знакомясь, просила себя называть Пенелопой. Именно она, ни у кого не вызывавшая подозрение Пенелопа, подложила в мгновение ока крохотный передатчик под бампер «Шевроле» Саламэ в один из его приездов к молодой жене. Этот передатчик время от времени подавал сигналы, сообщая таким образом о местонахождении машины и ее хозяина. Именно днем 22 января Саламэ проехал на своем «Шевроле» мимо «Фольксвагена», припаркованного довольно близко от дома, в котором жила жена Саламэ и к которой он почти ежедневно приезжал. В тот момент, когда «Шевроле» поравнялся с «Фольсквагеном», радиопередатчик под бампером издал очередной сигнал, по этому сигналу был приведен в действие детонатор, установленный в «Фольсквагене», вместе с изрядным количеством взрывчатки. В тот же день из штаба Мосада в Тель-Авиве была отправлена депеша в канцелярию премьер-министра Израиля: «Мы отомстили за Мюнхен!» Мисс Эрика Мария Чамберс снялась со своей квартиры еще раньше. Ликвидация «Красного принца» была ее первым и последним делом в Мосаде.

Еще одна подобная операция, в которой тоже была задействована женщина, имела место в 1988 г. в Тунисе, более чем в 2000 километрах от Израиля. На этот раз целью был Халил эль-Вазир, более известный как Абу Джихад, правая рука Ясира Арафата и его военный советник. Главари палестинцев перебрались в Тунис, после того как в ходе Ливанской войны в 1980 г. их изгнали из Ливана. Операция была спланирована Мосадом и осуществлена им при участии специальных подразделений Армии обороны Израиля. Двое мужчин и одна женщина прилетели в Тунис разными рейсами под видом туристов. Тем не менее у всех троих были ливанские паспорта и все трое говорили по-арабски с ливанским произношением. В ночь на 15 апреля к дому Абу Джихада, в который, по сообщению группы наблюдателей, незадолго до этого вернулся хозяин, подъехал арендованный миниавтобус, за рулем которого сидела женщина. Разделившись на две группы по 4 человека, пассажиры автобуса ринулись на штурм дома. Женщина, участвовавшая в штурме, тоже проникла в кабинет Абу Джихада, но она не стреляла, в ее руках была видеокамера. Через несколько минут она уже снова сидела за рулем.

Увы, на сей раз я не могу сообщить имя участницы этой одной из самых успешных и знаменитых операций Мосада. Так же, как и не могу продемонстрировать ни одной из фотографий моих героинь (за исключением недавно умершей Сильвии Рафаэль) – в большинстве своем красивых, очень красивых женщин. Мосад, как и большинство разведок мира, не афиширует ни своих операций и действий, ни имена их исполнителей. (Странное исключение составляет недавно выпущенная в свет ФСБ книга, в которой описываются некоторые действия бывшего советского КГБ, в том числе и подробности проводимой этой организацией шпионской деятельности в Израиле. С какой целью это было сделано, пока не ясно.) Еще можно иногда увидеть фотографии бывших руководителей разведок, в том числе и Мосада, но рядовых исполнителей, даже самых выдающихся из них, практически никогда. Если они, конечно, не попали в руки тех, кто призван их выявлять и ловить и пожелал сообщить миру их имена. Поэтому так мало имен написано на упомянутом мной выше памятнике погибшим сотрудникам израильской разведки. Обнародование же имен живых, а тем более их фотографий – только мечта журналистов и читателей.

Пожалуй, лишь однажды операция Мосада и деятельность завербованного им для ее выполнения агента была описана со многими деталями и подробностями. Это история уничтожения одного из крупных деятелей палестинского терроризма, где для достижения поставленной цели была привлечена английская актриса по имени Чарли. Вся операция, как и жизнь Чарли, подробно излагается в книге Джона Лекарре «Маленькая барабанщица». Но… неизвестно, насколько правдиво описана в книге вся эта история, да и вообще – имела ли она место в действительности.

