Чтение онлайн

На южном участке советские войска захватили значительную часть фабрики по пошиву военной формы на улице Дароци у железнодорожной насыпи зубчатой дороги. Венгерский 1-й дивизион штурмовой артиллерии и немецкая пехота, не обращая внимания на тяжелые потери, целый день пытались отбить здание и вызволить солдат, оказавшихся запертыми в ловушке на верхнем этаже. А в это время советские солдаты с помощью огнеметов прокладывали себе путь к зданиям на южном краю улицы Херманд. Так кольцо окружения начало смыкаться вокруг горы Шаш-Хедь с запада.

26 января продолжалось начатое несколько дней назад наступление советских войск в районе холма Лато-Хедь. В этот день советским солдатам удалось несколько продвинуться вдоль улицы Тёрёквес. Поскольку занимавшие здесь позиции венгерские и немецкие подразделения были сильно измотаны, оборона на этом участке неожиданно рухнула, и полной катастрофы удалось избежать лишь потому, что советские войска в ходе боев также понесли тяжелые потери. На рассвете подразделения Красной армии вышли в район Верхалом. К этому времени оборонявшийся здесь университетский штурмовой батальон потерял уже 70 процентов личного состава. К вечеру бои распространились и на район Резмал.

В здании школы на улице Альдаш, где располагался штаб университетского штурмового батальона, взорвалась бочка с бензином, в результате чего был тяжело ранен командир подразделения капитан Лайош Шипеки Балаш. На его место сначала был назначен капитан Тибор Микулич, а затем — капитан жандармерии Жомбор Надь. К тому времени большинство студентов уже не были годными для участия в боях: те из них, кто выжил, находились в импровизированных госпиталях, где условия содержания были просто ужасными. Было практически невозможно захоронение умерших из-за того, что земля замерзла. Часть раненых лежала в коридорах на командном пункте. Как вспоминает рядовой Денеш Ваш, «я осторожно пробирался через развалины улицы Альдаш, чтобы доставить командиру в его кабинет ежедневное донесение. Когда я пришел к командиру, то увидел, что в его прихожей остался лишь узкий проход шириной где-то в полметра. У обеих стен лежали перебинтованные гражданские и солдаты в гипсе. Меня кто-то дернул за шинель. Это была молоденькая девушка лет восемнадцати — двадцати, белокурая и на удивление хорошенькая. Она умоляюще прошептала: «Возьмите пистолет и застрелите меня…» Я с ужасом увидел, что у нее нет обеих ног».

Советским штурмовым подразделениям удалось снова захватить большую часть района Варошмайор. Командование венгерского I армейского корпуса приказало группе «Сабадош» сменить студентов на позициях, но из-за стремительно ухудшавшейся обстановки обоим подразделениям пришлось вместо этого сражаться бок о бок. Набранная из примерно трехсот солдат тыловых подразделений венгерской 10-й пехотной дивизии группа «Сабадош» была создана в первую очередь для того, чтобы оправдать наличие дивизионного звена командования и отвлечь внимание от того факта, что к концу января примерно 1,5–2 тысячи солдат дивизии так и не участвовали в боях. Наступавшие с улицы Тёрёквес и из района Верхалом советские стрелковые подразделения вышли на перекресток улиц Филлер и Ханкоци Ене северо-восточнее Варошмайора.

В северной части Буды советские войска усилили натиск в направлении высоты Семло-Хедь, улицы Сепфёльди и площади Верхалом. Ночью красноармейцы при поддержке двадцати танков атаковали вершину Киш-Шваб-Хедь с юга.

На Кровавом Лугу (Вермезе) члены будапештского филиала организации «Немецкая молодежь» в возрасте от 13 до 16 лет, которые с помощью карманных фонарей указывали путь на посадочную полосу для планеров, попали под обстрел советских автоматчиков, занявших соседние улицы. После этого пришел конец регулярным поставкам всего необходимого для обороняющихся, несмотря на то что несколько планеров все-таки сумели совершить посадку на южном и центральном участках луга, которые все еще находились вне зоны обстрела советских войск.

На улице Дароци немецкие солдаты при поддержке венгерских 1-го и 10-го штурмовых батальонов наконец сумели выбить советскую штурмовую группу из здания фабрики по пошиву военной формы. Капитан Шандор Ханак вспоминает:

«Мы приблизились к зданию с двумя огнеметами и четырьмя или пятью штурмовыми орудиями. Я видел, как политруки подгоняют вперед своих солдат с автоматами в руках. Русские выпрыгивали наружу за углом забора. Огнемет выпустил туда три раза струю, а затем я послал туда осколочный снаряд. После того как дым рассеялся, я видел, что они все еще выпрыгивали. Наверное, кто-то сильно подгонял их сзади».

