Чтение онлайн

– Теперь не будем спешить с выходом на англичанина – сказал ему Булай – Похоже противник затевает совсем не тот вариант встречи, который мы ему предлагаем. Наша слабость в том, что мы не знаем, как Хейли управляет этой бригадой. Наверняка у него есть только один связник, или старший бригады, через которого он это делает. Если мы выявим этого человека и сумеем взять под контроль их переговоры, тогда все станет яснее. Попробуйте поработать в этом направлении. Думаю, надо плотнее обставить Хейли в отеле. В номере мы ничего не увидим, но не исключено, что он встречается со связником где-то в коридорах. А для того, чтобы управление было гибким, у них должно быть постоянное время встреч, два-три раза в день. Надо усилить скрытое видеонаблюдение в помещениях отеля. Наверняка встречи происходят где-то там. Особенно внимательно проследите за контактами Хейли утром, возможно, во время шведского стола. И надо выявить короткие волны, на которых работает бригада. Очень может быть, что Хейли тоже пользуется рацией.

Еще через два дня «Марк» принес результаты своей работы. Оказалось, что связник живет в том же отеле и имеет паспорт гражданина Чехии. Он чех по национальности и выдает себя за коммерсанта. Каждый день они накоротке встречаются после завтрака в холле второго этажа и связник получает от Хейли записку с письменной инструкцией. Далее он выходит в одно из дрезденских интернет-кафе и оттуда связывается с электронными почтовыми ящиками, известными группе. Те, в свою очередь, читают также из интернет-кафе сообщения в установленное для этого время и высылают отчеты. Переписка ведется на условном языке, который непросто раскодировать. Рациями группа пользуется очень лаконично и только в период активной работы, так как эти волны запрещены для любителей и это грозит нездоровым интересом со стороны властей.

– Что ж, обзор над системой взаимодействия противника мы имеем. Расшифровка его переговоров требует дополнительного времени, а его у нас нет. Поэтому приступим ко второму раунду с тем, что есть – решил Булай – Начнем, помолясь.

В тот же вечер в номере Хейли раздался звонок.

– А я уж думал, вы струсили, Алекс – с заметной издевкой сказал тот в трубку – я жду Вас уже неделю.

– Прошу с пониманием отнестись к моей медлительности. Мы, немцы, не любим торопиться – последовал ответ – Зато я готов встретиться с Вами хоть сейчас.

– Вот и отлично – обрадовался англичанин – давайте встретимся вечером. Думаю, это будет подготовка к самому главному.

– Вы хотите сказать, что привезли для меня обнадеживающие новости?

– Именно так, дорогой Алекс, именно так.

Булай положил трубку и посмотрел на «Макса», который слушал разговор через параллельный аппарат.

– Собирайте силы, Иоганн. Наступает самое главное, самое веселое представление. Кстати, под каким предлогом Вы мобилизуете местную полицию в наших делах?

– Речь идет о разработке банды, занимающейся торговлей людьми. Соответствующие агентурные сообщения и другие оперативные документы я оформил.

– Что ж, похоже, Ваша легенда не так далеко ушла от истины.

Встреча вечером была предельно коротка. Они вступили в контакт в баре гостиницы «Пале рояль» и Хейли предложил основную часть беседы провести завтра утром на экскурсионном теплоходе «Саксония», который отходит от пристани в 10 утра. Туристический сезон уже закончился, теплоход будет пуст, и никто не помешает им совершить «самое главное» без посторонних лиц. «Самое главное» же в его представлении должно заключаться в том, что Алекс передаст ему обещанные материалы, а он Алексу – некий меморандум ложи, в котором будет выражено намерение следовать достигнутым устным договоренностям. Конечно, англичане не могут в документе изложить суть вопроса, это просто невозможно, но Алекс может исходить из того, что они будут соблюдать условия меморандума. Ведь в ином случае Алекс может запустить в действие те рычаги, о которых он говорил.

Данила слушал Хейли и чем чистосердечнее звучал его голос, тем меньше он ему верил. «Панама – думал он – Все с начала до конца большая английская панама. Ты задумал что-то другое, дружок. Ну, поживем, увидим» Договорились, что Алекс с телохранителем сядет на теплоход в Дрездене, а Хейли – на следующей его остановке. Он будет один. До того, как «Саксония» причалит к следующей пристани, они подпишут документы, обменяются ими и Хейли сойдет, чтобы отбыть на свою туманную родину. На этом их отношения прекратятся.

Булай возвращался на такси в Майсен в задумчивости. Перед посадкой в такси он хорошо проверился в Дрездене и «хвоста» за собой не выявил. Это говорило только об одном – у англичан уже есть хорошо разработанный план и они не хотят рисковать, выставляя за ним наружку. Ведь ее выявление заставит его предпринять дополнительные меры страховки, а то и вообще не выходить на встречу. В голове у Данилы прокручивалось сразу несколько версий завтрашней операции и он планировал обсудить их с «Марком», который должен был подъехать позже. Но в гостинице его ждала неожиданность.

