Чтение онлайн

— Привет!

— Полночь добрая, — кивнул Сергей, настороженно следя за ней.

— Хорошо, что я тебя встретила, — довольно обыденным для ситуации тоном сказала Галина.

— Просто замечательно, — саркастически подтвердил компьютерщик. — И заметь: время и место нашей встречи самые заурядные. Меня тут можно встретить буквально круглосуточно, но уж после часа ночи обязательно.

— Я знала, что ты здесь, — сообщила девушка. — Я говорила с Дмитрием Андреевичем, с Поршевым.

— И что, он послал тебя сюда? — Сергей почувствовал опасность: ему вешали лапшу на оба уха, что редко делается с добрыми намерениями, а по ночам и того реже.

— Он объяснил, что ты влип, — терпеливо пояснила Галина. — Нетрудно догадаться, что ты рванешь сюда, чтобы стрельнуть у нашего шефа денег, а возможно, и заночевать. Я, кстати, думала, что ты зависнешь у него до утра.

— Не сложилось, — рассеянно ответил программист, в уме оценивая услышанное. Вроде бы все логично. Просчитать первые ходы Сергея в сложившихся обстоятельствах не составляло труда. Оставался большой ключевой вопрос, который и был немедля задан: — И что? Зачем ты сюда примчалась?

— Галина премило улыбнулась, — имидж симпатичной дурочки-с-переулочка вполне шел к ее простоватому личику.

— А я тебе книжку принесла, — она проворно запустила руку в сумку.

— Какая прелесть! — Сергей театрально сплеснул руками. — Опять про онанизм и его воздействие на взрослые человеческие особи?

— Нет, кое-что поинтересней, — Галина протянула ему потрепанную брошюру. — «Странные люди».

— Странные? Чем же они странные? — ощущение, что все уши увешаны макаронными изделиями переросло в уверенность; компьютерщик почти готов был броситься бежать куда глаза глядят. Какая книжка среди ночи! Где-то за ближайшим углом притаился подлый душегуб, готовый совершить свое черное дело, как только Сергей окажется на расстоянии удара или повернется, представ в прорези прицела в нужном ракурсе. Где же этот гад? За каким углом? За какой «ракушкой»?

— Ты кого-то ищешь? — Галина продолжала стоять с протянутой рукой, в которой колыхала на ветру мятыми страницами исключительно полезная книженция.

— Да, — нервно дернул головой программист. — Я подумал, что раз уж мы тут встретились, то поблизости может оказаться дядя Гейтс [10] . Что если предложить ему выгодный контракт?

— Ты нервничаешь, — констатировала девушка.

— С чего бы?! — Сергей выхватил у нее брошюру. — У меня теперь есть книга про странных людей. Еще у меня есть друзья-коллеги, которые прикладывают все силы, чтобы не позволить мне заскучать. И у меня есть замечательный ник Нерон, благодаря которому за мной гоняются всякие уроды с незамысловатым, но вполне реальным оружием, после которого никакое F9 [11] не поможет! А передо мной стоит очаровательная девушка, которая нарисовалась неизвестно откуда и теперь на фоне Кремлевских звезд то предлагает кого-нибудь кинуть, то лезет с советами по жизни и искренней помощью, то вкладывает тебя ментам, то дарит полезные книги, подобранные в бесплатном сортире…

— Заткнись! — негромко, но весьма отчетливо оборвала этот истеричный монолог Галина.

— Заткнуться? Почему же?

— Потому что Нерон, за которым гоняются бандиты, — это я!

Понадобилась щепотка минут, чтобы оклематься после такого заявления. За это время, конечно, не доплыть до середины Днепра, но кофе сварить можно было. Отойдя от очередной сенсации, Сергей сглотнул, втянул носом воздух, нахмурился и заговорил ровным голосом хроникера, глядя как бы в сторону воображаемой аудитории:

— Итак, пациентка утверждает, что является не только крупным заказчиком на изготовление вэб-ресурсов, но является также римским императором Нероном во плоти, известным компьютерным гением из России и — до кучи — мужчиной. Тяжелая картина заболевания.

— Я совсем не претендую на твои программные лавры, Сережа…

— Бац! — взмахнул руками компьютерщик. — Пациентка пытается сызнова втереться в доверие, для чего обзывается уменьшительно-ласкательными прозвищами. Дешевый трюк!

— Послушай меня! — голос девушки прозвенел кованой сталью, заставив компьютерщика обратиться в слух. — Послушай меня, — повторила Галина уже мягче. — Я действительно Нерон. И я именно тот Нерон, которого ищут Витек и его компания. И твои лавры и репутация меня на самом деле не привлекают. Я не самозванка и не аферистка. Просто так совпало, что мы оба с тобой Нероны. Ты Нерон, потому что придумал себе такой ник, а я Нерон, потому что под этим кодом я значусь в документах следователя Поршева. Информация, за которую бандиты готовы убить, поступила от меня, и твои сновидения — капля в море собранных мной данных. Ни один суд не поверит видениям медиума; вещие сны не пришьешь к делу и даже не продемонстрируешь присяжным, поэтому…

— Подожди-ка! — Сергей вскинул руку с брошюрой, как стрелочник поднимает свой флажок. — Дай спросить! Ты что… ты мент?