Лет семь-восемь тому назад дотошные журналисты раскопали, что во Флориде проживает некая Синтия (Синди) Чанин, которая оказалась двоюродной сестрой Черил Чанин Бен-Тов. Еще раньше все та же «Санди Таймс» раздобыла и опубликовала фотографию госпожи Черил, якобы снятую во время ее свадьбы с капитаном израильской военной разведки Бен-Тов. На фотографии была изображена женщина, очень похожая на Синди, которую кое-кто из сотрудников газеты видел во время ее встреч с Морди Ваануну. Журналисты пошли еще дальше и где-то в центре Америки отыскали саму Черил. К ним вышла довольно симпатичная блондинка, на их вопросы сообщила, что она замужем, воспитывает своих детей и понятия не имеет, о чем ее спрашивают журналисты: ни о Синди, ни о Ваануну, ни о Лондоне, ни о Риме. Так Синди исчезла навсегда. А заодно навсегда исчезла и Черил Бен-Тов…

Исер Харел… Вряд ли кто-либо, кто хоть немного интересуется разведкой и разведчиками, не знает это имя. Он не был похож ни на Джеймс Бонда, ни на полковника Максима Исаева (Штирлица), ни на какой-либо другой стереотип разведчика-супермена. Он не гонялся за своими противниками в буквальном смысле этого слова, не вскидывал мгновенно пистолет, не стрелял, почти не целясь, и даже не вел с ними хитроумных диалогов, врозь и вместе. Основным местом его работы был кабинет, хотя он очень любил участвовать в операциях на месте. Пока он был разведчиком, его почти никто не знал и еще меньше людей видело его на публике. Даже многолетние соседи по дому практически не имели понятия, чем он занимается. Он позволил себе появиться прилюдно только один раз: на заседании израильского Кнессета, когда премьер-министр страны Давид Бен-Гурион объявил о поимке палача еврейского народа Адольфа Эйхмана и доставке его в Израиль. Он вообще не собирался заниматься разведкой и пришел туда работать в таком возрасте, когда кое-кто уже заканчивает свою карьеру тайного воина. И тем не менее, именно он стал еще при жизни одним из самых легендарных и известных далеко за пределами своей страны деятелем мировой разведки.

Изя Гальперин (так его звали от рождения) родился в 1912 г. в белорусском городе Витебске. Вот уж этот Витебск! Захолустный городок царской России, он в конце 19-го – начале 20-го веков дал миру целую плеяду выдающихся впоследствии личностей (напомним, к примеру, художников Марка Шагала, Иехуду Пэна, кинооператора Бориса Волчека), поражал весь Союз во второй половине 20-го века своим драматическим театром, поражает и сегодня, в начале 21-го своим знаменитым на весь мир музыкальным фестивалем и изумительным журналом «Мишпоха».

Отец Изи Натан был одним из самых блестящих выпускников знаменитой Воложинской ешивы. Предки семьи по отцовской линии почти все были учеными. Мать Изи, урожденная Иохевед Левина, была младшей дочерью владельца заводов по производству уксуса в Двинске (сегодня Даугавпилс) и Витебске. Он и поставил своего зятя Натана управляющим заводом в Витебске. С карьерой раввина и ученого было покончено. Потому и Изю не заставляли изучать религиозные науки. К тому же вскоре к власти пришли Советы. Изя запомнил, как в Витебск приезжал пропагандировать свои идеи Троцкий. Он вполне бы мог последовать идеям Троцкого и стать коммунистом, если бы не его еврейское воспитание. В возрасте 16 лет Изя проникся идеями сионизма. Он начал убеждать родителей, что ему нужно научиться обрабатывать землю, и оставил школу буквально перед выпускными экзаменами. Вместе с другими такими же, как он, почти мальчишками, отправился на коллективную ферму под Ригой, там они около года работали на земле, после чего решили, что вполне созрели для отъезда в Палестину.