– Херр Булай, Вас ожидают – сказал ему метрдотель и он увидел сидящего в холле Кулиша. Они обнялись и прошли в пивной бар, где была меньше вероятность подслушивания.

Кулиш сильно изменился. Он похудел, некогда пышные волосы были коротко пострижены, усы исчезли, а на носу сидели роговые очки со слабой оптикой. В целом с его внешностью произошли существенные изменения.

– Какая приятная неожиданность, Ник. Никак не ожидал Вас увидеть. Мы с Иоганном уже потерялись в догадках.

– Немудрено было потеряться, потому что я сам бегу по миру как кролик.

– Так что произошло?

– Произошло вот что. Под предлогом личных дел я взял недельный отпуск и полетел с супругой в Штаты. Мне не терпелось провернуть там одно дельце, которое, как мне казалось, должно выгореть. Вот в чем суть. Я через возможности своего агентства вышел на закрытый портал президентской охраны, которым пользуется и авиационное крыло, прикрепленное к ней. Короче говоря, я сумел высчитать по их разговорам, какая именно пара дежурила 11 сентября на подлете к Кэмп Девиду. Остальное дело техники. Мне удалось установить одного из двух дежуривших тогда пилотов и завести с ним заочное знакомство. Он оказался собирателем копий самолетов со всего мира, а это хороший предлог для общения. Вскоре я установил, что он еще и верующий парень, и это меня вдохновило на личный контакт. Я помчался в Вашингтон. Мы встретились, я подарил ему редкую копию МЕ-221, от чего он был счастлив. Тут мне повезло, я случайно раскопал ее в одной антикварной лавке. В разговоре я стал подводить дело к теме к 9/11. Он напрягся, от прямого разговора ушел, но все-таки дал понять, что сам «боинг» не сбивал, был вторым номером. В то же время, в его глазах просто читалось, что первый пилот и вправду, сбил гражданский самолет. Это была проблема для парня, Дан, совершенно точно. Она его угнетала. Он оказался сопричастным к страшному делу. Я решил взять быка за рога и сказал, что представляю организацию, которая выясняет правду и мне нужны его показания. При этом гарантировал, что никто не будет знать о его причастности к утечке. Ведь о том, что это случилось, в авиакрыле знала куча людей. Он очень колебался. Его просто ломало. Но все-таки я сумел довести его до кондиции. При этом особенно нажимал на его христианский долг. Короче говоря, мы договорились встретиться для интервью на следующий день в одном мексиканском баре. Он пришел, как договорились, но не успели мы заказать по коктейлю, как в бар вломился парень, похожий на наркомана и начал стрелять в меня из револьвера. Парень был явно не готов к большой крови, потому что боялся стрелять мне в голову. Его двадцать второй калибр так разнес бы мне мозги, что этот бар пришлось бы неделю отмывать. Он стрелял мне в грудь, а на мне был титановый жилет. У него были толстые свинцовые пули, но совсем не бронебойные. Хотя револьвер очень мощный и пули мой бронежилет все-таки пробили, только вошли неглубоко, застряли в мускулах. Дело кончилось тем, что я обрушил ему на голову столик, а потом вывернул руку и трахнул башкой о стенку. Стрелок отключился, а я помчался за Долли, чтобы успеть первым же рейсом улететь в Мехико, потому что времени у нас было в обрез. Правда ситуацию облегчало то, что люди «Марка» заранее выправили нам фальшивые американские паспорта и заблокировать наш вылет было не так просто. Вот и все. Теперь Долли сидит в Мехико, а я прилетел прямым рейсом до Франкфурта и примчался сюда. Надо закончить расчеты с этими негодяями. Теперь зови меня Дик. Если полностью – Ричард Хопкинс.

– А что тот летчик, он сдал тебя?

– Честно говоря, не знаю. Теряюсь в догадках. В любом случае негодяи как-то установили, что он обещал выдать мне тайну. Сам ли он стукнул куда надо, или по глупости решил с кем-то посоветоваться, я не могу судить. В любом случае, не думаю, что ему сейчас хорошо.

– Ну, что ж Дик, я очень рад, что ты выкрутился из положения. Молодец. Теперь нам предстоит весьма интересное дельце.

Предстоит решающая встреча с Хейли.

– Ты, конечно, возьмешь меня с собой.

– Нет, дорогой. Для тайного общества ты исчез навсегда и не надо лишний раз его провоцировать. Ты будешь ждать здесь.

На следующее утро Булай и «Клин» поднялись на палубу «Саксонии» и отправились в туристическое путешествие по Эльбе. Их посадку контролировал по видеонаблюдению из ближайшего полицейского участка «Марк». Ничего подозрительного вокруг не происходило. Его люди доложили, что за посадкой следил также один из членов группы Хейли, который немедленно сорвался с места сразу после отправки теплохода и присоединился к группе из еще трех англичан, которые поехали в частный речной клуб. Там они взяли на прокат большой прогулочный катер на восемь пассажиров с рулевым и пошли на нем в противоположную от «Саксонии» сторону. «Марк» сообщил об этом Даниле по мобильному телефону и добавил, что по берегу теплоход никто не сопровождает.