Галина глубоко вдохнула и медленно выдохнула, как делают приступающие к медитации самураи из боевиков.

— Я не мент, — произнесла она с ударением на последнем слове и добавила небрежно: — Я внештатный сотрудник.

— Внештатный сотрудник? Это тот, который на добровольных началах оказывает содействие компетентным органам? Или не на добровольных? Ваша профессия по-прежнему называется «секретный сотрудник», или теперь придумали что-нибудь более благородное, современное? Мне кажется поэтичным словосочетание «негласный менеджер по неофициальному сбору информации посредством стука», — программист в сердцах хлопнул себя книгой по колену. — Офигеть!

От удара средняя часть книги вылетела и, распавшись на несколько блоков и отдельных страниц, разлетелась по асфальту. Сергей с досадой посмотрел на дело руки своей, исподлобья глянул на Галину и, нехотя опустившись на корточки, начал собирать книгу и складывать в обложку, не слишком, впрочем, обращая внимание на нумерацию страниц.

Вопреки ожиданиям, девушка не присела рядом, не помогла с рассеявшимися листами. Немного понаблюдав за копошащимся у ее ног гением высоких технологий, она подошла чуть ближе и, нагнувшись сказала следующее.

— По-моему, ты сделал кое-какие выводы относительно меня и Ильи. Неправильные выводы.

Сергей вскинулся, намереваясь сообщить, что никаких выводов не делал (очень надо!), что ему вообще глубоко наплевать на Галину, где-то на Илью и на миллионы соотечественников, чья личная жизнь в строгом соответствии с правами человека является достоянием всех и каждого. Вскинулся и тотчас снова опустил голову, так и не издав ни звука, потому что сначала понял, что именно этим поспешным движением выдал себя, свое неравнодушие к этой теме. А уже уткнувшись в тертые листочки, программист сообразил, что и Галина заметила его реакцию, наверняка сообразив, что к чему.

— Между мной и Ильей ничего нет, — продолжала свой монолог девушка. — И никогда не было, хотя этот прощелыга не один раз ко мне подкатывал. И еще ты наверняка делал кое-какие предположения о том, как я попала в Москву из своей глухомани… — она сделала паузу, но на сей раз Сергей проявил похвальную выдержку. — Я тебе изрядно наврала. Мой отчим и впрямь рубит в сетях, и я кое-чему научилась в его конторе. Мне показалось, что этого вполне достаточно, чтобы попытаться козырнуть знаниями, проявить служебное рвение, смекалку и начать делать карьеру где-нибудь поближе к Европе, хотя Силиконовая долина от нас даже ближе… Ну, неважно. В общем, я стала давать объявления о поиске работы, заполнять всякие анкеты, проходить собеседования. Довольно скоро я начала получать предложения. Всякая мелочовка, вспомнить нечего. А потом вдруг начало намываться что-то интересное. Но все перекрыло предложение от одного агентства. Им нужен был администратор в одну турецкую гостиницу со знанием компьютера и представлением о работе сети. Нужна была русская, потому что весь отель был выкуплен российским тур-оператором. Деньги не безумные, но сама перспектива работы за границей…

Сергей собирал страницы все медленнее и медленнее, но в итоге их оказалось не так много, и книга оказалась собрана гораздо раньше, чем рассказ Галины миновал пролог. Слушать эту исповедь было тем более неуютно, что финал ее очевиден, и каждая следующая фраза только подтверждала догадку, возникшую в самом начале печальной этой повести: девушка, провинция, Турция, отель — цепочка, разжеванная бульварной прессой до молекулярной основы. И оттого, что неприятная развязка выглядела столь предсказуемо и понятно, молодой человек ощущал себя крайне неловко, словно оказался уличен в непристойности. Противное и недостойное это знание раздражало и напрягало, как натягивает нервы выверенный сюжет триллера, когда сидишь и под гнетущую музычку наблюдаешь, как спускается в темный погреб очередная жертва, сидишь и ждешь, когда ударит из мрака когтистая лапа, и внутренне закипаешь от того, что экранный персонаж пребывает в счастливом неведении, а ты, наоборот, осведомлен об опасности во всех деталях. И кто-то рядом отворачивается, не выдержав напряжения, а кто-то таращится во все глаза, чтобы не моргнуть, не дай Бог, не пропустить ни мгновения, ни кадра из неумолимо приближающейся сцены. В детстве, если случалось просочиться на телеэкран мало-мальски эротической сцене, а рядом оказывался кто-то из взрослых, Сергей краснел и опускал очи долу, не понимая, чего стыдится, ругая себя за пропущенные кадры, которые назавтра будут смаковаться и разбираться во всех деталях сверстниками, но не находя в себе сил посмотреть на экран. Нечто подобное молодой человек испытывал и теперь, не решаясь взглянуть на Галину, будто она и была той самой взрослой, а еще вернее, той сценой, что вгоняла в краску.