Чтение онлайн

Задвигались поршни, засвистели лопасти турбин, застонали цепи передач, треск фейерверка вздымающихся искр. Все это заглушило крики Дона.

– Атомный распад, - ужаснулся Рене.

Сейчас он шел вдоль ленточного конвейера, на который ступил Дон, видел, как тот исчез в черной дыре, видел, как он появился вновь. Какой-то ковш пронес Дона над системой сит, потом он покатился кувырком между широкими отверстиями последнего сита и скатился в одну из канавок, которые первым обнаружил в этом здании. Не держась на ногах, тщетно пытаясь обрести равновесие, Дон скользнул вниз по наклонной канавке, нырнул в одно из широких отверстий. Несколько дальше его снова “выплюнуло”, затрясло на вибрирующем механизме. Появилось похожее на колокол устройство, что-то вроде ловушки из сплетенной проволоки, схватило Дона, подбросило и швырнуло в одну из тех ям, в которых они несколько часов назад наблюдали голубое свечение…

Рене остановился и спрятал лицо в ладонях.

Так же неожиданно, как началось, все завершилось. Наступила тишина. Мертвая тишина.

После ярких вспышек понадобилось некоторое время, пока все окружающие предметы не потонули в темноте.

На дорожке наверху над ними послышались шаги. Джек, Тонио и Хейко удалялись, не тревожась о судьбе членов группы Дона.

Рене нашел Ала и Катю, стоявших с совершенно потерянным видом у края ленточного конвейера. Они покинули здание, не произнеся ни слова. Когда они возвращались к своему лагерю за городскими стенами, над их головами мерцали звезды чужого неба.

Всем троим было не до звезд. Они донельзя устали, выдохлись, и без Дона, попавшего в беду, чувствовали себя на редкость потерянно: им недоставало друга, всегда готового к действиям, заражавшего их своей уверенностью. Но еще большее впечатление произвели на них могучие силы, до поры дремавшие в батареях, конденсаторах, проводах, трубах и аккумуляторах. Потребовалось лишь незначительное вмешательство извне, чтобы они механически продолжили выполнять свои задачи, безразлично, имело это смысл или нет.

Хотя ночь была такой же светлой, как и предшествовавшие, найти дорогу к лагерю оказалось нелегко. Пока добрались до городской стены, прошло полчаса. Десять минут спустя они лежали на резиновых матрасах в палатке, натянув спальные мешки до ушей, чтобы ничего не видеть и не слышать…

– Ал!
– Это тихо, чтобы не разбудить Рене, беспокойно ворочавшегося во сне, прошептала Катя.

– Что, Катя?

– Я тебя уже дважды спрашивала о чем-то.

Ал вздохнул.

– Да, я не забыл.

– Я так мало значу для тебя?

– Но, Катя, здесь…

– Ал, пойми, нам ни к чему больше копаться тут, мучиться и страдать…

Ал попытался перебить ее:

– Прошу тебя, Катя, выслушай меня…

Но Катя неумолимо гнула свою линию:

– Может быть, мне удастся пройти перерегистрацию. Может быть, нам разрешат стать парой, и тогда… Разве ты не хочешь?

– Да, Катя, конечно…

– Тогда оставь эту противную планету, эти скучные машины, этот мерзкий холод…

Она повысила голос, и Ал зашипел:

– Тсс!

Рене повернулся на другой бок, пробурчав что-то во сне.

– Ал, я ведь только ради тебя задержалась здесь так надолго. Ты не представляешь, какой ужас все это мне внушает. Ты только вообрази, как прекрасно все будет! Будем вместе играть с управляемыми на расстоянии автоматическими “развлекателями”, парить в пластических пространствах, наслаждаться цветомузыкой и стереофоникой. Давай вместе откажемся от дальнейших попыток, а?

– Наберись терпения до окончания экспедиции! Катя, если бы ты могла понять!…

– Согласен ты отказаться ради меня? Не позже, не потом, а сейчас?!

