Чтение онлайн

С одной стороны – нет. Даже если у нее есть определенные психические отклонения, ее сила все равно ограничена возможностями ее тела. К тому же Анфисе не хватает ума и банальной житейской мудрости, не хватает выдержки, она легко срывается – но и попадается тоже легко.

А с другой стороны… Убить человека способен далеко не каждый, убивать снова и снова – единицы. К счастью. Судя по тому, что рассказывали об Анфисе, она как раз способна. Причину смерти тех людей установить так и не удалось, возможно, их убийство не требовало большой физической силы.

Но если Анфиса действительно причастна к этому, она все равно не самостоятельная хищница, а инструмент в руках кого-то куда более мудрого и хитрого. Теперь, когда орудие так заметно сломалось, его владелец будет вынужден озадачиться новым планом…

А убивать все равно не перестанет.

Профайлер часто вынужден путешествовать по серой зоне. У него нет права надеть на подозреваемого наручники, зачитать права, начать официальный допрос. Порой нет даже оснований пригласить для такого полицию, потому что нет и доказательств, имеющих хоть какой-то вес перед законом. Поэтому профайлеру приходится работать с намеками, полутонами, двояким толкованием случайно брошенных слов… иногда – провоцировать. И это трудно, и дать такому однозначную моральную оценку порой тяжело.

Но это необходимо, чтобы спасти очень много жизней.

Николай Форсов давно уже не оказывался в таком положении. Раньше – да, рисковал, подставлялся даже, приманивал преступников собственной жизнью. Но потом жизнь эта будто стала на паузу или на замедленное воспроизведение. Он, ограниченный возможностями собственного тела, был вынужден действовать чужими руками, видеть чужими глазами, полагаться на чужие выводы. Он давно хотел вернуться в большую игру и только потом обнаружил, что по некоторым ее аспектам он не скучал.

Нельзя сказать, что он полностью восстановился после операции и стал прежним собой, таким, как в юности. Но он чувствовал, что возвращает себя, и уже это было много. Отступать он не собирался, даже если вызов, с которым он столкнулся, оказался куда сложнее, чем предполагал Николай.

Главным недостатком он считал даже не риск, а то, что сейчас он не мог помочь своим ученикам так, как следовало бы. Он успокаивал себя тем, что они вряд ли связались с таким уж опасным делом, справятся сами… Теперь от спасительной иллюзии пришлось отказаться, потому что Матвей по видеочату рассказал ему все, что случилось в загородном отеле.

На первый взгляд казалось, что профайлеры допустили ошибку – слишком неуклюже следили, рано раскрыли себя перед психологом, вот и спровоцировали нападение. Однако этому взгляду не поверил ни Форсов, ни его ученик.

– Нападение спланировали заранее, до того, как она пошла на прием к психологу, – сказал Матвей.

– Согласен. Кстати, ты снова избегаешь называть Таису по имени, но не будем сосредотачиваться на этом. Судя по тому, что ты мне сообщил, Кирилл был в сильном стрессе, он не хотел нападать на Таису, он в состоянии оценить риск такого нападения. И все равно он это сделал. Каким бы способом его ни заставили так поступить, это не было ни быстро, ни спонтанно.

– Да, потребовалось бы несколько часов или даже сутки. Но время у них было в запасе, полагаю, они догадались, зачем мы на самом деле прибыли в отель, чуть ли не с первого дня. Под вопросом лишь то, был ли разоблачен Гарик, его маскарад в этом свете может оказаться особенно удачным.

– Это не слишком важно, прибытие туда Гарика мало что изменило. Мне интересней, как разоблачили вас.

– Стечение обстоятельств, – равнодушно пояснил Матвей. – Психологом там работает Ксана Кочакова. Она меня узнала, как только увидела.

Он произнес это так, будто ни обстоятельства, ни сама Ксана не имели значения. Матвей подготовился к этому разговору, унял собственные чувства, он был профессионалом. У Николая времени на такую подготовку не было, и для него знакомое имя стало тем самым громом среди ясного неба.

Да и не только для него! Пока он общался с учеником по видеочату, Вера находилась в той же комнате. Его жена в разговоре не участвовала, она сидела в стороне и вышивала, ее такое успокаивало, а их беседу она слушала, как радиопостановку.

Но теперь ей пришлось отреагировать: Вера от изумления уронила и ткань, и нитку, да и подбирать не спешила, она просто смотрела на мужа в беспомощном шоке. Николай не мог осуждать ее за это, списывая все на женскую эмоциональность, ему приходилось не легче.

Ксана, значит… Кто бы мог подумать.

– Как ты? – наконец спросил Николай.

– Уже в норме, – пожал плечами Матвей.

– Ты не можешь быть в норме.

– Я контролирую ситуацию. Отступать в любом случае нельзя, что же до Ксаны… Я выдержу. Хотя она уже успела нагадить. Ее Ксана активно расспрашивала, как она бы отреагировала на мои преступления… С перечислением преступлений, естественно.

– Когда ты не называешь Таису по имени, возникает путаница, – отвлеченно бросил Форсов, пытаясь понять, как быть с этой ситуацией.

– Не возникает. Вы прекрасно знаете, когда и о ком идет речь.

– Да уж… Это все усложняет. Ксана – великолепный психолог, и ты знаешь об этом.

– Я знаю о ней все, что нужно, – кивнул Матвей. – Например, то, что она не убийца. Разве что косвенный: она может вынудить кого-то совершить убийство, но сама руки марать не будет.

– Я с тобой согласен, и все же вряд ли нападение Кирилла на Таису организовали только из-за вашего с Ксаной прошлого. Нет, думаю, это указание на то, что «Мера Групп» все-таки связана с серийным убийцей, по-настоящему связана.

– Вопрос в том, есть ли на самом деле серийный убийца. Возможно, это с самого начала была имитация – на случай, если понадобится отвести от компании подозрения.

– Маловероятно, – покачал головой Форсов. Теперь, когда шок отступил, старший профайлер снова мог мыслить здраво. – Головы, помещенные в стену, – ритуал, который совсем не нужен для имитации. Предполагалось, что их никогда не найдут, знать о них будет только убийца.

– Но ведь их нашли.

– По воле случая. Такое сложно просчитать, но так иногда бывает. Ты и сам при желании сможешь привести десятки примеров того, как сложнейшие преступления оказывались на виду не из-за просчета того, кто их совершил, а исключительно из-за насмешки судьбы – или, если угодно, по неудачному для преступника стечению обстоятельств. По этой же причине сотни и даже тысячи преступлений так и остались незамеченными.

– Допустим, – сдался Матвей. – Тогда у нас действительно маньяк… Осталось понять, как он связан с «Мера Групп».

– Какие могут быть варианты? Либо это кто-то из людей, незаменимых для компании, который убивает в силу психических отклонений, а остальные вынуждены его прикрывать. Либо это кто-то, убивающий в экономических интересах компании, и его прикрытие – часть бизнес-стратегии.

– Серийный убийца как подрядчик?

– Ирония здесь неуместна. Ты прекрасно знаешь, что безумие, провоцирующее садизм и убийства, далеко не всегда предполагает низкий интеллект. Человек действует в своих интересах. Если эти интересы совпадают с интересами другого человека, им легко договориться, только и всего.