Чтение онлайн

— Он мой или Верона?

— Я… скорее всего твой.

— И ты расстроена этим?

— Что?

— Что он мой. Хотела, чтобы от Верона, — пояснил он.

— Нет, Иан, нет, — мотнула головой Лана. — Нет.

И младший Шелран улыбнулся, кивая.

— Я думала, что ты… ты…

— Я расстроюсь?

— Да, — прошептала девушка и действительно переживала из-за этого. Она так хотела ребёнка, что на деле даже не думала от кого ей больше хочется забеременеть. Сам факт был счастьем, но почему-то снова думалось, что мимолётным, что ещё немного и придёт пустота потери.

— Дурочка, — прошептал ей в шею Иан. — Будет забавно. Главное, что как понять, чей он? Никак. Будем считать, если родится мальчик, то он будет от Верона, а если девочка, то от меня.

— Почему? — улыбнулась Ланира.

— Не знаю, потому что я так решил.

— До этого ещё так далеко, — проговорила она. — В предыдущие разы…

— Ланира, перестань, — Иан нахмурился и лег рядом с ней на бок, подложив под голову руку. — Не надо думать об этом так.

— У меня не получается иначе, — прошептала герцогиня.

— Так всё просто — главное не останавливаться, да? — и она всхлипнула, утыкаясь в него лбом. — А что там с грязью и серебром? Ты расстроена из-за Эйвы?

— Я не расстроена. Я злюсь. Ты читал письма, которые Верону написал первый наследник?

— Да.

— Что в них?

— Про попытку переворота в одном. А в другом извинения, что не приехал, — ответил брат Верона.

— И ничего про Эйву? — и Лана уже сама не могла бы объяснить, что её так сильно раздражает и выводит из себя. Может Иан прав и это всего лишь беременность?

— Только, чтобы присмотрели за ней, — он пожал плечами. — Никак не могу вспомнить её. Я точно её не видел.

— Почему ты должен был её видеть? Или ты думаешь, что она была близка с Гаяном? Была его любовницей? Но она же горничная. Или кто там? Прислуга. Почему ты должен был обратить внимание на прислугу?

— Ланира, прошу тебя, — фыркнул Иан. — Тебе это не идёт. Это зависть? Глупость? Или что? Мы с тобой про какого Гаяна говорим? Слуги… домашние, дворовые, черновые… девки в тавернах, или дочки селян вон. Шлюхи. Гаяну же плевать. Какая там у них кровь дворянская или не очень.

— Да, типа меня, — отозвалась она.

— Это ты сказала, а не я, — качнул головой Иан и лег на спину. — Но Эйву я бы запомнил. Если Гаян и спал с ней, то это было без меня. То есть до того, как он приблизил меня к себе. Она красивая. Видная. Думаю, лет десять-пятнадцать назад была вообще… а эти её рыжие волосы.

— Пятнадцать лет назад Гаяну было четырнадцать, — заметила Ланира, от слов Иана её укололо ревностью.

— Ну ты же понимаешь, что я не про это говорю?

— Может она любовница первого наследника? Или спала с ними обоими.

Он поморщился.

— Забавная головоломка.

— Ничего забавного, — буркнула Ланира. Ей вчера хватило Верона, а теперь и Иан туда же. — Иан?

— А?

— Ты правда любишь меня? — и она почувствовала себя такой жалкой, что тошно стало от себя.

— Конечно, глупая, стал бы я тебя терпеть? — усмехнулся он.

— Иан, прошу тебя, не бросай меня, — Лана не слышала всех этих шуточек, ей так хотелось, чтобы он никуда не делся, чтобы он был с ней, точно был. Было так отчаянно страшно остаться одной. И почему сейчас?

Мужчина обнял её и поцеловал.

— Никуда я не денусь, дурочка!

И Ланира всхлипнула снова, обнимая его, прижимаясь так, чтобы не потерять и не потеряться самой.

— И тебе надо поесть, — прошептал Иан. — В твоём положении нельзя голодать.

— Я не хочу.

— Лана. Надо есть. Немножко, — он умел быть таким мягким, нежным и внимательным. — Мне распорядиться?

— Я сама попрошу, — ответила герцогиня, а младший Шелран кивнул и с трудом сел, ругнувшись из-за боли в ноге. Начал приводить себя в порядок, чтобы уйти.

— Я думаю, что у Верона есть любовница, — прошептала Ланира, глядя на него.

Иан подавился:

— Что? — рассмеялся он. — Любовница у Верона? Боги, кто?

— Вчера я думала, что Эйва, — серьёзно ответила она.

— О, неужели? — он посмотрел на девушку с нескрываемым озорством во взгляде. — А сегодня, как думаешь?

— А сегодня я уже не знаю ничего, — проговорила она и Иан поцеловал её пальцы.

— Ох, ваша светлость, кажется это самая безумная твоя идея.

— Хорошо бы.

После ранения, поначалу он не мог найти себе места, а потом смирился и стал созерцать. А что ещё остаётся делать, когда ты прикован к одному месту?

Чтение Иан всегда не любил — бесполезная трата времени. Ему хотелось действия, а это… Младший Шелран смотрел, как Шэйли, сидя рядом с ним увлечённо читает какие-то книжки и его это раздражало. А ещё раздражало то, что она изменилась.

Девушка стала другой, словно далёкой, чужой. Даже, когда он познакомился с ней в храме и она была совершенно напуганной и растерянной, но вот такой как сейчас она не была. И дело было не в отстранённой близости, ему и не очень сильно сейчас хотелось — Ланира изматывала беспощадно, особенно её нестабильное состояние.

Просто Шэйли вообще перестала быть такой, как прежде. Раньше она была мягкой, податливой. Это её стеснение делало её уязвимой, она стремилась к Иану, пытаясь найти в нём пусть и то, чего на деле не было, но он старался как мог, как умел, дать ей, то что она искала, старался любить её, оберегать.

С одной стороны было хорошо, что Шэйли явно шло на пользу находиться здесь — она стала крепче, исчезли синяки под глазами и болезненная бледность лица, что была в ней после болезни и так контрастировала с тёмными глазами и волосами. Но ещё Шэйли стала немного смелее, твёрже. Раньше она никогда бы не стала ругаться с Ианом — в любой ссоре она каменела, замыкалась и тут внезапно стала перечить и даже более того, ушла от него. Конечно, Иан знал, что виноват, знал, что невыносим, но тем не менее поведение супруги было непривычным, иным и напрягало его, изводило тревогой.

И младший Шелран умел слушать себя. Он всегда был чутким к окружающим. Возраст, конечно, скорректировал его характер и это умение стало менее острым, чем в детстве, когда он погружался в сопереживания и становился зависим от них, в ущерб себе. Но и сейчас, если надо…

— Как погуляли? — спросил он у Шэйли, когда она поднялась в комнату после прогулки.

— Отлично, — улыбнулась она. — Погода просто замечательная. Рэндан правда сказал, что через несколько дней испортится.

— Вот как? — повёл головой Иан.