Ал промолчал.

– Отказываешься?
– настаивала Катя.

– Нет, - сказал он.
– Но…

– Незачем продолжать. С меня довольно, - отрезала Катя, откатилась в спальном мешке в угол палатки и не произнесла более ни звука.

На другое утро их разбудили чуть свет. Кто-то откинул полог палатки, и громкий голос протрубил:

– Эй вы, сони! А ну, поднимайтесь! Все на воздух!

Катя выскользнула из спального мешка, перепрыгнула через лежащих еще Ала и Рене и бросилась на грудь Дону.

– Привет, Катя! Ну что скажешь? Ал, Рене, сони вы эдакие!…

Ал протирал со сна глаза.

– Ты откуда взялся?

– Да вылезайте же вы, черти!
– закричал Дон. Настроение у него было чудесное.
– Ничего со мной не случилось!

Ал расстегнул мешок, выполз на четвереньках из палатки. Дружелюбно ткнул Дона кулаком в бок. Ссора была мгновенно забыта.

– Рассказывай же!

Рене тоже присоединился к ним.

– Значит, так, - начал Дон, - когда я хотел перебежать дорожку конвейера, на меня накатили огромные грабли и спихнули меня в некое подобие бокового входа. Это мало чем отличалось от позавчерашней вечерней проверки. Несколько раз меня останавливали - просвечивали, опрыскивали, обдували пузырьками и все в таком роде. Потом меня понесло вниз, по скользкой наклонной плоскости. Я был чистой воды теннисным мячиком, меня вертело так и сяк, потом швырнуло в какую-то воронку, дальше последовало путешествие по прыгающей поверхности, подбрасывало так, что желудок подскакивал до горла. А под конец меня что-то приподняло и бросило вниз. Приземлился я на мягкую, податливую ткань, меня плавно спустило по спирали. Сеть распуталась, и я оказался на свободе. Вот и все!

– А что ты…

Рене оборвал себя на полуслове, но остальные поняли, о чем он хотел спросить и что Дон пытался скрыть за напускным весельем: где он пропадал все остальное время? Отставать от группы во время совместных походов было грубым нарушением правил, тем более отсутствовать целую ночь. И не случайно же у Дона такое прекрасное настроение и отдохнувший вид. Но они вспомнили, что и сами не во всех случаях вели себя строго по правилам. Извинение было одно: это приключение явилось чем-то из ряда вон выходящим. Ужасные крики Дона еще звучали в ушах, и они промолчали.

– Вы молчите!
– воскликнул Дон с упреком.
– Разве это не невероятно? Как вы это объясните?

– Кое-что вовсе не столь таинственно, - сказал Рене.
– Похоже, мы имеем дело с установкой для расщепления атома, с чем-то вроде преобразователя материи. Говоря упрощенно, действует установка так: в начале в нее что-то загружается, а в конце появляется вновь, но в форме, заранее заданной.

– Очень практично, - заметил Дон.

– Собственно, преобразование материи начинается в атомном реакторе. Это часть машины, где мы видели голубое свечение. Происходит оно от излучения Черенкова. Оно возникает в тех случаях, когда электроны или другие заряженные частицы с огромной скоростью пронизывают другие субстанции - как, к примеру, при распаде ядра атома. Все, что происходит прежде, вызвано потребностью провести анализ и сортировку материала…

– А я что говорил?
– вставил Дон.

– Результаты анализа используются затем, чтобы четко дозировать воздействие альфа-частиц, медленных нейтронов, гамма-лучей и так далее. А в самом реакторе происходят наконец ядерные реакции, ведущие к искомому результату.

– Почему же меня не превратило в слиток золота?
– спросил в шутку Дон.

– Наверное, сработало предохранительное устройство, - вполне серьезно ответил Рене.

– Очень даже может быть, - подхватил Ал.
– Подобные супермашины и у нас, на Земле, конструируется таким образом, чтобы они не повредили человеку,