Чтение онлайн

Мы расстались на очень плохой ноте, и я все еще не могла понять, что пошло не так. Мы были так близки, и вдруг все пошло наперекосяк. Вспоминая наш последний разговор, слезы подступали к глазам. Я скучала по нему, хотела бы вернуться назад и исправить все ошибки.

Сидя на кровати, я взяла в руки его фотографию, смотрела на его улыбку и чувствовала жгучую боль в сердце. Я хотела, чтобы он был здесь со мной, чтобы обнял меня и сказал, что все будет хорошо.

Сквозь слезы я понимала, что надо попытаться разгладить конфликт, найти выход из этой ситуации. Я взяла телефон и начала набирать номер, но остановилась на полпути. Что если он не захочет со мной разговаривать? Что если я только усугублю ситуацию?

Снова опустив телефон, я поняла, что нужно подождать, дать ему время на обдумывание. Я закрыла глаза и представила его лицо, пытаясь успокоиться и найти в себе силы и мудрость для того, чтобы исправить нашу ссору.

Надеясь, что общение с ним будет возможно, я легла на кровать, сжимая в руке его фотографию. Любовь и скучание переплелись в моем сердце, и я засыпала, мечтая о возвращении его к себе.

Два дня спустя.

Я сидела одна в своей комнате, погруженная в глубокую печаль и тоску. Мы расстались всего два дня назад, но мне казалось, что это было вечностью назад. Я скучала по его голосу, его прикосновениям, его улыбке.

И вот, в это тяжелое время, мой телефон зазвонил. Я посмотрела на экран и увидела незнакомый номер.

– Алло? – произношу нехотя.

– Ксения?

– Да. Кто это?

– Матвей.

– Я тебя слушаю, - произношу, медленно поднимаясь с кровати.

– Даниила арестовали, Богдана забрала опека…

– Что? – кричу в трубку от услышанного. – Как это понимать? Что блять произошло за два дня?

– Два события… Я не знаю, кому мог позвонить. Вспомнил о тебе…

Мое сердце забилось еще сильнее, и я затаила дыхание, не зная, что он может мне сказать.

– Я даже не знаю, что делать в такой ситуации. Я позвоню адвокату и узнаю. Я тебе перезвоню. Сбрось мне участок, в котором он находиться и про Богдана разузнай.

– Хорошо. Спасибо.

Я немедленно набрала номер своего адвоката, требуя, чтобы он срочно пришел на помощь. Я была готова на все, чтобы вытащить своего парня из тюрьмы и вернуть его домой.

Мы обсудили план действий и уверенно пошли вперед. Я была решительной и сильной, потому что знала, что Даниил и Богдан нуждаются в моей поддержке и защите. Я была готова бороться за них до конца.

Пять дней спустя.

Я сидела дома и ожидала любой новости от адвоката, когда вдруг телефон прозвенел. Сердце начало биться быстрее, а руки немного дрожали, когда я взяла трубку. Голос адвоката звучал спокойно и уверенно, и я почувствовала какое-то облегчение и надежду.

Когда он начал говорить о том, что на Данииле нет никаких доказательств, и что у них есть шанс выиграть это дело, мой мозг словно перестал функционировать. Я слышала его слова, но не могла поверить в то, что это происходит на самом деле. Все переплеталось в моей голове: радость, облегчение, страх перед неизвестностью.

Мои глаза наполнились слезами, и я почувствовала, как эта новость проникает в каждую клеточку моего тела. Внутри меня вспыхнула искра надежды на светлое будущее.

– Владимир Владимирович, что мне делать в отношении Богдана? – задала вопрос, что беспокоил меня, пять дней.

– Я думаю, что в вашем случае лучше оформить опеку. Это обеспечит Богдану защиту и стабильность в его жизни.

Я слышу эти слова, и мое сердце сжимается от переживаний. Я знаю, что решение об опеке не простое, но я верю, своему адвокату и готова следовать его совету.

Сутки спустя.

Я стояла перед окном в своей гостиной, держа телефон в руке. Сердце бешено билось в груди, а руки тряслись от нервов. Я набрала номер своего бывшего Игоря и нажала кнопку вызова.

Звонок звенел долго, и я уже начала сомневаться, правильно ли я поступаю. Но когда я услышала его голос на другом конце провода, все сомнения исчезли. Я проглотила ком и начала говорить.

– Привет, это я. Я... Я хотела бы, чтобы ты приехал ко мне домой. У нас есть некоторые важные вещи, о которых нам нужно поговорить. Это очень важно.

Мне пришлось сделать паузу, чтобы подавить волнение и нерешительность в голосе. Я дышала тяжело, пока ждала его ответа.

Секунды тянулись мучительно долго, пока, наконец, я услышала его ответ.

– Хорошо, я приеду. Но ты можешь мне сказать, о чем это будет?

Мое сердце забилось еще быстрее, но я сдержала себя и ответила.
– Да, конечно. Я все объясню, когда ты приедешь. Спасибо.

Я положила трубку и опустила телефон на стол. Мои ноги дрожали, но я знала, что это был шаг в правильном направлении.

Дождавшись его в нервном состоянии. Я решила больше не тянуть и начать сразу.

Как только раздался дверной звонок, и Игорь прошел в гостиную. – Так в чем дело? У нас развод через два дня. Тебя что-то беспокоит.

– Мы не можем развестись, - говорю ему, повергая его в молчание. – Нам нужно усыновить ребенка, а если точнее племянника Даниила. Его Богдан зовут. Все. Я это сказала.

– Скажи честно, ты головой ударилась. Сильно болит?

– Игорь, я сейчас все с начала расскажу. Присаживайся.

Спустя почти час разговора, его возражения, моих женских криков. Мы точнее он, испытал все стадии от отрицания к принятию этого безумного плана.

– Я поседею с тобой, - заявляет он, после того как согласился основательно мне помочь.

– Не страшно, ты блондин, седых волос будет почти не заметно…

– А кто это Ирине скажет? – спрашивает меня, про свою возлюбленную. – Я вот боюсь, что она меня на тот свет отправит. Или тебя. Но думаю, что именно ты. Да ты.

– Может, как то она меня поймет. Я ей расписку напишу, что претензий к тебе не имею. Ты мне ребенка, я тебе подпись… Бля двусмысленно, но ты меня понял.

– Почему в женских махинациях страдает мужской пол? – спрашивает меня.

– Участь у вас такая. Вас не жалко.

– Спасибо.

– Не за что.

Я напряженно смотрела на свои вещи, разложенные на кровати. Сейчас мне предстояло собрать их все в сумку, чтобы отправиться в другой город с Игорем и усыновить Богдана. Мои руки дрожали от волнения, и сердце билось чаще обычного от ожидания этого важного момента.

Когда последняя вещь была уложена в сумку, я взяла ее в руки, и направились к машине.