Но возникла проблема: Исер Харел (так он себя стал называть) еще не достиг 18-летнего возраста, начиная с которого выдавали иммиграционные визы. Пришлось в первый раз в жизни подделать документы и стать на год старше. В январе 1930 г. на железнодорожной станции в Двинске он попрощался со своими родителями, а от местных сионистов получил пистолет и патроны к нему. Не в подарок, а для передачи руководству Хаганы, отрядов еврейской самообороны, которые остро нуждались в оружии. Пароходом через Геную они прибыли в Яффо. Там на борт поднялся представитель Сохнута (Еврейского агентства) и сказал, что англичане, под чьим мандатом тогда находилась Палестина, будут тщательно обыскивать каждого и, если у кого-либо окажется оружие, спуск на землю будет запрещен всем. Почти все побросали имевшееся у них оружие в воду. Но не Исер: в имевшейся у него буханке хлеба он выковырял мякоть и засунул туда пистолет и патроны, после чего бросил буханку на дно своего вещмешка рядом с несколькими книгами. Англичане ничего не заметили.

Исер Харел – первый руководитель ШАБАКа (1948), руководитель Мосада (1952–1963)

В Палестине Исер начал свою трудовую деятельность в кибуце Шфаим недалеко от Тель-Авива. Кибуц – это коммуна, изначально сельскохозяйственная с функциями защиты еврейских поселений от нападения арабов, а сегодня сельскохозяйственно-промышленная, весьма отдаленно напоминающая советские колхозы. Исер работал на упаковке апельсинов, тщательно заворачивая каждый из них в пергаментную бумагу. Он работал так неистово и рьяно, что его прозвали «Стахановец». Отвлекся от своей работы он только однажды, когда обратил внимание на девушку из Польши – Ривку. Но отвлекся на очень непродолжительное время: они быстро поженились – на удивление всем кибуцникам. Потому что Харел был довольно угрюмым и необщительным, Ривка же, наоборот, была веселая, неутомимая в танцах и забавах. Тем не менее они оказались хорошей парой и прожили счастливую жизнь. Кстати, в жизни у него было всего два командира: Давид Бен-Гурион и Ривка, которую соседи прозвали «Амазонка». Но проработали они в кибуце недолго, разразился скандал, первый в жизни Харела из многочисленных. Как известно, члены кибуца зарплаты не получали, все заработанное шло в общую кассу. Поэтому Исер и Ривка много работали на стороне, чтобы накопить деньги и привезти в Палестину своих родителей. И они осуществили свой замысел. Родители поселились в Шфаиме, дети оплачивали их проживание. Но однажды Ривка случайно услышала разговор двух кибуцников о том, что приезд их родителей и теперешнее проживание оплачивает кибуц. Она рассказала об этом Исеру. Тот пришел в ярость и вся семья покинула кибуц. Шел 1935-й год. Как и у всех, покинувших кибуц, у них не было ни имущества, ни денег (по уставу кибуцев, покинувшие его уходили ни с чем). Но работу, особенно по уборке цитрусовых, найти можно было легко. Исер, Ривка и ее сестры вскоре были уже хорошо устроены, затем открыли свое собственное дело по упаковке цитрусовых, а еще через некоторое время он уже стал богатеть. Началась Вторая мировая война, англичане охотно и много покупали цитрусовые и другие фрукты для своей армии, которые Харел не только паковал, но уже и выращивал. Казалось, ему открывается путь преуспевающего бизнесмена. Однако именно в этот момент он решил пойти добровольцем в британскую армию и прослужил там во вспомогательной части в течение непродолжительного времени.

До тех пор пока в Хагане не решили по-другому. По неизвестным причинам, а возможно, и случайно, его направили в спецшколу, где готовили специальные подразделения бойцов на случай оккупации Палестины немцами. После небольшой подготовки Харелу поручили наблюдение за подозрительным немцем, который жил недалеко от города Герцлии, и по предположению Хаганы, был немецким шпионом. Харел, как всегда, взялся за дело рьяно и тщательно. Он даже проник к немцу в дом и тщательно осмотрел его. В подвале дома он обнаружил печатный станок, набор красок и пачки свежеотпечатанных денег. Немец оказался фальшивомонетчиком.