Чтение онлайн

Когда Слава вошел, Жора говорил по мобильнику. То ли это был спектакль, то ли и впрямь Архитектор не хотел прерывать интересный разговор, но какое-то время парню пришлось переминаться с ноги на ногу и обозревать замысловатые орнаменты.

Наконец Жора закрыл телефон и бросил его на стоящий рядом пуф.

— Вы там не поняли друг друга, да? — спросил Жора вместо приветствия. — Мои ребята немного погорячились?

— Ничего страшного, — миролюбиво отмахнулся Слава. — Я не в обиде.

Жора засмеялся, неприятно растянув толстые губы.

— Шутник. Я тоже люблю посмеяться. Мне сейчас много про тебя рассказали. Как так получилось, что моя охрана ничего не знала про такого веселого клиента? Я вообще-то про всех посетителей все знаю, даже про шлюх. А на тебя ничего нет. А?

Слава пожал плечами, делая вид, что очень заинтересовался чеканкой огромного блюда.

— Да-а… — протянул Жора, почесывая шею. — Веселые дела. Сколько же ты выиграл денег в моем заведении?

Неожиданный вопрос.

— Вряд ли я выиграл. Мне в лотерею никогда не везло.

Жора опять засмеялся и погрозил пальцем.

— Э-э-э… Шутник! Шутник! Хорошо еще ты перестал заходить, а то совсем разорил бы меня. Двадцать пять штук за один вечер унести, а?

Слава оторопел от такой новости:

— Двадцать пять тысяч? Я выиграл? И унес?

Понятно, что никаких денег он не выигрывал, что все это козни Серафимовича, но все-таки пробежали по спине мурашки: двадцать пять тысяч!

Жора тем временем хохочет в голос.

— Ну ты прямо артист. Второй Фрунзик! Так удивляешься натурально! Тебе бы по телевизору выступать, да?

Жора внезапно перестал смеяться, сделался суровым и очень медленно подался вперед.

— Двадцать пять тысяч за раз, да? Совсем не смешно. Послушай меня. Я все знаю. Я знаю, как ты с этим козлом Постниковым потрошили мой стол. Он сознался.

Бац! Похоже, денег здесь не предложат. Похоже, эта встреча ничего хорошего Славе не принесет. Светлая полоса кончилась, опять пошла черная. Разумеется, не помешает все отрицать.

— Кто сознался? В чем? Кто такой Постников? Что вы на меня тут вешаете?

Жора покачал головой.

— Мальчик, не надо шуметь. Этот шакал нам все рассказал…

— Что рассказал?! Я ничего не знаю. Пусть он мне в глаза это расскажет!

Жора усмехнулся как-то особенно. Толстые губы не растянулись, вываливаясь наружу, а, наоборот, втянулись куда-то в глубь рта.

— Он ничего не скажет, — сообщил Архитектор. — Он пропал без вести. Совсем пропал. Потому что я его на азу порезал и закопал глубоко. Я бы и тебя порезал, если бы мне сейчас не рассказали про тебя интересного. Я-то думал, что ты шестерка у моего крупье. А все наоборот, да? Так что давай поговорим как большие. Кто у тебя крыша?

— Крыша? У меня? Вот прямо моя крыша?

Слава лихорадочно соображал, что ответить. С тех пор, как он перестал торговать, никакой крыши у него не было и быть не могло. Обращаться к тем же браткам после такого перерыва было рискованно: насчитают штраф за все время простоя. А не назвать ли Михаила Серафимовича? Пускай расхлебывает свою кашу сам!

— Кто у тебя крыша? — похоже, Жора начал терять терпение.

— A-а… Ну-у… Э-э… — продолжал тянуть резину Слава. — В смысле, вы мне стрелку забиваете?

— Не тебе, дурачок. Крыше твоей. Завтра в два. Место сами выберут. Так кто приедет? Или ты безбашенный совсем?

— Башенный, башенный! — поспешил заверить Слава. — Они… э-э… Они сами представятся. Завтра.

Жора неожиданно легко согласился:

— Разумно. Но смотри! Притащишь ментов, так я тебя найду и порежу для долма. Очень мелко. И резать буду живого, понял?

— Это просто наваждение какое-то, — Михаил Серафимович развел руками и посмотрел на своего немногословного коллегу.

— Еще какое наваждение, — хмыкнул Слава. Он только что закончил рассказ о последних событиях и теперь сидел с оскорбленным видом, скрестив руки и ноги, в ожидании ответа «судьботорговцев».

Насколько можно было понять, Славины биографы еще не придумали способа отмазать его от безвременной кончины. Правда, закусивший удила Слава собрал толику денег с людей, которым некогда, не считая, раздавал в долг небольшие суммы и суммы побольше. Почти тысячу долларов набрал. Вернее, всего тысячу долларов, потому как жизнь Славина стоила теперь двадцатку, а ведь еще надо чем-то питаться и вообще… Да и не решались проблемы деньгами. Кстати, возвращаясь из «Пяти тузов», Слава заприметил знакомый автомобиль. Этого монстра на огромных шинах не спутать ни с чем другим. Автомобиль, из которого Слава был так бесцеремонно выкинут. Люди Рамиза пасли его. Должно быть, вислозадой крестнице кавказца нетерпелось под венец.

— Итого мы имеем, — потирая переносицу, начал обобщать Михаил Серафимович. — Наезд бандитов Фрегата по поводу долга, наезд кавказцев по поводу женитьбы, наезд некой спецслужбы по поводу невесть чего и наезд Жоры Архитектора по поводу какой-то махинации в его казино. Плюс мелкие скандалы со стороны неопознанных студентов.

— И еще я не имею работы, средств к существованию, покоя и надежды дожить до понедельника. И все за свои деньги, — Слава дополнил мрачную картину парой важных деталей.

— Ну, на самом деле за свои деньги вы получили именно то…

Слава вскипел:

— Да хватит этого дерьма! Хватит! Что делать-то мне теперь?!

Неожиданно выяснилось, что сидящий подле хозяина кабинета Голем способен говорить и даже, кажется, самостоятельно мыслить:

— Мне кажется, студентов можно просто послать.

Михаил Серафимович не отреагировал на эту реплику, продолжая усиленно разминать переносицу, словно решил вдруг изменить форму своего носа. Ободренный молчанием шефа, здоровяк продолжал сочным басом:

— Что касается рэкетиров, то ваш новый знакомый берется уладить это дело…

— Неужели?! — возмутился Слава. — А как я буду с ним рассчитываться? Он ведь не за просто так меня прикроет, ему надо познакомиться с тем перцем из министерства!

— Это как раз проще простого, — вставил Михаил Серафимович. — Протекцию мы обеспечим. Вашего Андрея Юрьевича встретят как дорогого гостя. Мы ведь не только липовые биографии умеем стряпать. У нас богатейшая коллекция фактов весьма настоящих и вполне документированных.