Блокированные на фабрике венгерские и немецкие солдаты были освобождены, но вскоре ее территория снова перешла в руки русских.

В это время защитники Буды сдерживали огнем наступление советских войск по льду со стороны Пешта у моста Эржебеты.

Вечером, после того как Пфеффер-Вильденбрух узнал о провале третьей попытки деблокирования города, он собрал военный совет. Генерал-полковник Шмидхубер и еще несколько офицеров предложили идти на прорыв. Предложение было отклонено под предлогом того, что следовало дождаться указаний фюрера. Реакцию офицеров можно было охарактеризовать словами одного из присутствующих на совещании:

«Когда мы выходили из помещения после совещания, некоторые из нас открыто говорили о тупоумии Гитлера. Даже кое-кто из эсэсовцев засомневался в его качествах вождя. Один из них с шумом бросился на выход, громко выкрикнув, чтобы каждый мог слышать: «Теперь я знаю, что наших солдат намеренно бросили в этой бойне в Будапеште!»

27 января, после неудачного завершения последней попытки обергруппенфюрера Гилле деблокировать город, Гитлер отправил в Будапешт личное послание, в котором настаивал на том, что город следовало удерживать до подхода сил деблокирования. К тому времени немецкое командование группы армий «Юг», где считали попытку прорыва безнадежным мероприятием, практически списало город и его защитников со счетов.

Советские войска опрокинули оборонительные позиции у горы Орбан-Хедь и неожиданным ударом захватили Киш-Шваб-Хедь, воспользовавшись подземным проходом через его северо-западный склон. Устранив таким образом последнее препятствие на пути своего наступления, они заняли выступ с Киш-Шваб-Хедь к району примерно в 150 м восточнее Кровавого Луга. В немецком донесении говорилось:

«Обстановка на этом участке стала чрезвычайно серьезной. IX горнострелковый корпус СС имеющимися в настоящий момент силами не сможет остановить мощный удар противника через луг к Дунаю. Для того чтобы не допустить раздробления сил, необходимо ночью с 28 на 29 января существенно сократить линию фронта, отведя войска назад. Возможности развертывания подвижных подразделений для ведения уличных боев ограниченны. Экипажи, техники и солдаты моторизованных частей сражаются в пешем порядке. Наши собственные потери чрезвычайно высоки. Количество раненых превышает число тех, кто остался в строю. На Кровавом лугу была потеряна последняя площадка, пригодная для посадки планеров, возможности снабжения в дальнейшем вызывают опасения. Положение с ранеными шокирует».

Продолжая наступать с холма Киш-Шваб-Хедь, советские части вынудили солдат, все еще удерживающих позиции в районе Варошмайор, отступить к Южному вокзалу и улице Кекгойо.

В северной части Буды немецкие дивизия «Фельдхернхалле» и 13-я танковая дивизия с приданными им венгерскими боевыми группами отошли к церкви в районе Уйлак. Наступавшие с запада советские войска, почти не встречая сопротивления, вышли на западную окраину площади Марцибаньи.

28 января немецкие войска продолжали арьергардные бои в районе площади Жигмонда и у подножия холма Рожадомб. Группа «Сабадош» и подразделения венгерской 10-й пехотной дивизии, которые должны были прикрывать это направление, отступили к бульвару Маргит. Советские войска продолжили наступление из района холма Киш-Шваб-Хедь и вышли на улицу Кекгойо. В 23.00 командованием венгерской 12-й резервной дивизии была предпринята попытка контратаки, которая закончилась неудачей.

На следующий день, 29 января, части 10-й пехотной дивизии и группы «Билльнитцер» с двух сторон предприняли контратаку на Варошмайор и высоту Киш-Шваб-Хедь. Группа «Сабадош» получила подкрепление, двести учеников средних школ, которым за два дня до этого вручили в руки оружие. С ними было около пятидесяти кондукторов автобусов и трамваев, которые оказались «призванными» в батальон «Ваннай», и около сорока человек из отряда «Пронай», насильно мобилизованных. Атака, которую поддерживали штурмовые орудия немецкой 13-й танковой дивизии, захлебнулась в районе Киш-Шваб-Хедь, так как плохо подготовленные венгерские бойцы понесли огромные потери. Кроме того, у них кончились боеприпасы. Наскоро доукомплектованный батальон жандармерии был брошен на тот же участок и первоначально добился некоторых успехов, однако далее его постигла та же участь.